Читать книгу - "Разрушитель - Мария Токарева"

семарглы. Его сова спикировала на отряд дворцовой стражи, выкашивая его и испепеляя черными линиями. Цвет магии не имел значения, черные или белые – в этот день все линии в умелых руках служили делу уничтожения космических змеев.

– Надо уходить! – крикнул Джи-Джи, почувствовав, как вся крепость асуров содрогается от пробуждающегося гнева Раата. – Силы неравны!

– Алистер, а Митрий тоже где-то здесь? – украдкой спросила Агнесс, отбиваясь от тени, пытавшейся схватить ее за крыло.

Верховный Ворон, парируя удар призрачного клинка, который со стороны выглядел как беспощадная атака на Агнесс, скрипуче ответил:

– Возможно. Но, возможно, и нет.

Стало понятно, что на спасение Митрия у них просто нет ресурса: в тронном зале распускали бесконечные канаты черных линий два верховных асура – Раат и Нираш. В этот же миг Алистер и Одио, обменявшись быстрым взглядом, синхронно взмахнули руками. Багровый портал, ведущий на Землю, рванулся и расширился позади них.

Тем временем Сумеречный Эльф, уже почти подхвативший ослабевшую Эленор, почувствовал ледяной укол в самой глубине своего существа. Черные линии Лорда Нираша, которые разорвал Страж, оказались лишь приманкой: из-под трона Раата выплеснулся новый клубок тьмы, живой и цепкий, словно липкое щупальце. Он не атаковал тело напрямую, но незримо пронзил грудь Сумеречного Эльфа и с мерзким высасывающим звуком водоворота вырвал из его сердца сгусток холодной мертвенной энергии, блеснувшей чуждым фиолетовым лучом.

«Спасибо за хранение Ключа Смерти», – прозвучал в голове злорадный шепот Нираша, и Сумеречный Эльф рухнул на одно колено, вскрикнув не от боли, а от шока и стремительно накатывающей пустоты внутри. Казалось, он лишился части души. Его тьма, которую он едва сдерживал, взревела, похоже, лишенная своего любимого артефакта: «Верни нашу красоту! Нашу квинтэссенцию разрушения!»

– Эльф! – закричала Эленор, пытаясь его поддержать, к нему же бросился Алистер. Вместе с Агнесс и Джи-Джи они подхватили обоих – оцепеневшего Сумеречного Эльфа и обессиленную Эленор – и рванули к порталу. Одио, прикрывая их отступление, обрушила на преследователей вихрь из черных перьев и потоков отчаяния, кажется, уже не заботясь о конспирации.

– С-спасибо… не подставляйтесь, – прошептал Сумеречный Эльф, с трудом выходя из ступора. Он наконец понял, что Вороны – пусть и не все – уже давно выступают против Лорда Нираша, но Алистер и Одио все равно были вынуждены остаться в Бенааме.

Прыгая в закрывающийся портал, Сумеречный Эльф обернулся. Его взгляд скользнул по мрачным сводам тронного зала, по фигуре Раата, сжимающего в одной руке Алмаз Жизни, а в другой – только что добытый Ключ Смерти; и по печальному лицу Алистера, который… тепло улыбался на прощанье.

Они отступали! Они забрали самое важное – Эленор! Но вынужденно оставили в заточении бывшего повелителя, а теперь – опаснейшего пленника Бенаама. Митрия.

* * *

Земля, Москва, 2026 год

Портал захлопнулся за их спинами с глухим гулом, отсекая яростные вопли асуров и зловещее сияние тронного зала Бенаама. Они рухнули на холодный каменный пол уже на Земле, в знакомом убежище – пентхаусе Джи-Джи.

Сумеречный Эльф первым поднялся на колени, хотя его тело сотрясала дрожь. В его сердце поднимался ураган из ярости, стыда и отчаяния.

– Проклятье! – хрипло и сбивчиво начал он. – У асуров теперь Ключ Смерти! И два Алмаза!

Он мысленно перебирал потери, и каждая отзывалась новым ударом бессилия. Его собственный Ключ Смерти, вырванный коварством Нираша. Ключ Войны, что был в теле бессмертного Волвива. Алмаз Жизни, похищенный у Эленор, Алмаз Мира, обманом утащенный у покойного Элвина. Оставался только Ключ Чумы, носителем которого был мятежный Демьян, да Ключ Голода в сердце Алистера. И против них Алмаз Исцеления у Джи-Джи и Алмаз Благополучия у Агнесс – только на двоих мятежных семарглов и оставалась надежда.

– В конце концов Лорд Нираш получит все Ключи, – тихо, но отчетливо произнес Джи-Джи.

Воцарилась гнетущая тишина, которую нарушало лишь прерывистое дыхание Эленор. Она сидела на полу, обняв колени, и вдруг подняла голову. Ее глаза, широко раскрытые, смотрели не на врагов или союзников, а в никуда. Но вскоре в них заискрилась новая необъяснимая надежда.

– Значит… – Она начала медленно, словно сама не веря в собственную догадку. – Я больше не хранительница. И ты больше не Ключ! Эльф! Ты понимаешь?! – Он настороженно обернулся к ней, все еще погруженный в пучину своего гнева, а она с надеждой продолжила: – Эта часть проклятья с тебя снята! Магия Алмаза и магия Ключа… они были противоположны. Они отталкивались. А теперь… теперь их нет.

Эленор медленно поднялась на ноги, шатаясь от слабости, но ее взгляд был твердым и лучистым. Она сделала шаг к нему, затем другой, не сводя с него глаз.

Сумеречный Эльф замер, наблюдая за ее приближением. Война, потери, мрак – все это вдруг отступило на второй план, оставив лишь ее лицо, ее протянутую руку. Он видел в ее глазах не жалость, не страх перед его тьмой, а ту самую любовь, которая ждала его восемнадцать лет. А может, две с половиной тысячи лет. Само воплощение вечной любви.

Она остановилась в сантиметре от него. Дрожащая ладонь коснулась его щеки. Не было взрыва магии, не было отталкивающей силы, лишь тепло ее кожи против его холодной плоти.

– Эльф… – прошептала Эленор. И тогда он сдался. Он наклонился, и их губы встретились.

Спустя восемнадцать лет.

Этот поцелуй оказался не страстным и не отчаянным. Он был тихим, нежным и бесконечно долгим. Он ощущался горестным прощением за все годы разлук, за все проявления тьмы. Не поцелуй – печать, обет, обещание. В этом прикосновении не крылось больше магии артефактов, казалось, иссякло и проклятие Стражей – осталась лишь любовь, простая и человеческая, ради которой они не побоялись пройти через ад. И ради которой, возможно, им предстояло пройти через него снова. Но теперь – вместе. Только вместе.

25.3

Прошло четыре дня, в течение которых все пытались прийти в себя. Сумеречный Эльф и Агнесс посменно тихо хранили сон измученной Эленор.

– Я в порядке! – говорила она, хотя они знали, какой ужас она пережила: видела сразу две жесточайшие расправы за один день и потеряла друзей из Ордена Полудня. Конечно, она плакала, и Агнесс плакала вместе с ней, а Сумеречный Эльф тихо рычал и корил себя.

Но в этой печали все равно крылось таинство радости на краю конца света. Они были вместе, рухнули старые противоречия и недомолвки.

– Я оставлю вас? – предложила Агнесс на пятые сутки.

«Нам бы вызволить Митрия, и, наверное, можно дальше жить? Просто жить? – раздумывал Сумеречный Эльф. – Асуры с артефактами, но все еще заперты в Бенааме. Будем защищать Джи-Джи и Агнесс, но они и сами неплохо защищаются. И… большая битва снова окажется отложена на века».

Хотел бы он мира, но дымка грядущего не сулила ничего хорошего. Казалось, последнее решающее сражение неизбежно,