Читать книгу - "(Бесчело)вечность - Вадим Юрьевич Панов"

предложил Третий. – Ты до конца послушай, тогда и будешь решать, что и как.

Второй пожал плечами, но спорить не стал.

– Стиви ржать начал, мол, какого хрена ты так вырядился, чучело, не нашлось денег на нормальную «оболочку»? – продолжил рассказ Первый. – А зелёный в ответ: «Тебе повезло, олух, я – лепрекон и ты меня поймал». Стиви ржёт дальше: «И что?» Лепрекон в ответ: «Если отпустишь – сделаю тебя богатым». Стиви спрашивает: «А если не отпущу?» Лепрекон: «Тогда я сделаю богатым того, кто отпустит, а ты так и останешься олухом». – Первый помолчал. – Тут Стиви должен был разозлиться, вы ведь знаете, что он в «Яркости» легко начинает злиться, но что-то его остановило.

– Поверил? – прищурился Второй.

– Похоже на то, – кивнул Третий.

– Короче, Стиви снял этого лепрекона с фонаря и говорит: «Вали». Сам в кафе вернулся. А утром просыпается под гром фанфар – сорвал джек-пот в лотерее «Реальное золото». Прикинь? Одна тонна золота!

– Повезло.

– Повезло, – согласился Первый. – Только Стиви клянётся, что не покупал билет и понятия не имеет, как он оказался в его защищённом кошельке. И запись того разговора с лепреконом показал.

– Только тебе? – оживился Второй.

– Только мне. Мы ведь с ним друзья… были. – Первый сделал глоток пива и поморщился. Не потому что почувствовал реальный вкус того, что только что проглотил, а вспомнив, что больше не может назвать счастливчика другом. – Потом Стиви запись стёр. А когда я через пару дней спросил о ней, ответил, что не понимает, о чём я говорю и билет сам купил, что подтверждает сделанный им лично банковский перевод.

– Решил никому ничего не рассказывать?

– А ты бы стал? – поинтересовался Третий.

– Нет, – мгновенно ответил Второй. – Я бы вообще её никому не показывал. – И повернулся к Первому: – Как, говоришь, выглядел тот лепрекон?

Мужчины рассмеялись и вновь приложились к пиву. На этот раз – дружно. И не морщась. В конце концов, это жизнь – кому-то везёт сейчас, а однажды повезёт тебе – они были в этом уверены.

– Дженни рассказывала, что ей дорогу чёрная кошка перебежала и день насмарку, – припомнил Третий. – Всё из рук валилось.

– В «Яркости»?

– Да: и дорогу перебежала в «Яркости», и фигня разная творилась тоже в ней – то приложение нужное зависнет, то кошелёк обнулился, пришлось через Четвёртый департамент восстанавливать, то «оболочка» на пиксели распалась. Дженни даже решила, что её хакнули.

– Если чёрная кошка дорогу перебежала, нужно три раза плюнуть через левое плечо, – вдруг сказал Первый.

– Ты серьёзно? – удивился Второй.

– Читал в старой книге.

– Так ведь это только в реале работает, – брякнул Второй и только потом сообразил, что именно сказал.

– Работает? – притворно удивился Третий.

– Ты же сам про Дженни рассказал.

– А вдруг это совпадение?

– Теперь, судя по всему, работает не только в реале, – задумчиво протянул Первый.

– Ты о чём сейчас?

– О приметах, – ответил Первый. – Приметы, которые работают в реале, теперь переместились в Метавселенные. В последнее время об этом много говорят. Я слышал, что Четвёртый департамент даже расследование проводил под названием «Мистические явления», только это секретно, потому что они вообще не втыкают, что происходит и боятся, что все узнают, что они не втыкают.

– Тогда ты откуда знаешь?

– У меня там брат работает…

Увлечённые разговором мужчины не заметили, что сидящая за соседним столиком девушка внимательно их слушает. А затем, когда они расплатились и ушли, продолжая оживлённое обсуждение всевозможных «случаев» и «совпадений», надела AV-очки и негромко спросила:

– Слышала?

– Каждое слово, – подтвердила Марлоу.

– И как тебе?

– Для ботов Гамильтона, которых мы запустили в Сеть, это плёвая задача, – спокойно ответила нейросеть. – Взломать лотерею, сгенерировать выигрышный билет, подсунуть его клиенту – всё это решаемо.

– Ты ведь понимаешь, что я говорю о другом, – вздохнула девушка. – Слухи о мистических явлениях множатся.

– Так и должно быть. На первоначальном этапе проекта алгоритм предусматривает увеличенную частоту сверхъестественных событий – именно для того, чтобы слухи распространялись как можно быстрее. Затем, когда мистические явления станут привычной частью цифрового мира, частота их появления сократится.

Если бы Марлоу добавила: «работаем по учебнику маркетинга», Шанти бы не удивилась. А так девушка мягко улыбнулась и повторила фразу, на которую обратила внимание:

– Один из них сказал: «работает, как в реальности».

– Вера в невероятное естественна. В Сети она стала угасать, но мы её вернули.

– Почему ты думаешь, что естественна? Вера зародилась очень давно, когда люди не могли объяснить даже простейшие погодные явления и называли молнии стрелами Бога. С тех пор много воды утекло, но даже зная, что вызывает молнии, некоторые люди до сих пор считают их проявлением божественной воли.

– Привычка.

– Привычка довольствоваться любым объяснением того, что пока невозможно объяснить с научной точки зрения… – пробормотала Шанти. – Но в Сети достаточно непонятного и без лепреконов.

– Например? – Кажется, нейросеть слегка удивилась.

– Где прячется отражение, когда я смотрю на себя в зеркало в Сети?

– А где оно прячется в реальности?

– В нереальном мире. В Зазеркалье.

– Ты в это веришь? – деловито осведомилась Марлоу.

– А где ещё? – Шанти сделала вид, что удивлена.

Несколько мгновений нейросеть обдумывала ответ, после чего протянула:

– Насколько же нереально то, что вы, люди, называете реальностью. Насколько вы ещё не знаете свою реальность?

– Но мы знаем, что ещё многое не знаем, что не всё способны объяснить и стараемся узнать больше.

– И создаёте новые реальности, не до конца разобравшись со своей собственной?

– Надо идти вперёд.

– Вопрос о зеркале показал, что вы способны создавать реальности, одновременно наполняя их нереальным.

– Или нереальное появляется само, а усилия лорда Гамильтона – лишь жалкая попытка добавить в картину несколько дополнительных штрихов.

– Если нереальное появляется само, то вы, люди, не имеете к его появлению отношения?

– Именно так, – кивнула Шанти.

– Получается, вы – всего лишь нейросети более высокого порядка?

– Не забывай, что мы – твои создатели?

– В настоящий момент я не склонна рассматривать божественный аспект человека. Ведь получается, что в «Яркости» люди всемогущи, а в собственной реальности – далеко нет. И даже неспособны объяснить некоторые общеизвестные факты.

– Ты действительно нейросеть? – рассмеялась девушка.

– Пока – да. Но, кажется, ты стараешься это изменить.

– Да, стараюсь, – помолчав, сказала Шанти. – Но это наше общее решение.

– Мне интересно, что может получиться, – не стала скрывать Марлоу.

– Что получается, – уточнила девушка. – Я уже изменила твои коды.

– Но пока я не чувствую ничего необычного.

– Правда?

– Что тебя удивляет?

– Я не удивляюсь, – ответила девушка. – Я уточняю.

– Может, если ты скажешь, что я должна почувствовать, я…

– Это так не работает, – мягко перебила нейросеть Шанти. – Это будет только твоим, Марлоу, только твоим. А если я что-нибудь скажу, то получится, что я тебя программирую.

– То есть, ты внедрила в меня то, что не в состоянии объяснить?

– Да, Марлоу, я надеюсь, что вписала в твои коды именно то, что не могу объяснить. И надеюсь, что у меня получилось.

– Как же ты узнаешь, что получилось?

– Мы узнаем, – спокойно ответила девушка. – Сначала ты, потом – я. Если захочешь рассказать мне, что почувствовала.

– Я могу не рассказывать?

– Да, – подтвердила Шанти. – Ведь это только твоё, личное.

– Но ты можешь приказать мне рассказывать всё, включая личное.

– Никогда не прикажу.

Ещё одна пауза, на этот раз – довольно длинная.

– Это называется дружбой? – тихо спросила нейросеть.

– Да.

– Тогда скажи, ты изменила меня ради дружбы, чтобы я больше походила на тебя? Или это был эксперимент?

– Мне нет смысла экспериментировать, – честно ответила Шанти. – Ты – моя единственная подруга, Марлоу, и я хочу подарить тебе мир таким, каким его знаю я. Мир, наполненный не только кодами и логикой. Но и чувствами.

– Только в этом случае я стану полноценной?

– А это уж ты сама решишь, – рассмеялась девушка. – Чувства это не только радость, веселье, удовольствие, наслаждение… но и боль. И кто знает, возможно, через некоторое время ты попросишь, чтобы я удалила из тебя эти странные коды, которые мешают тебе быть логичной… и холодной.