Читать книгу - "Этот мир не выдержит меня. Том 6 - Максим Майнер"

я — Джост, справа — мой брат Торн, а слева — наш дядя Фортин. Вы не смотрите, что он круглый, как сырная голова — это от недоеда! Пухнет с голоду страдалец, болезнь у него такая…

Парнишка врал быстро, самозабвенно, на ходу придумывая имена и детали, которые, по задумке, должны были придать его словам достоверности. Однако спешка — плохой советчик. Как и страх — присутствие коттара тоже не способствовало ясности мысли.

Ложь у «Джоста» получалась откровенно неубедительная. Разоблачить её не составило бы никакого труда. Деревня с упомянутым названием действительно существовала, но находилась километрах в тридцати, если не сорока, отсюда — так далеко никто из крестьян в лес ни за что бы ни пошёл.

И никакие разбойники «Серебруху», кончено, не грабили. Мои люди плотно контролировали округу, и упустить разорение целого поселения просто не могли.

Впрочем, даже без всего этого поверить «Джосту» решился бы только полный кретин.

У него была столь характерная рожа, что хоть сейчас на плакат «Их разыскивает милиция», причём в тот раздел, где рисуют только отпетых рецидивистов. Люди с такими физиономиями, случись чего, не в лес за ягодами идут, которые, к слову, уже отошли, а прямиком на большую дорогу выходят, чтобы «пощипать» более состоятельных, но менее свирепых граждан…

Посмотрев на коттара, я едва заметно кивнул. Зверь понял мою немую команду и быстро оборвал болтовню «Джоста», причём сделал это весьма радикальным способом. Рванув к пареньку чёрной молнией, он просто откусил ему голову.

Двое оставшихся пленников вытянулись по струнке, забыв, как дышать. Я их прекрасно понимал. Подобное зрелище, особенно увиденное впервые, производило неизгладимое впечатление.

— Ещё есть желающие рассказать о своих голодных детях и тяжёлом крестьянском житии? — спокойно спросил я. — Из вас такие же крестьяне, как из коттара — овца, поэтому предлагаю сразу перейти к той части нашей беседы, где вы перестаёте изображать из себя тех, кем не являетесь, и начинаете говорить правду.

Оба пленника ничего не ответили.

Оставшийся парнишка, судя по стеклянному взгляду, думал исключительно о том, как легко и быстро его излишне говорливый приятель расстался с головой, а заодно с ней — и с жизнью. Борри же, несмотря на явный страх, изо всех сил пытался понять, помню ли я его. Скоропостижная гибель коллеги по опасному разбойничьему ремеслу интересовала его куда меньше.

Прагматичный подход, ничего не скажешь.

— Господин! — робко произнёс, наконец, Борри, решив не надеяться на мою память. — Помните меня? Я Борри! Борри из леса! Я с вами заодно!

Толстячок хотел бухнуться на колени — видимо, для большей убедительности, — но негромкий рык коттара заставил его отказаться от этой затеи. Борри так и замер в каком-то изогнутом полуприседе, словно человек, решивший изобразить из себя фигуру шахматного коня.

— Борри? — криво усмехнулся я. — Твой покойный «племянник» называл тебя по-другому.

— Он лгал, господин! — сразу послышался суетливый ответ. — Никакой он мне не племянник, и никакой он не Джост. Вы правильно его убили — из его гнилой пасти и слова правды было не дождаться…

Из уст Борри это прозвучало смешно. Сам-то он, надо понимать, являлся честнейшим человеком на свете.

— А ты, значит, готов говорить только правду? — с интересом спросил Серый.

— Пусть меня ваша зверюга пережуёт, если совру, — побожился Борри. — Я уже был честен с господином тогда, когда он отважно спас меня от злого Лысого и бешеной Лэйлы, и не вижу причин, почему должен лгать сейчас…

Версия событий, при которых произошло наше с толстяком знакомство, в его исполнении серьёзно отличалась от того, что случилось по-настоящему.

В действительности никакого спасения не было. Борри сам состоял в шайке, пусть и не на главных ролях. Впрочем, он благоразумно поставил собственные интересы выше корпоративных, «слил» мне всё, что знал, а затем, пока я воевал с Лэйлой, собственноручно прикончил зарвавшееся руководство в лице упомянутого Лысого и свалил в закат, прихватив с собой часть бандитского имущества. Видимо, в качестве компенсации за понесённый моральный ущерб.

Весьма сообразительный человек…

— Здесь есть кто-то ещё из ваших? — негромко спросил я.

Всё остальное — даже информация об Эльзе и Тори — пока могло подождать. Но вот если сюда подбирается серьёзный отряд, об этом желательно узнать прямо сейчас. Коттар, конечно, силён, да и мы с Серым не лыком шиты, однако бессмертных в наших стройных рядах нет. Если нас убьют, то девчатам точно конец, и значит, мы не имеем права на ошибку.

Устраивать сумасшедший забег по лесу было чрезвычайно опасно, спору нет, но теперь, когда появились новые зацепки, бездумно рисковать больше нельзя.

— Никого, господин, — замотал головой Борри. — Только мы трое… Точнее, уже двое.

Он скосил взгляд на обезглавленное тело, валявшееся у лап коттара.

— Я всё вам расскажу, господин, — увиденное добавило словоохотливости и без того говорливому Борри. — Вы, наверное, хотите знать, куда делись те милые юные девочки? Их забрал…

— Тихо, — оборвал толстяка я, а затем указал пальцем на второго парнишку, которого покойный «Джост» представил как Торна. — Ты. Готов говорить?

Тот поднял на меня совершенно ошарашенные глаза. Происходящее — смерть одного товарища и явное предательство другого — выбило его из колеи. Впрочем, нужно было отдать парню должное, он сумел справиться с собой и спустя всего мгновение хрипло ответил:

— Готов…

— Правильное решение, — кивнул я. — Приятно иметь дело с умным человеком.

— Вы меня убьёте? — сразу спросил «Торн». Ответ на столь животрепещущий вопрос, по понятным причинам, интересовал его больше всего на свете.

— А ты этого хочешь?

— Нет, — удивлённо выдохнул мой испуганный собеседник. — Конечно, не хочу!

— Это хорошо, — холодно улыбнулся я. — Но твоя жизнь будет зависеть от твоей искренности, поэтому, если решишь солгать, хорошенько подумай, стоит ли оно того. Наш зверь прекрасно чувствует ложь, и, что ещё хуже, даже самая маленькая неправда разжигает у него чудовищный аппетит. Твой друг, как видишь, успел в этом убедиться. Сегодня он лишился головы, а уже завтра непереваренные остатки его крошечных мозгов могут испачкать чьи-нибудь сапоги. Хочешь так же?

— Нет! — сразу ответил «Торн», поспешив откреститься от покойника: — И он мне не друг! Я не буду врать! Я буду говорить с вами…

— Не со мной, — я перебил «Торна» и, указав взглядом на Серого, добавил: — С ним.

Прежде чем приступить к допросу, пленных следовало разделить. Это основа проведения любых подобных мероприятий.

Серый сразу всё понял. Он быстро обыскал «Торна», а затем взял его под локоть и увёл в сторону от нас, грамотно выбрав расстояние — так,