Читать книгу - "Деревенщина в Пекине 8 - Крис Форд"

разместить средства? Или ваша задача — чтобы определённое количество машин заработало в срок? Потому что сейчас прозвучало так, будто основная задача — взять деньги, а машины — просто инструмент для этого.

— Моя цель — это размещение машин, — отвечает без колебаний. — В данном случае деньги служат инструментом, а не наоборот.

— А если я эти деньги нахожу сам, где взять, и мобилизую их без помощи государства?

Она выдерживает долгую паузу, ощутимую даже через трубку.

Через несколько секунд слышу, как она поднимается с места, потом хлопок двери и характерный щелчок замка.

— Если ты сам найдёшь деньги не на одну машину для своей матери, а на район, или хотя бы на половину района, то это серьёзная заявка на победу в конкурсе, — Ли На понижает голос почти до доверительного. — Я не могу поставить тебе задачу родить миллионы юаней из воздуха. Я и так благодарна за идею и за то, что ты вообще мне попался, но я не могу взваливать на тебя нереальные условия, потому что, по моему мнению, этим деньгам физически неоткуда было взяться. Именно поэтому и решила подставить плечо. Но если ты знаешь сам, где взять финансирование — это всё меняет.

— Раз такие серьёзные ставки, и люди вашего уровня из здания, известного на весь мир по одной площади, обеспокоены этим вопросом, то могу что-то и придумать. Есть вариант одолжиться у невесты, раз. Ей, конечно, придётся ужаться в некоторых моментах. Второй вариант — одолжить у Ван Мин Тао. Он регулярно занимается благотворительностью, насколько мне известно.

— Мне нужно знать источник финансирования прямо сейчас, — голос Ли Ны становится требовательным. — Потому что комиссия будет решать, кто лучший претендент. Я должна быть уверена на все сто, что ты не пойдёшь занимать, к примеру, у своей знакомой якудзы в Токио, пуская их в наш проект.

— Вы и об этом знаете? — искренне удивляюсь, но решаю не развивать тему. — Я поговорю с невестой, ей выгодна вся сложившаяся ситуация. Финансирование государственных проектов — это гарантированный вид на жительство, а дальше есть шанс попытаться получить гражданство, хотя оно у нас очень непросто. Ван Мин Тао в моём плане будет запасным вариантом. Если что-то изменится — дам знать.

— Хорошо, пока остановимся на этом, — в голосе чиновницы слышится что-то похожее на удовлетворение. — Если всё получится, и ты найдёшь деньги, то есть мнение, что ты можешь прямо сейчас примерять на себя регалии победителя. Дерзай.

Разговор заканчивается коротким сигналом отбоя.

Некоторое время я просто смотрю в потолок, погружённый в собственные мысли.

Добыть машины — это только полбеды. Деньги найдутся в любом случае, но за техникой сразу встаёт следующая стена: персонал. Тридцать, а то и пятьдесят машин скорой помощи сами по себе никого не вылечат, если за рулём и рядом с носилками некому будет работать.

Нужно связаться с врачом Чун Вэйлинь и спросить, готов ли пул её студентов расшириться настолько, чтобы закрыть не одну деревню, а сразу весь район.

Если же нет, нам срочно нужно будет решать этот вопрос.

Глава 20

Пекин. Ресторан «Ханью». Вечер.

Зал ресторана «Ханью» устроен так, чтобы у каждого столика было ощущение отдельного пространства: высокие деревянные перегородки с резным орнаментом, приглушённый свет от бронзовых светильников, белые скатерти с монограммой. Между столиками — живые растения в напольных вазах, создающие естественные, но ненавязчивые границы.

Разговоры за соседними столами слышны лишь как неразборчивый, никому не мешающий фон. Столовые приборы — настоящее серебро, тяжёлое, приятно оттягивающее руку.

Молодой официант в тёмном пиджаке, с белой перчаткой на правой руке, медленно несёт бутылку Chateau Margaux 2015 года на серебряной подставке, покрытой льняной салфеткой. Несёт её так, будто это не вино, а некая реликвия, требующая благоговейного обращения.

В этом заведении обслуживающий персонал никогда не торопится — таковы правила дома. Любая суета может сказаться на атмосфере заведения и настроении посетителей, а здесь атмосферу берегут не меньше, чем винную карту.

Он подходит к столику, за которым ожидает молодая пара.

Хоу Ган с гордостью посматривает на пышный букет пионов, купленный по дороге в ресторан. Выбирал долго, перебирал несколько вариантов, пока не остановился на самом ярком. Персонал обо всём позаботился: цветы уже стоят в вазе со свежей водой, на видном месте.

Сын налоговика сегодня в отличном настроении. Это видно по тому, как он откинулся на спинку стула, как непринуждённо переговаривается с официантом, как легко, не заглядывая в меню, делает заказ.

Официант быстро выбирает на планшете нужные позиции, отправляет заказ на кухню и после короткого вежливого кивка отправляется к соседнему столику — так же неспешно, как пришёл.

— У отца сегодня интересный разговор был, — произносит Хоу Ган, глядя на Ван Япин с явным удовольствием от собственной новости. — Ему предложили консультировать один крупный инфраструктурный проект. Частный, но с государственным участием. В деле серьёзные люди. Он пока думает, но я ему сказал — соглашайся. Это же выход на совершенно другой круг.

— Ммм… — не открывая рта протягивает невеста.

— Я, кстати, уже начал с ним работать плотнее. Он поручил мне один участок — аналитику по трём округам. Я за неделю справился. Отец доволен.

— Хорошо.

— Он сказал, я работаю лучше, чем некоторые штатные аналитики.

— Угу. Представляю, — почти механически отвечает тона.

— Я рад, что у меня есть возможность быть под его наставничеством, — его голос становится воодушевлённым. — Это не университет, не теория, а настоящая практика. Через несколько лет я буду знать систему лучше большинства людей в моём возрасте. Отец хочет, чтобы в будущем именно я занял его место, так и будет.

— Хорошая цель.

Хоу Ган останавливается на полуслове.

Что-то во взгляде Япин настораживает его, но он не может сразу понять, что именно. Она не злится, не демонстрирует холодность, не поджимает губы и не отводит обиженно глаза. Невеста смотрит на него ровно, почти безмятежно — и именно от этого спокойствия у него начинает неприятно холодеть в животе.

Ван Япин никогда не бывает безмятежной, по крайней мере, рядом с ним. Да, она бывает весёлой, язвительной, раздражённой, холодной, обиженной — но не настолько спокойной. Это попросту не её регистр, и он слишком хорошо изучил её за эти годы, чтобы не заметить подмену.

Сын налоговика ёрзает на стуле, будто провинившийся ребёнок, которого