Читать книгу - "Фантастика 2026-190 - Роман Лукич Антропов"

– Третье: нам не нужна война с Палагедой. Нас тревожат предсказания сивилл, но раз ты уверен, что есть другой способ сохранить Даорию от воздействия твоей сестры и при этом не ввязываться в войну с ними, то мы готовы выслушать и помочь. – Дариус отогнул четвёртый палец, одарив меня кислой улыбкой. – Следующее: ради мойр, впредь не шли подобные письма царям. Пиши нам, а мы уже решим, как убедить отцов тебя выслушать. Сделаем, что сможем, и постараемся склонить наследника Клана Воздуха на нашу сторону. И пятое: ты заблуждаешься, думая, что Мелай твой враг.

Четыре пункта я выслушал с воодушевлением, но на пятом не сдержал смешка. Возможно, им и рассказали о произошедшем на встрече, но они не видели своими глазами, как Мелай едва не насадил собственную дочь на металлические лезвия. Даже моё едкое веселье померкло при воспоминании о Сирше, я торопливо встал и сосредоточился на убранстве комнаты, силясь изгнать её образ из головы.

– Я благодарен за предложенную помощь. Она действительно мне понадобится, однако вы не знаете, какой из Мелая отец.

– Скорее всего, плохой, – признала Юталия, и выражение её лица смягчилось. – Мы не говорим, что он хороший или справедливый родитель, особенно по отношению к твоей сестре. Но ты его наследник и не представляешь, насколько твоё появление изменило происходящее. Мелай единственный, кто защищает тебя от расправы. Мойры, может, и хотели бы помочь, но их вмешательство неизвестно чем обернётся.

– До этого я сказал, что никто не посягнёт на положение Клана Металлов в Совете, – продолжил Дариус, прежде чем я успел задать нужный вопрос. – Но опасность существует для твоего рода. В последнее столетие появились проблемы с элитой и семьями, завладевшими монополией на определённые товары. Ты хоть изучил родословную?

– Что не так с Алейкосами? – помрачнев, спросил я, и принц Клана Земли удовлетворённо кивнул.

– Брак с Октавией Алейкос был ради ублажения политических амбиций её семьи и приближённой к ним элиты. Твой дедушка, царь Тарис, скажем так, отвлёк их, дав кусок власти, в то время как сам начал втайне финансово поддерживать здоровую конкуренцию на рынке. Однако Мелай не столь… дипломатичен, – Дариус будто специально подобрал именно такое описание, из-за чего я скривился, даже не пытаясь притворяться.

– Что он сделал?

– Точно ты в состоянии выяснить с помощью собственных архивов и советников, всё-таки это внутриполитические дела вашего Клана. Если вкратце, то Мелай не из тех, кто способен делать поблажки. Особенно он не любит садящихся ему на шею. Со смертью Тариса глава семьи Алейкос и его старший наследник Креон начали давить на Мелая, задавая оскорбительные вопросы: почему он так мало времени уделяет Октавии и где обещанный наследник, который встанет во главе Клана? Мелаю их претензии не понравились, и он весьма жёстко напомнил Алейкосам о том, где их место, а после и вовсе национализировал часть кузниц в пользу царской власти, объяснив это нуждами безопасности Клана и всей Даории.

Я ничего не ответил, занятый заполонившими голову догадками. Новых деталей стало много, и из них предстояло сложить весь пазл.

– Октавия давно в браке с Мелаем, их гул и уровень силы сравнялись, – пояснила Юталия, словно сомневалась, правильно ли я понял намёки. – Сама Октавия весьма посредственна, она не жаждет власти и оказалась пешкой в руках своей семьи. Тем более что она женщина и на место царя претендовать не сможет, но если она забеременеет, то на Мелая откроют охоту, а без него от тебя не оставят и пустого места. Поэтому важно, чтобы ты перестал подтверждать слухи о неустойчивых отношениях в вашей семье. Мелай должен оставаться сильным главой Совета в глазах остальных царей и элиты.

«Мелай единственный, кто защищает тебя от расправы».

Прошло всего несколько минут, а заявление уже перестало казаться таким уж смехотворным. Вряд ли озвученные предположения беспочвенны, раз даже дети других царей пришли, чтобы предупредить. Если у Октавии родится сын, то заговорщики смогут избавиться от Мелая и меня, а Креон станет регентом до совершеннолетия наследника. Алейкосы не просто породнятся с царской семьёй, они и станут этой самой царской семьёй.

Я медленно выдохнул, подавив смятение, смешанное с раздражением. Моё мнение о Мелае продолжало меняться день ото дня, но одно он умел точно. Наживать врагов.

– Зачем вы мне это рассказываете? – Я повернул голову к Дариусу: – Разве тебе не на руку, если от нашего Клана ничего не останется?

Клан Земли второй по могуществу.

– Я не стремлюсь к власти, – напомнил принц. – У нас и сейчас её предостаточно, и я не имею ни малейшего желания рушить устои, погружая Даорию в междоусобицы. Содействие тебе поможет сохранить привычный уклад жизни, который меня вполне устраивает. Мы поняли, что ты горишь идеей наладить мир с Палагедой. Я не имею ничего против, в задокументированном перемирии нет минусов. Юталия согласна, а уж сына Пелия мы как-нибудь убедим не вставлять тебе палки в колёса. – Дариус кивнул принцессе Клана Огня, и они медленно направились к выходу, похоже, решив, что встреча окончена и они сказали всё, что хотели. – Мы поспособствуем, чтобы наши отцы были к тебе благосклоннее, поэтому твоя задача проста. Не помри и стань достойным преемником, а там посмотрим.

Я не стал их задерживать, не уверенный, что, имея нынешний расклад сил и врагов, справлюсь даже с первой просьбой.

17

КАССИЯ

Я ещё сомневалась в реальности обещания Кая ночевать в моих покоях, пока он не заявился в комнату перед ужином, сразу после моего возвращения с первой тренировки. Нам принесли два подноса, и первое, что Кай сделал, – это поменял местами наши тарелки, игнорируя мои возражения и претензии. Потом с тем же спокойствием сын Гипноса занял мою ванную, а помывшись, улёгся на застеленную слугами тахту. Она была в меру большой, но с ростом Кая немного тесноватой. Я хотела прогнать его под этим предлогом, но вспомнила характер сына Гипноса. В ответ на попытки он не уйдёт, а устроится на моей кровати. В таком случае я не представляю, как вообще смогу сомкнуть глаза, зная, что он прямо у меня под боком.

С тех пор прошло полторы недели. Длинные изнуряющие дни, когда Веста, Кай и Элион наперебой пытались то ли научить меня сражаться, то ли покалечить, чтобы я не могла участвовать в поединке. Зная, что они вполне способны на радикальные меры, мне пришлось тренироваться усерднее, и к каждому вечеру я оказывалась вымотана настолько, что утром продолжала ощущать усталость.

За ежедневными совместными завтраками и ужинами мы с Каем разговаривали всё меньше. Он продолжал настаивать, что право