Читать книгу - ""Фантастика 2025-155". Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников"

class="p1">— Дельный, согласен. Где он, кстати? Почитай, уж вторую неделю не видно.

— В Муром его послал, за одним человечком. Ты Кощея застал?

— Видел, раз или два. Не по чину мне было с ним работать, высокого полёта птица.

— Это да, знатный был мастер, — невидимый хозяин кабинета цокнул языком. — Жаль, рано на покой ушёл.

— Так уж и сам, — усмехнулся голос в ответ.

— Ясное дело, что ушли его, а не по собственному желанию. От этого ещё жальче — начальство дело хочет, а работать некому.

Повисла пауза. Только слышался звон чашек и шелест бумаги.

— Да… А Кощей в этом годе помер, земля ему пухом. Вот за его наследником я Шешковского и отправил. Взять по-тихому да присмотреться.

— Доброе дело, доброе. К нам его устроить думаешь?

Хозяин кабинета неприятно усмехнулся.

— Не дадут, Никита Никонович. С самого верха его затребовали, на беседу, вроде как.

— Она?

— Угу. Сама захотела с ним поговорить. Злопамятна Матушка, сам знаешь — Кощей вывернулся, так она на родственнике отыграется.

— Жаль, Михаил Никитич, очень жаль.

— Вот я и говорю: буде Матушка его прижмёт, надо дружеское плечо подставить, помочь человечку. Вроде и не чужой нам по Кощею, поддержим. А там, глядишь, и к делу пристроим.

— Вот за что уважаю тебя, Михаил Никитич, что наперёд на десять шагов видишь. Эк завернул, а!

— Не льсти, Никонович, хватает лизоблюдов. Я тебе тоже приятственность приготовил. Готовься, дадут чин коллежского секретаря и место в Сибирском приказе. Сдавай дела да переходи туда — должность не пыльная, отдохнёшь от нашей лямки.

— Удружил, ох, удружил, Михаил Никитич! Как боженька в лобик поцеловал!

— По делам воздаю, не за красивые глаза. Сына твоего тоже пристрою, как и просил, — для начала копиистом пусть послужит.

— У нас?

— А где ещё? Не в Морскую коллегию же его отдавать!

Оба громко засмеялись одному им понятному юмору.

— Вот ещё что, — хозяин кабинета резко стал серьёзным, — пока не перешёл в Сибирский приказ, подними-ка бумаги по Голицыну.

— Проштрафился князюшка?

— Зарывается больно. — Послышался ещё один смешок, пробирающий холодом до костей. — Надобно внушение сделать. А коли не поймёт, так и правёж учинить.

— Сделаем, Михаил Никитич, в лучшем виде.

— Возьми. — Тихий шелест бумаги было еле слышно. — Посмотри на досуге. Ежели будут дельные мысли, запиши да подай мне докладную. Ладно, не буду тебя держать, и так допоздна засиделись.

Скрипнул по паркету стул, и я кабанчиком переметнулся обратно за фикус. А через пару минут из кабинета вышел Никита Никонович. Лицо его я не разглядел, но походку на всякий случай запомнил.

Пока шаги затихали где-то в коридорах, я обдумывал услышанное. Интересные, однако, дела. Кощей, значит, любимый дядюшка? И это мне собираются подставить плечо, если попаду под монарший гнев, так? Учтём на будущее. Пожалуй, карьера в Тайной канцелярии не такая уж и плохая судьба. Но лучше без этого обойтись — на вольных хлебах мне нравится гораздо больше.

* * *

Из кабинета не доносилась ни звука, и я решил возвращаться в свою «камеру». Погулял и хватит, исследование особняка продолжу завтра. Я спустился на пустой первый этаж, прошёлся по коридору и вышел к парадной лестнице.

Увы, удача мне изменила. Часовые снова стояли по стойке смирно, и проскользнуть незамеченным было невозможно.

Не успел я придумать хоть что-то, как Мурзилка спрыгнул с рук на пол. Задрал хвост трубой и гордой неторопливой походкой двинулся к часовым. Остановить кота я не успел.

— Мяу!

Мурзилка потёрся о ноги ближайшего часового.

— Брысь, — сдавленно прошипел тот.

— Мяу!

Кот перебежал ко второму солдату.

— А ну, пшол отсюдова!

— Не трогай его, Демьян. Мож, это начальство принесло, мышей гонять.

— Мяу!

— Брысь, тебе говорят!

Пока часовые развлекались, я пересёк открытое пространство и укрылся за колонной. Фух! Пронесло.

Шёпотом я сказал «кис-кис» и двинулся к лестнице в подвал. Зная Мурзилку, могу точно сказать — он мой голос услышит и прибежит. И точно — уже внизу кот догнал меня и потребовал взять на руки.

— Если будешь всё время на мне ездить, разжиреешь, как боров, — высказал я Мурзилке, но отказывать не стал. Заслужил, чертяка!

В подвале, как мне показалось, стало ещё холоднее. Даже изо рта вырывался парок, едва видимый в свете разряженных светильников. Ерунда — сейчас приду к себе в «нумера», там и отогреюсь. Съем ужин и завалюсь спать, оставив обдумывание на завтра. А вот с утра на свежую голову вспомню подслушанный разговор и поразмыслю, как его использовать.

— Шшш!

Мурзилка, только что лежавший спокойно, впился в рукав когтями, выгнул спину и зашипел. Всего на секунду раньше, чем я почувствовал возмущение эфира.

— Шшш!

Из темноты прямо мне наперерез вышел призрачный мертвец. Тонкие черты лица, костюм, давно вышедший из моды, в глазах безысходность и тоска.

Покойник остановился, вытер кровь, стекающую из разреза на шее, и посмотрел на меня.

— Ben jij de Boodschapper van Ushakov?

Голос призрака шуршал сухими листьями.

— Что? Не понимаю.

— Verdomme! Nog een fout.

Склонности к иностранным языкам у меня нет, но французский пришлось выучить в совершенстве. На нём я и попробовал обратиться к мертвецу.

— Parlez vous français?

— Oui!

От радости он даже ярче засветился призрачным светом. Подскочил ко мне, схватил ледяными пальцами за локоть и потянул за собой.

— Идёмте, mon ami! Я срочно нуждаюсь в вашей помощи.

Глава 17

— «Ябедный» архив

— Идёмте, дело не терпит отлагательств.

Мертвец тянул меня в темноту с выражением надежды на лице. Угрозы он не представлял, и я решил посмотреть, куда он меня ведёт. Тем более я с такими заложными покойниками обязан разбираться.

— Кто вы?

— Боюсь, моё имя вам ничего не скажет, сударь. Иоганн Ван дер Меер, к вашим услугам.

— Из Утрехта?

— Да, точно. Как вы догадались? Впрочем, можете не отвечать, это не имеет значения.

Он завёл меня в мрачный проход в стене и потащил дальше. Мурзилка спокойно сидел на руках и смотрел на покойника с интересом.

— А что, собственно, вы от меня хотите, милейший?

— Ах, cher ami, такой курьёз случился! Вы даже представить себе не можете. Такой ужас!

Покойник одной рукой держал меня за локоть, предупредительно поддерживая, чтобы я не споткнулся. А другой активно жестикулировал.

— Государыня грозилась отправить ревизию, и месье Ушаков поручил нам троим спрятать Ябедный архив.

— Какой?

— Ябедный. Как это сказать… Всякие плохие тайны, связанные с влиятельными людьми. Вы же знаете — такие вещи надо убирать подальше, особенно от владык. Ах, cher ami, расправы это очень плохо, очень. Они подрывают