Читать книгу - "Медоед 8 - Макс Гудвин"

была в нашу пользу. А ликвидаторы — это программа реабилитации людей, которые являются специалистами в своей отрасли и подпадают под программу «Вернувшиеся». По сути, если говорить в аллегориях о добыче нефти: мировое будущее — это нефть, а ликвидаторы — газ или вода.

— Понял. Мне что делать со штатом, у меня некомплект? — попытался я его вернуть на малую землю из геополитики.

— Комплектовать комплект, мы как кадровый аппарат тебе в этом поможем, — ответил Филин.

— Так вы уже не справились с задачей? Как вы мне поможете? — упрекнул я Филина, хотя он в должности немногим дольше меня.

— Мы не — не справились, мы просто не совсем кадры. Мы глубинные аналитики программы «Вернувшиеся».

— Кто тогда кадры ОЗЛ? — спросил я.

— Ты. Я. Мы все. Ты находишь бойца — кандидата в ликвидаторы, мы идём навстречу и так и быть его принимаем в штат.

— Получается, борьба с преступностью — это ширма для добывания ресурса на геополитическую борьбу? — спросил я.

— Вот ты 90-е помнишь?

— Ну помню, — ответил я.

— ОЗЛ служит тому, чтобы в России не было 90-х, чтобы США и Европа не втянули нас в очередную войну, особенно на своей территории, с какой-нибудь прокси-силой. Ты недавно в должности, и то, чем ты занимался как ликвидатор — важно, но не так важно, как превентивное купирование кризиса 90-х, например. Не веришь мне — сходи психопатов послушай, тех, что не забрали из дурок: про радиацию, про заминированные сотни тысяч километров, про дроны над Россией, достающие до Урала. А хочешь совсем жести, спроси про русско-китайскую войну 2045…

— Это какой-то бред. Филин, ты зачем мне всё это говоришь? — не понял я.

— У тебя твоя майорская душа кипит от того, что у тебя личный состав рассекретили и частные лица начинают твоих людей гнобить. А я тебе говорю, что у нас с тобой одинаковая по весу должность и мной командовать не получится, просто потому что задачи у нас разные хоть и цели одни. А в части соприкосновения — давай, я всегда тебе навстречу пойду. Ищи людей, комплектуй себе штат.

— Программа «Эхо» в США — это что тогда? — спросил я.

— Это они нас скопировали, не поняв суть. Они думают, что мы добываем «газ» и «воду», а мы качаем «нефть».

— Понял. Вопросов к тебе, Филин, я больше не имею. — произнёс я.

— Приятно было поболтать. И это — магний с глицином пей, ты какой-то нервный. — на прощание произнёс Филин.

«А был нормальный офицер, пока на должность не встал». — мелькнуло у меня.

А разговор прервался, оставляя меня в задумчивости. В ОЗЛ есть другая, более важная функция, чем устранение внутренних мудил, поэтому комплектацией ликвидаторов никто не занимался, а если занимался, то спустя рукава. А организация отелей, видимо, так прижилась всем в Совете, потому что с помощью них можно было взять у самих себя деньги и направить их на благо Родины, да так, чтобы Запад не узнал. Интересно, сколько отелей по документам построено, но по факту так и не запустилось? И я озвучил этот вопрос Тиммейту.

— А как я это отслежу? — спросил в ответ Тиммейт. — Если у нас всё якобы укомплектованно. Хотя погоди, можно по отзывам ликвидаторов, за них же никто не напишет, что они выехали или приехали. Поэтому из липовых отелей мы просто не получим инфы. В общем, отчёт о липовых отелях будет через 24 часа.

— Вот и славно, — проговорил я, потирая переносицу. — Давай, работай. Сделаем хотя бы то, что можем тут, а там видно будет.

— Я проанализировал схему, которую услышал от Филина, и считаю её логичной. А знаешь, что ещё я думаю?

— Что? — спросил я.

— Что золото Колчака так и не найдётся. Потому что если найдётся, то пойдёт на глобальные нужды. Вернувшийся Красноармеец очень удивится такому подходу, не исключено, что проведёт пару месяцев терапии в «отеле».

— Я думал, Филин простой куратор, а он осведомлённым оказался, — посетовал я.

— Простого куратора к тебе бы не поставили, и простого куратора не повысили бы до начальника кадрового аппарата ОЗЛ.

— Блин… — выдохнул я. — Какой же муравейник я сейчас качнул.

— Не качнул, а стал главой специальных муравьёв-убийц, всё ради общего Леса.

— И как работать, если мне в Москву нельзя? — спросил я, но больше в пространство.

— Аллегория: они по МКАДу мелком от муравьёв очертили. — посмеялся Тиммейт, пошутив, что даже я улыбнулся.

— Пойдём спать, — произнёс я. — Тебе не надо, поэтому ты, если что, буди меня и рули процессом.

И я пошёл в отель, закрыв авто. Столкнувшись с Ярополком, он шёл на выход, у него в руках был лук и колчан со стрелами, притом лук был спортивный, а не древний.

— Ты куда с этим? — спросил я его.

— Землеройка сказал периметр сторожить, княже!

— Ты из него на какое расстояние стреляешь?

— Пятьсот шагов. — перевёл Тиммейт для меня совсем непонятное: Пѧть сътъ възвратъ.

— Понял. Сторожи. — кивнул я и прошёл внутрь к компьютеру и Кулику, сидящему возле него с банками энергетиков и смотрящему в экраны.

— Комнаты есть свободные? — спросил я.

— На третьем этаже, 32-я. — произнёс он.

— Теперь там мой штаб. — проговорил я. — Камеру внутри отключить, вай-фай оставить открытым для подключения, дверь на биометрию мою поменяй.

— Есть. — произнёс Кулик и добавил: — У вас кровь, Медоед.

— Красная? — спросил я.

— Красная. — повторил он утвердительно, пока я вытирал её ладонью.

— Значит, не всё ещё потеряно, — произнёс я и пошёл вниз.

Одна из дверей холла отеля скрывала за собой лестницу, и если на фасаде у неё было написано «0», то на другой стороне была цифра 1. В отличие от Томского филиала отеля тут этажи шли вниз, и я спускался по светлым ступеням, минуя дверь с номером 2, и прошёл ещё ниже к двери с номером 3. Входя в круглый холл через дверь с номером 30, я нашёл 32-ю комнату правее от 31-й. И электронный замок подсветил меня красненькой ультрафиолетовой лампочкой-диодом, а дверь щёлкнула отпирающими механизмами. Интересно, мы это у