Читать книгу - ""Фантастика 2025-155". Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников"

местах. Да, это вам не лекции по теоретической магии в Сорбонне, это зубодробительные формулы, связывающие размер Знака, толщину эфирных линий и «производимую работу». В принципе, я прекрасно это знал эмпирически, но красотой математики был очарован. Пожалуй, такие знания даже полезны — если хочешь добиться точного эффекта, придётся считать на бумажке.

С трудом одолел я первую страницу и задумался. Интересно получается: Знаки и Печати для механической лошади я закладывал неправильно. Можно сделать символы меньше, при этом увеличив толщину, и получить коня гораздо мощнее. Скорость та же, а груз может тянуть намного больше. И вместо шестёрки лошадей, можно будет впрячь четырех коней. Экономия? Ещё какая. Кстати, авалонцы делающие лошадей давным-давно, не знают такой приём. Или специально ограничивают мощность своих поделок, чтобы больше покупали? Хороший вопрос, на пять с плюсом.

От научных мыслей меня отвлёк звук открывающейся двери.

— Константин Платонович, вы здесь?

Из «приёмной» донёсся голос Шешковского. Я быстро спрятал дневники и вышел из спальни.

— Где же мне быть, Степан Иванович? — я с ехидцей ответил ему. — Крыльев у меня нет, улететь не могу.

— Шутите, — секретарь Тайной канцелярии улыбнулся, — это хорошо. Люблю здоровый смех и веселье, его так мало в нашей жизни. А я за вами, пройдёмте со мной.

Мог бы и «пожалуйста» сказать, между прочим. Я буркнул под нос «Урусов, с вещами на выход» и пошёл за Шешковским. Вопрос «куда?» занимал меня мало. Гораздо больше интересовало: смогу ли я сбежать в случае опасности? Анубис почувствовал моё настроение и принялся накачивать эфиром Знак-татуировку на груди. Лишним не будет, согласился я с ним и принялся перебирать подходящие случаю связки. Пожалуй, бить чистым Талантом будет опрометчиво, а вот Знаки их порядочно удивят.

— Константин Платонович, — Шешковский привёл меня к парадной лестнице и указал рукой вверх, — нам сюда.

Я отбросил беспокойство и зашагал по ступеням. Нет, Знаки пока не нужны — меня вели на беседу к начальству. Наконец-то!

Глава 19

— Мёртвые

Знакомый фикус, знакомая дверь в кабинет. Только в этот раз я не подслушивал, а зашёл вслед за Шешковским. Внутри за массивным письменным столом сидел пожилой мужчина. Тот самый, кого я видел во дворе особняка.

— Хрущов Михаил Никитич, — шепнул мне Шешковский, — обер-секретарь Тайной канцелярии.

— Проходите, Константин Платонович, не стойте в дверях.

Хозяин кабинета, не вставая, поприветствовал меня кивком и тут же впился в меня пристальным взглядом, будто подозревал в государственной измене и собирался допросить. Я в долгу не остался — прищурился и стал рассматривать его магическим зрением. Таланта у него не было, а вот защитных амулетов обер-секретарь навешал на себя порядочно. И перстень с защитным Знаком, и медальон на шее, и старинный медный браслет, обхвативший руку выше локтя. Ясное дело, задерживать Талантливых магов им тоже приходится, а такие дворяне редко горят желанием добровольно отдаться в руки правосудия.

— Константин Платонович, — Хрущов подался вперёд, — скажите, эти мертвецы… Залоговые…

— Заложные.

— Да, заложные. Они разговаривали с вами?

Я пожал плечами:

— Говорили, конечно.

— Что именно они рассказывали? — что-то хищное проклюнулось во взгляде Хрущова, только не благородное, а скорее от падальщика.

— Жаловались больше. Жизнь после смерти не слишком сладкая штука.

Хрущов пожевал губами.

— Обстоятельства своей смерти они тоже вам доносили?

— Кажется, да.

— Кажется? Отвечайте чётко, не размазывайте! — он слегка повысил голос и перешёл на командный тон.

Я улыбнулся обер-секретарю самым любезнейшим образом.

— Михаил Никитич, а не напомните ли мне, с какого числа сего года я зачислен в Тайную канцелярию?

— Что?!

— Нет? Тогда я попросил бы вас, уважаемый Михаил Никитич, не повышать голос. Я не ваш младший подканцелярист, чтобы мне приказывать таким тоном. А коль вы дворянин, имею полное право потребовать от вас сатисфакции.

Набычившись, Хрущов в упор посмотрел на меня тяжёлым взглядом. Взбесится и потребует посадить в камеру? Отлично! У меня есть чем удивить в ответ.

К моему удивлению, обер-секретарь откинулся на спинку стула и расхохотался.

— Вот теперь вижу! Настоящий наследник Кощея! На мякине не проведёшь, да, Константин Платонович? Хах! Прямо старые времена напомнил.

Он отсмеялся, вытер глаза платком и махнул рукой.

— Садись, Константин Платонович, поговорим серьёзно, без ужимок.

Дождавшись, когда я устроюсь напротив него, Хрущов начал разговор в нормальном тоне.

— Мертвецы могут рассказать об обстоятельствах своей смерти?

— Вполне, память у них в полном порядке.

Шешковский и Хрущов переглянулись, а я подлил масла в огонь.

— И любые другие сведения из жизни. Стоит лишь задавать им правильные вопросы.

Обер-секретарь закашлялся.

— Это точно?

— Абсолютно. Исключения есть только для сумасшедших, тех, кто спятил под пытками, например. От них вряд ли можно добиться чего-то осмысленного.

— Константин Платонович, такое ммм… общение доступно только вам?

Я пожал плечами.

— Не могу точно сказать. Говорят, есть Таланты с даром медиума, которые легко могут разговаривать с мёртвыми.

Хрущов задумался, нахмурив лоб. Было видно, как он не хочет просить у меня помощи. Вдруг я узнаю что-нибудь важное от покойников? С другой стороны, оставлять свидетелей-мертвецов в особняке — очень рискованное занятие. Кто знает, что они могут выболтать, если найдётся спрашивающий?

— Константин Платонович, — решился Хрущов, — вы можете уничтожить этих заложных призраков?

— Я могу лучше — помочь им уйти.

На лице Хрущова отобразилось недоумение, страх и решительность.

— Нет! Эти мертвецы не должны выйти за пределы дома!

— Вы меня неверно поняли. Уйти туда, где им и полагается быть, — в посмертие.

— Ааа, — обер-секретарь облегчённо выдохнул, — так даже лучше. Что вам для этого нужно?

— Во-первых, узнать, зачем меня сюда привезли. Я четвёртый день сижу здесь и до смерти устал гадать, чего от меня хотят.

— Вам это нужно, чтобы разобраться с покойниками?

— Нет, конечно. Но вы же не думали, что я стану работать задаром?

Обер-секретарь хмыкнул.

— Императрица Елизавета Петровна пожелала увидеть вас, Константин Платонович. Вот только боюсь, — Хрущов ехидно улыбнулся, — вам придётся подождать, пока она соизволит вспомнить о своём желании.

— В таком случае, во-вторых, мне нужны прогулки. Сидение в четырёх стенах плохо влияет на здоровье.

— Не может быть и речи.

— Разве я арестован? Или собираюсь сбежать?

Хрущов покачал головой.

— Вам нельзя выходить из особняка, на это есть свои причины, Константин Платонович. Впрочем, можете гулять в зимнем саду, я прикажу, чтобы вас туда пускали.

— Отлично! И последний, третий, пункт — мне нужна будет ваша подпись.

Он посмотрел так, будто я предлагал отдать мне государственные скипетр и державу. Пришлось пояснить.

— Большинство мертвецов не могут уйти из-за чувства несправедливости. Они знают, что не виноваты, и жаждут самого