Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

Я с сомнением посмотрела на хозяина дома. В том виде, что сейчас, у меня язык не поворачивался звать его по имени, но если он так хочет…

– Тогда вы зовите меня Ириной, хорошо? – попросила я и он, подумав, согласно кивнул.

– Лотико, в кого превращается Алекс?

– Скорей всего, в дракона.

– А он сможет снова стать человеком?

– Да, – последовал краткий ответ.

– Во время трансформации он не опасен для окружающих? – спросила я, не дождавшись разъяснений.

– Смотря для кого. Лично для вас он не опасен. Ведь он паладин, призванный вас охранять. Что касается остальных обитателей дома, то я позабочусь об их безопасности, – ответил Лотико.

Он глянул на Алекса и на его лице промелькнуло выражение, которое мне не очень понравилась – так дрессировщики смотрят на тигров. Вдобавок меня кольнуло неприятное чувство. Слово «паладин» всё чаще вызывало у меня ощущение, будто я держу ребят в каком-то рабстве.

– Я им не хозяйка! Паладины они или нет, но у них есть своя воля! – запальчиво сказала я и постаралась улыбкой сгладить свою резкость. – Простите, не знаю, зачем я вам это говорю.

– Видимо, не хотите плохо выглядеть в моих глазах, – заметил догадливый хозяин дома и шагнул мне навстречу.

Это было недвусмысленное предложение, и мои мысли сразу же приняли иное направление. Немного помедлив, я, в свою очередь, сделала шаг навстречу ему.

Когда мы встали вплотную друг к другу, обнаружилось, что Лотико на целую голову выше меня. Что ж, дополнительный бонус в его пользу. Во мне метр восемьдесят пять, потому такие высокие парни встречались мне не часто. В общем-то, рост будущего бойфренда не имел принципиального значения. Просто приятно, когда спутник выше тебя, особенно, когда вдруг приспичит выйти с ним на прогулку и захочется при этом надеть туфли на высоком каблуке.

Чтобы видеть лицо Лотико, я подняла голову. И всё же, он изменился не настолько, чтобы в нём нельзя было узнать того подростка у реки, подумалось мне. Я колебалась, не совсем понимая, хочу ли я зайти дальше или стоит оставить всё, как есть. Но тут завеса белых густых ресниц приподнялась; я заглянула в бездонную черноту глаз Лотико и со мной начало твориться нечто невообразимое. Когда я пришла в себя, щёки горели, а сердце ухало как сумасшедшее. Я поспешно шагнула назад, но было уже поздно: ловушка захлопнулась. Такое было со мной впервые, хотя я меняла парней как перчатки.

– Такота-дота, будет слишком большой дерзостью: просить вас отобедать со мной? – спросил вкрадчивый, неотразимо прекрасный мужской голос.

– Если вы дадите мне время переодеться и привести себя в порядок, то с удовольствием, – пробормотала я, чувствуя, что всё больше попадаю под обаяние Лотико.

Тем не менее предстоящее свидание не вызывало у меня ни малейшего энтузиазма. Раньше я никогда не связывалась с парнями, которые влюблялись в меня по-настоящему. Да и сама тут же разрывала отношения, если чувствовала, что они вот-вот перейдут грань обычного секса.

Поначалу я не хотела идти на обед с Лотико (абсолютно здравая мысль!), но не хотелось его обижать, особенно после всего того, что он сделал для нас. В общем, я уговорила себя, что нужно дать шанс ему и себе. В конце концов, если паладины испытывают на крепость мою дружбу, то отчего бы ему не испытать на прочность моё сердце? Даже если дело зайдёт дальше, чем я планирую, то тоже не беда. В конце концов, люди любят и ничего.

Господи! Знала бы я, кто такой Лотико, бежала бы от него без оглядки. Но нет! Вместо этого мне, как малому ребёнку, вздумалось поиграть с огнём.

Наш тет-а-тет с хозяином Расомского поместья прервал слуга, который сказал, что его ищет мать, миссис Фьюстер. Извинившись, Лотико ушёл, и я тоже засобиралась; к предстоящему обеду нужно было привести себя в порядок и переодеться.

Перед тем как покинуть Алекса, я подошла к нему и коснулась плеча, ещё не покрывшегося зелёной коркой.

– Эй, дракон, ты как? – спросила я для очистки совести.

– Нормально, – буркнул Алекс и вдруг! – Ир, не ходи к нему! – взмолился он.

Отшвырнув подушку, он сел и воззрился на меня жуткими змеиными глазами.

– Почему? – не дрогнула я, хотя зрелище его лица вызвало у меня оторопь.

– Потому что он козёл! – процедил Алекс и снова лёг ничком на кровать. – Пошла вон! Чего уставилась? Драконов что ли не видела? – рявкнул он на меня.

Стараясь не шуметь, я направилась к двери. От греха подальше. Дракон, может, и ручной, но какой-то уж чересчур раздражительный. Чувствует моя душа, что я с ним ещё намаюсь.

Как только я вошла в отведённые мне апартаменты, Эдик сразу же умчался к Алексу, а Дашка, завидев служанку с ворохом одежды, само собой, осталась. Когда обнаружилось, что принесли наряды не только для меня, но и для неё, визгу было столько, что я чуть было не оглохла.

После ванны я завернулась в рыхлую ткань, которая здесь заменяла полотенце, и девушка, что принесла нам с Дашкой платья, вызвалась одеть меня и сделать причёску. И то и другое было далеко не лишним. Наряды были сплошь многослойные, с массой неизвестных мне деталей; разобраться без посторонней помощи что к чему и в каком порядке надевается было невозможно.

Когда я сбросила с себя импровизированное полотенце, Дашка громко ахнула. «Что там?» – поинтересовалась я, видя, что она таращится на мою спину. «Ой, Ира!.. У тебя там такие крылья! Просто обладеть!» – раздался восторженный возглас. Я подошла к зеркалу и извернулась, насколько позволял позвоночник, чтобы рассмотреть себя со спины. Действительно, там были крылья. Огненно-золотое тату было не только во всю спину, оно спускалось на ягодицы и ноги.

Вот пернатая скотина! Ладно, тату на ладонях, но так испоганить мне весь задний фасад, это уже ни в какие рамки не лезет! Злая как чёрт, я пообещала свернуть фениксу голову. Когда обомлевшая от моих слов служанка начала водить руками, делая охранные знаки, я окончательно вышла из себя. «Не стой столбом!» – рявкнула я, и она поначалу испуганно воззрилась на меня – отчего мне стало совестно за свои барские замашки, правда, не настолько, чтобы извиняться – а затем бросилась к цветным лоскутам, разложенным по всей комнате. Идиотская причёска, которую она навертела на моей голове,