Читать книгу - "Совершенная технология - Евгения Озерова"

Картошка, как и зелень, а также капуста-морковка-свёкла, и впрямь были здоровенькими, чистенькими, прямо загляденье! И – генно-модифицированными. Чтобы понять это, Шуше даже не пришлось прислушиваться: для неё в этих сельскохозяйственных дарах за версту ощущалась ненатуральность.

– Так… – мрачно произнёс возглавлявший группу начальник отдела экоконтроля, моложавый техноориентал, поняв всё без слов, по одному Шушиному виду. – А сертификат на генно-модифицированную продукцию у вас имеется?

– Пааадходим… Пааакупаем… – на два тона ниже произнёс исконный земледелец. – Картошечка… Морковка… Зелень…

Он, казалось, изо всех сил пытался вычеркнуть из собственной реальности четверых стоящих перед ним инспекторов, – так старательно он смотрел на проходивших мимо покупателей.

– Значит, нет… – со вздохом сказал техноориентал. – Жалко.

– Пааадходим… Паааакупаем… – перешёл почти на шёпот исконный земледелец, потом, наконец, перевёл растерянный взгляд на инспекторов и начал заискивающе заглядывать им в глаза. – Картошечка… Базилик… Лучок…

И вдруг, нервно облизнув губы, отчаянно, с мольбой в голосе, сказал:

– Не моё это! Это дяди моего! Сейчас он подойдёт, разберётся. Да нет, я сейчас сам за ним сбегаю!

Он с внезапной прытью, которую сложно было ожидать от небольшого, но такого плотненького существа, спрыгнул с лавки, собираясь куда-то бежать, но ещё один инспектор, остроухий, был быстрее. Одно лёгкое движение рукой, – и исконный земледелец застыл в движении, скованный лёгким парализующим заклятьем. Моложавый техноориентал и остроухий взяли его под руки и, ослабив заклятье, повели разбираться в администрацию. Лапы земледельца волочились по полу, цепляясь за асфальт.

Шуша идти с инспекторами отказалась. Она вызвалась походить по рынку ещё, сказав, что поищет другие нарушения, но, на самом деле, ей просто не хотелось присутствовать при разбирательстве. Подтверждающий генную модификацию анализ сделают за пять минут и без неё, а исконного земледельца было жаль. Раз в ход пошла ложь о дяде, наверняка у него и регистрации нет, и медицинская книжка подделана…

К концу дня у Шуши болели оттоптанные толпами рыночных покупателей ноги и гудела голова от призывных воплей торговцев. Уличённые в нарушениях исконные земледельцы скандалили, клялись бабушкиной бородавкой, что товар не их, снова скандалили, точили скупые слёзы… Гораздо легче было работать с акваориенталами в рыбных рядах. Грудастые зеленовласые прелестницы, завидев инспекторов, конечно, пытались построить глазки и трепетали ресницами, но быстро понимали, что здесь их методы вряд ли будут пригодными, и без проблем расставались даже с внушительными суммами штрафов. Так же спокойно реагировали на претензии инспекторов и кряжистые бородатые водяные, – разве что крякали с досады. Шуше запомнился только один из них, фактически, её земляк: крупный волжанин с поразительной бородой, в которой поселился немаленький речной рак и, наверное, не меньше пяти видов водорослей. Торговец, уличённый в продаже браконьерской стерляди, расставался с деньгами, сокрушённо качая головой, и всё приговаривал, что теперь-то уж точно и детишкам не привезёт ни заколочек, ни робота-трансформера, и жена его загнобит, и покупку нового акваскутера отложить придётся, «а старый, ёшкин кот, вот-вот грёбнется: в моторе у него журчит…».

Только на последнем, пятом рынке, который посетили инспекторы, Теплостанском, нарушений Шуша не заметила. Но это, похоже, вовсе не было заслугой администрации или самих продавцов: торговые ряды, несмотря на то, что рынок был круглосуточным, зияли незанятыми местами. Вероятнее всего, торговцы разнесли по сарафанному радио весть о проверке, и отсюда нарушители успели уйти.

– Откуда кукурузка? – спросила Шуша спокойную полноватую исконную земледелицу, лениво грызшую семечки.

– З-пид Луганську, – ответила та с достоинством, внимательно глядя на Шушу.

Сомнений не было: у этой торговки кукуруза самая что ни на есть настоящая и очень вкусная!

– Шесть початочков мне завесьте.

– То беры сим, ровно пивтора кило будэ! – махнула рукой земледелица.

– Беру, – согласилась Шуша.

Расплатившись, она не стала брать двух десяток сдачи, чем вызвала шквал приглашений посетить Луганщину со стороны непривычной к такой щедрости фермерши:

– Будэтэ в Украини, прийижайте до нас в Новопсков, прыгостымо гарною кукурузою!

В служебном микроавтобусе было тепло. Шуша собиралась уже прикорнуть до офиса, но начальник отдела экоконтроля (она только к вечеру как следует запомнила его имя: он, как и Юлечка, был иммигрантом) неодобрительно посмотрел на пакет с кукурузой и сказал:

– Это вы зря. Расхолаживает.

– Кого, Рональд Дональдович? – удивлённо спросила Шуша.

– Проверяемых. Инспектор должен быть неподкупен. Или хотя бы выглядеть таким. Я буду вынужден поставить в известность директора.

– Ваше полное право, – сердито ответила она.

Шуша передёрнула плечами и уставилась в окно. Понятно, что директор наверняка даже слова ей не скажет, тем более, что Рональд Дональдович в своей докладной вынужден будет указать: покупка произошла после окончания инспектирования. Но настроение было испорчено, и спать больше не хотелось.

В полутёмном офисе уже было пусто, только из дальнего угла доносились приглушённые стоны и вздохи. Шуше не надо было прислушиваться, чтобы понять: Лоринн добилась-таки своего, и остроухий аналитик лечит душевные и телесные раны самым простым и доступным способом. Она прокашлялась, чтобы предупредить парочку потерпеть несколько минут, и, нарочито громко топая, прошла к своему столику – забрать пакет с зонтиком и газетами, оставленный у стола.

– А давай заведём ребёночка! – едва открыв Шуше дверь, заявил сокровище.

Шуша вздрогнула от неожиданности, пакет выпал из рук.

– О, кукурузка! Спасибо! – сокровище нагнулся, резво собирая раскатившиеся по полу початки.

– А поцеловать? – только и нашлась что спросить Шуша.

– Сейчас! – сокровище уже бежал в кухню. – Поставлю вариться!

Пока Шуша раздевалась, оттуда уже послышался шум воды в раковине и стук кастрюль: сокровище ставил кукурузу на плиту.

– Я тут бифштексиков тебе сделал, а мама рис с подливкой приготовила, – появляясь на пороге прихожей с тарелкой в руках, сказал сокровище.

– Ну, может, я не прямо тут есть буду? – немного иронично спросила Шуша.

– Да, конечно, проходи! Я просто подумал, что ты устала… Шуша помыла руки и прошла на кухню. Села, покрутила плечами, расслабляясь. Зевнула и потёрла глаза.

– Да, устала, – признала она.

Сокровище сел напротив и вытаращился на неё со слегка озадаченной улыбкой. Это было его фирменным выражением лица, оно всегда вызывало у Шуши приступ умиления. Она привстала и, притянув голову, поцеловала его в макушку.