Читать книгу - "Симбионт 2 - Валерий Михайлович Гуминский"

ещё нужен пленник, если он действительно находился у Дружининых? Вариантов хватает: как заложник или источник важной информации, а также для шантажа или обмена. Но есть ещё один вариант: корм для Ока Ра. Если Борислава «скормили» Алтарю, то когда? Не в тот ли миг, когда в подвале канцлера Шуйского шёл призыв сущности? И не повлияло ли это обстоятельство на ритуал?

Что же выходит? В теле Михаила Дружинина могла оказаться душа Борислава? Тогда понятно, откуда такая прыть у мальчишки. Впрочем, это всего лишь версия, которую предстоит проверить уже в Уральске.

Басаврюк заёрзал на месте. Борислава он совершенно не знал, и какими боевыми качествами тот обладал — оставалось лишь догадываться. Секретарю захотелось побыстрее оказаться в доме графа и связаться с канцлером, чтобы поделиться своими сомнениями и рассуждениями.

— Что ты тащишься? — не выдержав, прикрикнул Галкин на Рейнджера. — Побыстрее езжай, у меня ещё дел полно.

К его удовлетворению, телохранитель промолчал и выполнил приказ. Машина пошла ходко, и через несколько минут уже подъезжала к воротам Лесной Дачи. Едва вытерпев небольшую заминку с проверкой, Басаврюк дождался, когда Рейнджер затормозит возле крыльца, выскочил наружу и направился в дом. К счастью, графа искать долго не пришлось. Хозяин сидел в гостиной и читал газету. Казалось, он полностью поглощён этим процессом, что даже не заметил появления столичного гостя.

— Вы можете предоставить мне связь с канцлером, Ваша Светлость? — первым делом спросил секретарь, сдерживая раздражение. Впрочем, ему было не привыкать к такому отношению.

— Вам какая нужна: простая или по зашифрованному каналу? — поинтересовался Татищев, отметив странное возбуждение гостя.

— Желательно, ЗАС[1]. У вас есть такая линия, или мне воспользоваться компьютером?

— Обижаете, господин Галкин, — усмехнулся Татищев, вставая с кресла. — Идёмте, я отведу вас в переговорную.

«Переговорная» находилась где-то в глубине особняка. Басаврюк особо не старался запомнить дорогу, тем более, что с ними шёл один из охранников. При случае отведёт обратно в гостиную.

Граф остановился возле невзрачной на вид двери, на которой не было ни замка, ни замочной скважины, зато матово поблёскивала стеклянная панель. К ней-то Татищев и приложил правую ладонь. По панели пробежали изумрудно-алые всполохи. Что-то щёлкнул, полотно отошло в сторону.

— Прошу, — граф с усмешкой посмотрел на Басаврюка, заинтересовавшегося панелью. — Не пытайтесь выяснить алгоритм допуска. Он магический. Просто захотелось задекорировать замок современным атрибутом.

— Для меня это тёмный лес, — пожал плечами секретарь и вошёл в комнатку, оказавшейся, скорее, клетушкой без окон. Здесь был только столик с дисковым телефоном — невероятным раритетом, оставшимся от эпохи аналоговой передачи сигналов — и креслом, в котором мог расположиться человек для комфортного разговора.

Телефон не смутил Басаврюка. Он знал, что почти такой же находился в доме князя Шуйского. Только комната для связи была не в пример больше. Там даже операторы дежурили, постоянно сменяя друг друга!

Дождавшись, когда дверь закроется, отсекая его от оставшихся снаружи графа и охранника, секретарь сделал несколько глубоких вдохов-выдохов, настраиваясь на разговор с Хозяином. Нужна ли тому информация по Оленёвым? Скорее, нет. Но у канцлера была одна полезная привычка. Он никогда сразу не выбрасывал на помойку даже самые странные сведения и факты. Всё это накапливалось в особой папке, и при случае извлекалось, систематизировалось и пускалось в дело.

Ощутив расслабленность во всём теле, Басаврюк набрал номер, с удовольствием слушая мягкое шуршание крутящегося диска, потом поднёс к уху трубку цвета слоновой кости. В мембране что-то щёлкнуло, и секретарь тут же произнёс:

— Код «белый».

Что означало, информация не имеет особой ценности, но должна быть доведена до Хозяина. Узел связи находился практически рядом с рабочим кабинетом князя, поэтому Басаврюк терпеливо ждал, когда оператор позовёт Сан Саныча. Даже учитывая разницу во времени, канцлер должен быть дома. Если же отсутствует, то оператор скажет «отмена». Послышался шорох, кто-то взял трубку.

— Говори, Тимофей, — это был князь.

— Был с визитом у неких Оленёвых, чей Род служил Дружининым, — Басаврюк старался говорить по существу. — Выяснил, что у Александра Дружинина больше полутора лет назад пропал младший брат Николай, и обвинение пало на Борислава Оленёва. Тот, якобы, сливал информацию конкурентам, а Николай его заподозрил, что и стало причиной его исчезновения. Как только он пропал, через некоторое время исчез и Борислав. Родственники последнего подозревают Дружининых в расправе над ним.

Тимофей сделал паузу, в которую вклинился голос Шуйского:

— К какому выводу ты пришёл?

— У меня версия: Дружинины выкрали Борислава и держали его в укромном месте, а после использовали в ритуале «кормления».

— Николай Дружинин может быть жив?

— Вряд ли, Ваша Светлость. В ином случае я не понимаю логики столь изощрённой интриги. На кого она направлена? Если уничтожить Оленёвых — так для этого можно найти другой мотив. Ведь обвинение Бориславу выдвинули. Кто мешал Дружининым на правах сюзерена арестовать вассала и провести расследование? Но начальник Службы Безопасности вдруг исчезает, его до сих пор не нашли.

— Значит, всё же жив? — усмехнулся Шуйский.

— Нет, — уже более уверенно ответил Басаврюк. — Скорее всего, кто-то из конкурентов воспользовался ситуацией. Николая убили, тело спрятали таким образом, чтобы рекуперацию нельзя было провести гарантированно.

— Ладно, мир его праху, если так, — голос канцлера стал жёстким. — Твои действия?

— Выйти на контакт с мальчишкой, завязать с ним знакомство, но не здесь, а в Уральске. Там у меня будет побольше шансов. Сейчас он в родительском доме, за ним плотно присматривают.

— Хорошо, работай, — разрешил Шуйский.

— У меня появилась идея, Ваша Светлость…

— Надеюсь, стоящая?

— Скорее, трудновыполнимая из-за различных бюрократических закорючек, — Басаврюк замер.

— Ну-ну, — подбодрил его князь.

— А если подтолкнуть Михаила Дружинина на перевод в Москву, в Императорский Университет? Всё-таки престиж столичного ВУЗа, большой город, большие возможности. Парень потеряет голову от перспектив, а мы тут как тут…

— Да ты похлеще меня интриган, Тимоша! — расхохотался Шуйский. — Только он со своей одержимостью половину Москвы вырежет! А зачем привлекать внимание государя? Я всё же придерживаюсь мысли выпотрошить его в Уральске… если не получится добровольно изъять сущность.

— Я попытаюсь его уговорить, — твёрдо произнёс Басаврюк. — Есть ещё вариант: подвести к нему какую-нибудь красотку из столицы.

— У него своих не хватает? — иронично спросил князь.

— Хватает. Но «медовая ловушка» в виде высокородной барышни куда надёжнее.

—