Читать книгу - "Совершенная технология - Евгения Озерова"

Баньши… Джек О'Фонарелл… Шуша решила, что Юле и впрямь можно доверять. Но всё-таки, зачем ей это?

– Откуда ты родом? Вроде откуда-то с Волги? – продолжала болтать Юлианна. – Я не знаю маскулинодендрофилов оттуда. У нас можно встретить несколько рас, но у вас только лешие ведь?

Шушины подозрения развеялись. Похоже, никто не собирался обвинять её в неполиткорректности, если она назовёт расу прадедушки по-настоящему.

– Нет, он не леший. Там, в Поволжье, свои маскулинодендрофилы есть. Они там всегда жили, и никуда даже не мигрировали из тех мест. Он киреметь.

– Он что? – переспросила Юлечка, не понимая.

– Не что, а кто. Киреметь, – сдержанно ответила Шуша.

– Я о таком и не слышала никогда… – прошептала баныпи, округлив глаза. – Вот бы у вас побывать…

– Что же, следующим летом, может, и съездим, – сухо произнесла Шуша.

Ей вдруг не понравилась Юдина непосредственность и её почти биологический интерес к представителям неизвестных ей рас.

– Ну что, полетели? Предложение подвезти в силе, или я сама? Тут подземка недалеко, – сказала она, вставая.

– Подвезу, конечно! – подскочила Юля и, забавно встряхнувшись, тягуче потянулась, перевоплощаясь.

«Как маленькая собака!» – невольно подумала Шуша и тут же одёрнула сама себя: неполиткорректно.

Сокровище уютно посапывал в темноте, сквозь тонкое, ещё не зимнее одеяло Шуша чувствовала боком его тощую спину. Она не собиралась прислушиваться, она и так знала, что дежурство выдалось нелёгким. Выспится – сам расскажет. Завтра. А то, что съел почти всё, что было в холодильнике, и задрых ещё до её возвращения, и даже потискаться не успели, – так это обычная проблема врачей после суток дежурства. Зато притянул её под бок, как только сама Шуша легла.

Только бы не начал среди ночи говорить спросонок: сегодня она хотела сосредоточиться на ощущении далёкого кризиса, точнее, ещё только «предчувствия предчувствия» его, которое преследовало Шушу с прошлой ночи…

Она постаралась отвлечься от воспоминаний о сегодняшнем. Сейчас речь шла не о банальных проделках коллеги аналитика и не о конкретной стае воробьев, теперь переселившейся со двора бюро в сквер напротив. Шуша усмехнулась, почувствовав, как бригада дворников-горноориенталов, матеря завхоза, отдирает среди ночи присохшее к статуе Махатмы воробьиное дерьмо, – некоторые выражались весьма изысканно, не каждый писатель «новой волны» на такие обороты способен.

Нет, речь идёт о невнятном ощущении, которое вызвал вчерашний сон… Что именно искать? И где? Как выглядит потенциальный враг, и кто его союзник? Какое изменение в мире будет служить признаком его появления?

Земля вращалась под звёздами и Солнцем: одновременно медленно и быстро, одновременно большая и маленькая… Западно-Европейское бюро в Париже и Западно-Африканское бюро в Тунисе уже передавали вахту Восточно-Американскому в Чикаго и Южно-Американскому в Буэнос-Айресе, чтобы те в свою очередь через несколько часов сдали дела Западно-Американскому в Сан-Франциско и Тихоокеанскому в Сиднее… Над Атлантикой пытался созреть тайфун, но у него нет шансов, поскольку на Кольском полуострове уже отрыли и собирались утопить в близлежащем озере вросший в землю с ледниковых времён трёхтонный валун. Нашествие саранчи в Нижнем Поволжье в будущем году тоже можно считать «успешно несостоявшимся», поскольку в Алис-Спрингс мужчина тридцати двух лет, разведённый отец двух дочерей, потомок ирландских переселенцев (сумели соблюсти все условия, молодцы, коллеги!) уже пролил воду из полиэтиленового пакета на кухонный стол…

Уже засыпая, Шуша почувствовала, что завтра ей не светит доложить директору о своём предчувствии. Хоть она была принципиальным противником решения собственных проблем с помощью своих способностей, а не могла не заметить каплю вновь пошедшего дождя, занесённую ветром в окно: придётся завтра кого-то заменять…

– …Что?! – подскочила она.

– Экстракт ацеласа ноль пять внутрисердечно! Дефибрилляцию на счёт три! Раз! Два!.. – сокровище, размахивая руками, опять реанимировал кого-то во сне.

Но не это разбудило Шушу. Она сумела поймать то, вчерашнее ощущение.

Кризис маячил впереди.

Ещё далеко, за «горизонтом событий».

И приближался он со стороны Солнца.