Читать книгу - "Черноземье. Король - Иннокентий Белов"

Они получают по полторы осьмицы в долю, ей остается все остальное. На полное строительство и отделку уйдет примерно пять сотен золотых тайлеров. Может немного больше, поэтому реально счастливая Грита прибежала домой попросить у меня шесть десятков золотых монет. Очень хочет оказаться среди хозяев самого модного места в городе, после Торгового двора, конечно.

За что я уговорил ее ограничить свои выступления у Мортенса одним разом в осьмицу. Трактиром теперь заведует сын Мортенса, отец готовится отойти от сложного и нервного дела по своему весьма солидному возрасту.

Грите пришлось согласиться на мои условия, тем более в осьмицу полная посадка, так она хочет вместе со своей лучшей подругой стать совладелицей очень модного в будущем места для женщин.

— Клея молодец, понимает, что придется когда-то уходить. Поэтому взяла себе компаньонок, хотя ей вообще ничьи деньги для постройки хамама даже близко не требуются, — улыбаюсь я ночью, после горячего разговора с возбужденной Гритой.

Постепенно забираю драгоценности из Кассы, получаю деньги от ювелиров, еще мы с ними отлично заработали на крестьянских трофеях. Как я и рассчитывал, почти все из добытого на перевале крестьяне сдали моим людям.

Вот так, в спокойной жизни и приятных хлопотах незаметно прошла зима целиком. Я вдруг осознал, что через одну осьмицу по местному календарю начинается весна.

Глава 14

— За прошедшие шесть спокойных зимних месяцев я здорово отточил работу кузниц Водера, — признаю свои заслуги.

Оставшись совсем наедине с собой в вечер праздничной осьмицы, общий праздник, когда в Черноземье отмечают начало прихода весны. Набирающей силу после ветреной и прохладной долгой зимы, надоевшей всем местным жителям.

«Но, как по мне, так самое комфортное время, если по сравнению с сильно жарким летом!» — улыбаюсь я себе в зеркале.

Да, вообще, столько всего наладил и переделал в Асторе, что теперь свою внезапную отрезанность от Храма считаю реально большим благом.

— Хорошо, что все именно так получилось! — говорю я себе, разглядывая свое лицо и плечи в страшно дорогом здесь поясном зеркале, оставшемся нам от прежних хозяев — Судьба помогла, сам бы не додумался!

Еще стал здорово ценить свою новую жизнь без постоянных переездов и кое-как организованных ночлегов в глухом лесу.

«Ведь так хорошо получается, чтобы больше не спать на природе или на мокрой палубе качающейся шхуны. Еще питаться по установленному порядку очень вкусными и даже не пригорелыми блюдами. Сделанными из самых лучших местных продуктов знающей толк в кулинарии нашей Клоей с большой любовью».

Не все тот же надоевший кулеш, причем уже остывшим, жадно хватать ртом из давно немытой миски самому господину Капитану. Ведь пришлось бы постоянно кушать у едва тлеющего костра под противным дождем, как все время получается путешествовать при зимней погоде в Черноземье. Или прячась от него под насквозь мокрой елью в палатке из местного брезента, которая тоже легко и быстро промокает.

И сверху, и снизу, и вообще со всех сторон промокает.

Я уже заказал, заранее готовясь к постоянным зимним переходам, пошить два больших тента к палаткам и пропитать их соком одного местного растения. Чтобы хоть немного держали воду и защищали от дождя.

«Но, слава богам, они не понадобились, а в полночь уже наступает местная календарная весна. Не сразу снег сойдет около Храма, конечно, но можно уже отправить своих людей к стоянке. Чтобы проверили степных пастухов и поднялись еще повыше для разведки именно снежного покрова в тех местах», — напоминаю себе я, что сам уже давно не обязан ходить в разведку.

Ведь в родном теперь городе, да еще в шикарном доме — совсем другого уровня жизнь получается.

Когда сидишь за большим столом с белой скатертью и ловко пользуешься приборами, постоянно меняя красивые тарелки из благородного восточного фарфора — тут вам не из одной миски все подряд есть.

«Сам подобного благосостояния добился, своим обильным потом с пролитой кровью все заработал. Не так важно уже то обстоятельство — своей все же кровью или чей-то чужой, все по правильным понятиям пришлось сотворить».

Зато можно каждый день с умилением смотреть, как растет маленькая Грита и играть с ней. Долго разговаривать с сыном, когда у него случается увольнительная из Гвардии, постоянно присутствовать дома и спокойно спать в своей большой спальне.

Много времени зимой изучал свои первоисточники, выбирал, что можно в имеющихся экономических условиях запустить в производство. Опыт в непрерывных плавках у самого Водера и его подмастерьев заметно вырос, металл получается с еще большим процентом стали, так что отрыв от конкурентов серьезно увеличился.

— Пусть они даже ничего не знают про подобное! — довольно усмехаюсь я.

«Считай, у него и меня уже образовалась целая фабрика из шести кузниц, еще она с четким разделением производства работает. В каждой делают свою привычную часть работы, не приходится перенастраиваться постоянно, как вынуждены поступать все остальные кузнецы. Тот же самый конвейер на местном уровне выходит», — хорошо вижу я.

Да, те кузницы, где жили астрийские крестьяне, уже включились в производство, там особенно часто стучат штампы и прессы, выполняя большую часть машинной работы вместо живых мастеров.

«Еще работает на нас уже три десятка человек, все получают очень хорошо, хотя конкуренты часто пытаются переманивать работников Водера. Двоих ведь уже, самых плохеньких, переманили, теперь пытаются сами строить каталонские печи. Но там разных хитростей тоже немало имеется, только все подобное вообще не важно на самом деле», — признаю я.

Ведь довольно скоро, наверно, в новом году, заработает промзона около рудников и тогда окажется внезапно, что возить морем руду в Астор уже совсем бессмысленное занятие.

— Чисто только разориться стоящим на пути прогресса мастерам!

— Печи построят, конечно, но хороший металл получат не скоро. И такие прессы со штампами не смогут сами создать! — сам Водер довольно спокойно относится в подрывной деятельности конкурентов, когда я его спрашиваю. — Эти двое подлых перебежчиков и четверти всей работы твоих печей не знают. Поэтому заставят только деньги