Читать книгу - "Ошибочка вышла - Ника Дмитриевна Ракитина"

выбрасывать. Положил на стол — стекло потом закажет. Самому не пригодится, так, может, подарит кому. Зато все остальное, включая фотографию бывшей, безжалостно смел в совок и выкинул.

Импер-кун удовлетворенно зевнул, потянулся и перепрыгнул на подоконник. Обернулся к сыщику, мол, я тебе нужен еще?

— Шел бы ты к хозяйке, господин кот. Она же по тебе соскучилась, — отмахнулся Звягинцев, садясь за стол.

Герочка уговаривать себя не заставил, ввинтился в форточку и был таков.

А Андрей открыл папку с делом о похищении Ланской. Сверху лежали фотографии: отпечатки пальцев, снятые в квартире для околоточного, сама квартира с битым плошками и разбросанными вещами и… Герострат. Снял его Звягинцев просто так, уж больно красив был кот, гордо на столе сидючи, а когда остальные негативы печатал, заодно и эти фотографии сделал. Хмыкнув, сыщик взял рамку и вставил в нее портрет импер-куна. Точно надо стекло заказать.

Он как раз заканчивал сортировать бумаги по делу, когда дверь распахнулась, и в контору ввалился сияющий Доничев. Историк был бодр, свеж и благоухал дорогим одеколоном.

— Андрей Ильич! — бросился он едва ли не обнимать Звягинцева. — Родной вы мой! Как же я вам благодарен! — морщинистые щеки его покрывал кирпичный румянец, глаза сияли. — Вы спасли ее! Вы возвернули мне счастие всей моей жизни!

— Полноте, Аркадий Илларионович, — засмеялся Андрей, невольно заражаясь приподнятым настроением старика. — Ничего особенного я не сделал. Всего-то работу свою выполнил.

— Вот! Вот именно! — воздел палец к потолку Доничев и второй рукой полез за пазуху. — Работу вы, Андрей Ильич, выполнили, на отлично выполнили, я бы сказал. А работа оплачиваться должна. Я знаю, девочка… Мариночка Клюева не имеет средств, покуда батюшка ее в отъезде, и взялись вы за поиск Лизоньки по доброте душевной и порядочности своей. Но ведь и сыщику надо что-то кушать, во что-то одеваться, да и новейшие методы работы ваши вложений требуют. Потому не откажите…

Достав из внутреннего кармана сюртука, он положил на стол пачку ассигнаций и подвинул к Звягинцеву.

— Аркадий Илларионович! Вы моим клиентом не были, поэтому и денег с вас я взять не могу! Вот еще! — попытался отказаться Андрей, тем более что сумма явно превышала обычный его гонорар.

— Ай, господин Звягинцев, мне что, учить вас? — хитро прищурился старик. — Пишите договор, да и заднее число проставьте — всех дел-то. И буду тогда я вашим клиентом. Ведь и был бы, узнай вовремя про беду с Лизонькой.

— Бог с вами, — вздохнул Андрей, доставая стандартный бланк. — Только тут многовато будет, вот, сумма верная проставлена, — указал он на цифру.

— Так вы столько за котиков потерянных берете, Андрей Ильич, а во что я Лизонькино спасение оцениваю, то только мне решать.

Звягинцев понял, что спорить с ним бесполезно — знал он таких упертых. Ну и ладно! Потратит он лишние деньги на Герострата. Настрадался котик, да и был непосредственным участником спасения своей хозяйки. А у самой, верно, либо денег особых нет, либо сил по магазинам бегать, чтобы побаловать питомца. Еще и Мишенька этот… А ну как спросит у старушки за пироги? Впрочем… Он оглядел бодрейшего Доничева. Пожалуй, есть нынче кому вступиться за старушку, не стоит за нее волноваться.

— А можно вопрос, Аркадий Илларионович?

— Извольте-с, — отозвался… стариком его язык не поворачивался назвать теперь: в самом расцвете сил мужчина, ходит гоголем.

— У вас в вашей трости скрытый клинок имеется?

— Ну конечно, Андрей Ильич! — просиял историк. — Я все ждал, догадаетесь ли? — и тут в дверь робко постучали.

— Ох, отнял у вас время! — засуетился Доничев. — Пойду уже, — и, наклонившись почти к уху Андрея прошептал: — Я с утреца к Лизоньке наведался. Не прогнала! И, знаете, согласилась вечером мне пару в ресторации Сурепова составить. Надо подготовиться!

Андрей только головой покачал. А Аркадий Илларионович кивнул новому посетителю и за дверь выскользнул.

Вошедший мужчина был средних лет: четвертый десяток он явно разменял, а к пятому пока не подобрался. Вроде бы интеллигентное лицо в тонких очках выглядело помятым и грустным.

— Вы ведь сыщик? Андрей Звягинцев? Это же про вас в газете писали?

— Я, — кивнул тот.

— Дело у меня до вас, — сказал посетитель печально. — Часы у меня украли. Старинные. Вот прямо с каминной полки они исчезли. Вчера были — сегодня нет. А это память о супруге моей покойной, дорогая память. Полицейские, конечно, приходили, протокол составили и споспешествовать обещали. Но сколько у них таких дел? Сотни! А мне надобно, чтобы со всем тщанием…

Андрей кивнул, подивившись и порадовавшись тому, что искать теперь придется дорогие часы, а не кота или псинку диванную, и, подтянув поближе чистый лист, обмакнул перо в чернила:

— Хорошо, рассказывайте все по порядку…

Условившись с новым клиентом, что завтра с утра зайдет к нему и тщательно все осмотрит, слуг допросит и расследование начнет, Андрей бросил взгляд на ходики и поморщился. Спать все еще хотелось, но часа через полтора за Клюевой в гимназию ехать надо. Смысла уже нет ложиться. Лучше в околоток наведаться, узнать, как у Никиты дела продвигаются, о точном времени визита к Ланской условиться. Вчера же так толком и не договорились.

В околотке жизнь, как всегда, ключом кипела: кто-то ругался, кто-то плакал и умолял пощадить какого-то Сёмочку, куда-то спешили патрульные городовые и пишмаш-барышни со стопками бумаг. Мимо провели квелого мужика — вроде и интеллигент, но небрит и выражение такое… брезгливое ко всему миру. Неприятный тип почему-то показался Андрею знакомым, но вспомнить, откуда, сразу не удалось, а напрягаться не хотелось.

В дверь кабинета Сторинова он постучал, но приглашения дожидаться не стал — вошел сразу. Никита сидел за столом, но навстречу Звягинцеву поднялся и просиял.

— Андрейка! Ну ты вещий, сукин сын! Копнули мы информацию по Аверинскому дому да по застройщику его. И ведь прав оказался поганец Бурлаков! Проворовался Уваров. И, прикинь, и впрямь видел он те плошки шинджурские в окне дома на Карайского. Вот и решил делишки свои поправить, старушку ограбив. Вот только невдомек мне, где же он их все-таки видеть мог. Но, чует мое сердце, не врет Ланская, нет у нее сокровища этого.

— Не врет, — улыбнулся Андрей. — Я-то точно знаю, магией ее проверял.

— Эх… Мне бы таких специалистов! — погрустнел околоточный. — А может, и Уварова проверишь? Жаль, только что отправил его обратно в камеру. Да ты видеть должен был, отсюда его увели.

Андрей ошеломленно кивнул.

— А то мы как рыба об лед бьемся, махинации его финансовые копаем. Только чую, заберут у меня это дело, ой, заберут. Не