Читать книгу - "Высшее общество - Алекс Хай"

через Департамент и Минкульт. Я планировал встретиться с бароном в Вене, в его частном музее. Если успеем с разрешением, поеду в первых числах августа.

Отец задумчиво потёр подбородок.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Поезжай. Камень слишком хорош, чтобы упустить, а Лена слишком дорога нам, чтобы отказывать ей в нём.

И добавил уже тише, себе под нос:

— Похоже, моя дочь будет самой счастливой невестой…

Глава 24

В понедельник утром я снова оказался в кабинете Дениса — как мы оба надеялись, в последний раз за этот месяц.

На столе перед нами лежал невзрачный коричневый пакет, а внутри — аж три бумаги от Департамента магических артефактов, Министерства культуры и Министерства иностранных дел.

Три листочка, которые мы с Денисом добывали несколько недель.

— Распишись здесь, — Денис подвинул ко мне толстую книгу. — И здесь. И вот тут, в графе «получил лично».

Я расписался во всех трёх местах и вернул ручку товарищу.

— Поздравляю, Саша, — сказал Денис, забирая фолиант. — Самая страшная часть позади. Теперь ты можешь с чистой совестью лететь в Вену.

Я улыбнулся и взвесил пакет на ладони.

— Знаешь, что веселит меня в этой истории больше всего? Я ведь сам, в общем-то, и виноват, что мы так долго выбивали это разрешение.

Денис тоже усмехнулся.

— После каши с Бриллиантовой палатой, Хлебниковым и Волковым, которую ты заварил… Сам понимаешь, чиновники теперь жуть как боятся снова ошибиться. Так что ты стал жертвой своих же усилий.

— Ни о чём не жалею, — осклабился я. — Пусть лучше так, чем страна снова потеряет реликвию. Учись на чужом опыте, Денис: никогда не помогай государству ужесточать законы, по которым тебе же потом придётся жить.

— Слишком поздно, — отозвался Денис. — Я и так в Департаменте служу.

Мы снова рассмеялись.

— Ладно. — Я убрал пакет в кожаную папку и плотно её застегнул. — Вылетаю завтра рано утром. Билеты уже куплены, отель забронирован. Кранц подтвердил пятое августа в десять утра у себя в музее.

Денис вздохнул.

— Как долго тебя не будет?

— Два-три дня. В зависимости от того, как всё пройдёт. В худшем случае вернусь завтра же вечером, чего мне бы не хотелось.

Денис помолчал, потом серьёзно посмотрел на меня.

— Если что-то пойдёт не так — звони сразу. В любое время суток. У меня есть несколько знакомых в Вене, в посольстве. Если вдруг они смогут помочь…

— Спасибо, друг. Но здесь финальное слово за Кранцем. Если кулон ему понравится, то обмен состоится.

— Всё равно держи меня в курсе.

Мы пожали друг другу руки. На пороге кабинета Денис ещё раз окликнул меня:

— Саша. Если что, у нас будут другие варианты?

Я обернулся.

— Не хотел бы их рассматривать. Я хочу заполучить именно этот голубой бриллиант.

* * *

На следующий день я незаметно забрал из сейфа кулон в дорожном футляре и сунул его в чемодан. Сестре сказал, что лечу в Антверпен за крупным чёрным бриллиантом для «Сингулярности», который Дядя Костя пока так и не нашёл. Получилось убедительно.

Впрочем, у Лены, как обычно, в голове было столько собственных дел, что вынюхивать чужие тайны ей было некогда. К моей огромной радости.

Так что уже в семь утра мы со Штилем оказались в аэропорту.

Всё прошло гладко: проверка документов, очередь на досмотр, прочие формальности в «красном коридоре». Там сотрудники пограничной службы внимательно изучили мой пакет с разрешениями, сверили с описью, сделали пометку — и, наконец, пропустили нас в зону вылета.

— Лёгкого полёта, господин Фаберже.

— Благодарю.

В самолёте я устроился у иллюминатора. Штиль занял место рядом, пристегнулся и тут же вытащил из сумки книгу. На обложке мелькнуло название — «Geschichte des Habsburger Reiches». История империи Габсбургов. На немецком языке.

— А с каких пор ты говоришь по-немецки? — удивился я.

Штиль невозмутимо перевернул страницу.

— На Каспии осваивал, шеф. Полезный язык. Пруссаки тогда персам помогали, прислали своих офицеров для обучения. Ну и нам пришлось выучить их язык не только в объёме допроса военнопленного.

Этот человек, казалось, никогда не перестанет меня удивлять.

— Почему же ты в нашу прошлую поездку ни словом не обмолвился, что знаешь немецкий?

Штиль невозмутимо пожал плечами.

— Так мы в Антверпене были, а это Бельгия. Другой язык. Его я не знаю, вот и помалкивал.

Я вздохнул и покачал головой. Хорошо бы запросить у «Астрея» полное резюме, чтобы, наконец, получить представление обо всех талантах моего телохранителя. Но кто же мне его даст? Судя по всему, Штиль участвовал в таких передрягах, которые если и рассекретят, то лет через пятьдесят.

— И как продвигается чтение? — поинтересовался я.

— Хорошо, почти всё осилил. Двадцатый век у Габсбургов вышел занимательный. Особенно последние десятилетия.

Я улыбнулся и откинулся в кресле. Самолёт оторвался от земли, и Петербург остался внизу — серая лента Невы, золотая точка Адмиралтейской иглы, правильные кубики кварталов… Через несколько часов нас ждала Вена.

* * *

Шумный аэропорт встретил нас теплой погодой и привычной суетой. Разве что аромат кофе здесь был гораздо ярче и вкуснее. Австрийцы обожали кофе и, надо признать, умели отменно его готовить. В этом я убедился ещё в самолёте Австро-венгерских императорских авиалиний.

Седой мужчина с аккуратно подстриженной бородкой и в строгом тёмном костюме поднял табличку «Faberge» и коротко поклонился, едва мы подошли.

— Господин Фаберже? — обратился он по-английски. — Барон фон Кранц поручил мне доставить вас в город.

— Благодарю, любезнейший, — ответил я на беглом немецком, вызвав смесь удивления и почтения на лице седовласого мужчины. — Александр Фаберже к вашим услугам, а это мой помощник, Максим. Мы получили багаж и готовы ехать.

Слуга Кранца смерил цепким взглядом Штиля, чемоданы в его руках и кивнул.

— Прошу за мной, почтенные господа. Моё имя — Пауль Лейтнер, я имею честь служить Дому Кранц.

— Рады знакомству, господин Лейтнер, — отозвался я.

— Прошу за мной.

Лейтнер проводил нас к припаркованному у выхода «Штейру» представительского класса. Водитель помог Штилю загрузить багаж, и мы расселись.

В машине я устроился на заднем сиденье и приник к окну. Штиль сел впереди, рядом с водителем, и по тому, как ровно он держал спину, я понял: моего телохранителя интересовал не только новый город, но и маршрут. Лейтнер невозмутимо сидел рядом со мной и в основном молчал.

Дорога из аэропорта в центр пролегала через предместья. Невысокие домики с черепичными крышами, аккуратно подстриженные изгороди, небольшие виноградники у самой обочины. Австрийцы, как и фламандцы, любили во всём порядок — но порядок здесь был иной, более тёплый, с большим