Читать книгу - "Ретро Бит 1-10 - Сева Сотх"

у них два объемных баула, в каких челноки вещи с черкизона продавали. Цыганки какие-то, что-ли?

— Эрес Гектор? — тихо, почти шепотом спросила та девочка, что с косичками.

Хлоп. Вторая отвесила ей смачного леща. У меня самого аж в голове зазвенело.

— Каллате ла бока, эступида! — зашипела вторая «девочка».

И где-то тут я понял, что «эступидо», то есть придурок — это про меня, так как девочкой она была лет, наверное, тридцать назад, просто в Шире день открытых дверей и мимо назгулов проскочила парочка хоббитов. Сетка морщинок вокруг глаз и жесткая складка у рта выдавали, что «школьнице» под пятьдесят. Если не «за». Это же не…

— Буэнос диас, сеньора, — постарался я быть вежливым.

Ответом стал неудержимый поток слов на испанском, из которых я улавливал только отдельные, хорошо знакомые. Какая злая пятидесятилетняя девочка. Явно не печеньки тут продавать пришла. Я почему-то считал, что теща Гектора окажется похожей на более возрастную версию Елены.

— Карналито, кто там такой, — пробасил Гектор, выйдя все-таки с кухни, вытирая руки бумажными салфетками, после чего узнал, какой он бабосо, торадо и идиото, и про то, что тишина должна быть в библиотеке. В том смысле, что ни полслова в полный голос, пока ее внучка спит.

— Не ори! Разбудишь ми ниета — я оторву тебе хуэвос и скормлю собакам! Быстро взял сумки и занес в дом! — грозным шепотом пообещала… не знаю, как её зовут.

— Мама? — удивленно пискнула вышедшая следом теть Лена. — Росита? Какая взрослая!

— Си, — грустно и тихо кивнула «настоящая» девочка. Пожалуй, у той есть весь потенциал годам к двадцати догнать высоких и статных сестер, как минимум, по росту.

Елена тоже узнала про себя что-то на испанском, про то, какая она пендеха, идиота и много незнакомых мне слов.

— Донья Мерседес? — спросил Гектор, глядя на тещу сверху вниз, но почему-то показалось, что это крошечная мексиканка стоит выше него, столько растерянности появилось в облике грозного чоло.

— А кто еще? Это Кристобаль? Си?

Захотелось пошутить, что не «Си», а Си-Си, или хотя бы Си-Плюс-Плюс, но мне хуэвосы не лишние, а собаки без свежего мяса отлично проживут.

— Здравствуйте, я Линда, — вот кому не пришлось стараться, чтобы говорить тихо.

— Ке флакита! — всплеснула руками бабуля Мерседес. — Авена! Почему ты не пьешь авену, чикита? Эленита…

И, наверное, целая минута ушла на выговор Елене за то, что не пичкает мою девушку овсянкой со сгущенкой. Между прочим, ложные обвинения — почти ежедневно Линда чудодейственное народное средство принимает и не сказал бы, что так уж впустую.

Власть в доме поменялась быстро и бескровно.

— Взял, понёс, андале! — скомандовала Гектору его тёща и тот беспрекословно подчинился. О карамба, здоровяку пришлось заметно напрячься, чтобы утащить багаж. И как две тоненькие мексиканки с ним справлялись?

Кажется, теперь я прекрасно понимаю, почему сначала Елена, а затем Изабелла сбежали из родительского дома.

— Ты Кристобаль, карналь Гектора? — на всякий случай уточнила Мерседес. — Ты Линда, подруга моей эступиды Беллы?

Наверное, это какие-то техники гипноза. Гендзюцу. Так-то я за словом в карман обычно не лезу и любого менеджера всегда мог на место поставить, когда тот берега начинал терять и к разрабам придираться. Но сказать хоть слово против железной воли доньи Мерседес язык не поворачивался. А требовала она от меня одного.

— Ешь! — протянула грозная гномиха мне курицу-грилль, извлеченную из баула, — Эленита, почему холодильник пустой?

Ага, всего лишь едва-едва не трескается изнутри. И в следующие несколько часов я был подвергнут оздоровительным процедурам по набору массы. Лекарства мексиканка и ее младшая дочь с собой привезли. Круглые такие таблетки, мясные, «котлеты форте». Донья Мерседес сделала предложение, от которого я не смог отказаться.

Росита — полная противоположность своей матери. И сестер. В том смысле, что очень тихая и даже лишнего слова не сказала, пока родственницы «орале» друг на друга шепотом по поводу и без.

Диктатор в юбке преобразилась только тогда, когда ей показали младенца. Щелк — и грозная донья переключилась в режим ласковой бабушки и даже напела что-то мелодичное шепотом на испанском. Но опустила девочку обратно в колыбельку — и демо-режим закончился, вернулась прежняя бескомпромиссная донья Мерседес. Я же не боюсь ее? Нет же?

И вот удивительное дело. На меня не ругались, не повышали голос, наоборот, хвалили и кормили, но понял, что пора ехать в аэропорт, я с огромным облегчением.

— Всего на три дня, мне надо продержаться три дня, карналь, — сообщил по пути Гектор, вызвавшийся отвезти нас с Линдой в аэропорт. — Я справлюсь. Уйду на долгую смену и просижу в медвежьей берлоге.

Вернулись мы в Эль-Серрито под вечер и несмотря на то, что, казалось бы, навсегда утратил способность поглощать пищу, в приподнятом настроении. Как же дома хорошо!

Доехали из аэропорта Окленда до дома… и я не сразу понял, что чего-то не хватает. Прошелся по комнатам, заглянул в вольер к Дюке, с ним обязалась гулять и наверняка гуляла Трейси, почтовый ящик проверил. Что-то не так, но что? А затем как понял. Лоурайдер! Моей яркой фиолетовой машины, подарка Гектора, не оказалось под навесом рядом с домом. Орале! В плохом смысле!

— Милая, ты не видела, где я оставил свою машину?

Обычно, если спрашивать про что-то из одежды или обуви, срабатывает женская суперспособность по поиску пропавших предметов и искомое обнаруживается прямо под носом у тупого мужика. Но не с ярко-фиолетовым перламутровым пикапом же!

— Машина? Лоурайдер⁈ — удивилась Линда. — На своем месте. У нас что, угнали машину?

Не мог же я забыть Эль-Камино на работе? Нет же? Ну точно нет, не настолько я тупой — отчетливо помню, что на Тойоте мы выехали в аэропорт, а Шевроле оставили на подъездной площадке. «Где моя тачка, чувак?»

— Милый, пошли к соседке! Она наверняка видела!

Миссис Хендерсон как раз пересаживала