Читать книгу - "Звони в колокола - Куив Макдоннелл"

с мыслями. – Вижу, ты одумался и решил вернуться. Что ж, только на этот раз я готов забыть старые обиды, при условии, что…

Клэрмонт замолк. Он подошел к трону и теперь смотрел Нилу прямо в глаза. Во рту пересохло, мысли вылетели из головы, колени подогнулись, а мочевой пузырь оказался в серьезной опасности совершить нечто неподобающее для мужчины его возраста. Он пытался что-то сказать, но все, что вылетало из его уст, было: “Вабба-абба-на-Рождество”.

Санта-Клаус улыбнулся ему, и глаза его засияли еще ярче.

– Приведи мне детей.

Десять секунд спустя Клэрмонт и Уэйн стояли снаружи грота, глядя в землю.

– Это было… – начал Уэйн.

– Ага, уж точно было.

– Нам стоит… – Они переглянулись; ни один из них не имел ни малейшего понятия, как должно закончиться это предложение.

В этот момент мимо прошла корова.

– О, – сказал Клэрмонт. – Как тебе удалось закрепить красный нос без скотча?

– Я н…

– Не говори, – перебил Клэрмонт. – Забудь, что я спрашивал.

– И что нам делать?

– Делать? – переспросил Клэрмонт, изо всех сил стараясь звучать уверенно, чего на самом деле не чувствовал. – Как что? Мы открываемся, конечно. Да начнется сказка!

Всегда смотрите на жизнь с другой стороны

Детская площадка в районе Чорлтон в Манчестере оказалась в центре внимания всего мира после серии тревожных инцидентов, связанных с горкой. Упомянутая горка – одна из тех навороченных, извилистых конструкций с закрытой пластиковой трубой – начала проявлять необъяснимые свойства. Местный родитель Тоби Хэйдок, пожелавший остаться анонимным, но при этом трижды продиктовавший по буквам свое имя, прокомментировал ситуацию так: “Малыши заходят в один конец, а вылетают из другого уже подростками. Это невероятно. Мы пытаемся выспросить у них, что, черт возьми, там внутри произошло, но они только пожимают плечами и молчат – ну, потому что они, черт возьми, подростки”.

Ученые предположили, что в горке может быть червоточина или временная аномалия, ускоряющая процесс старения. Полиция уже перекрыла этот район после того, как некоторые родители устроили яростную потасовку, пытаясь вскарабкаться по горке снизу, в надежде, что это даст обратный эффект.

Глава 23

Спустя сутки после того, как она впервые переступила этот порог, сержант Андреа Уилкерсон снова оказалась на месте того, что судмедэксперт официально подтвердил как тройное убийство в библиотеке Манчестерского столичного университета. Она бы с превеликим удовольствием прожила остаток дней, никогда больше не видя этого места, но один из академиков – специалист по лингвистике и семиотике, с которым она консультировалась, – прислал вопросы о расположении символов относительно друг друга. Что-то о том, какие из них находятся прямо друг напротив друга на противоположных стенах. По письму казалось, что человек хватается за соломинку, но поскольку у следствия сейчас и соломинок-то не густо, Уилкерсон сочла нужным пойти ему навстречу.

Она только что пришла с утреннего брифинга спецгруппы инспектора Кларка. Ни ее, ни Стерджесса не приглашали, но она знала, что брифинг будет и все равно считала своим долгом явиться. Никто не решился выставить ее из комнаты, когда она уже вошла. Обычная дерзость Кларка заметно поутихла. Похоже, незавидное положение руководителя масштабной охоты на человека, которая, несмотря на изобилие ресурсов, выделеляемых на нее более суток, почему-то не увенчалась успехом в попытках найти залитую кровью библиотекаршу без какого-либо криминального прошлого, могло поубавить спеси даже у него. Она бы посочувствовала ему, если бы не была убеждена: в этот самый момент он ищет способ переложить вину на Стерджесса и, по совместительству, на нее. Стерджесс часто выражал полное отсутствие интереса к “политическим играм”, как он это называл. К сожалению, нежелание играть в игру не означало, что ты не играешь, а просто означало, что ты играешь из рук вон плохо. По правде говоря, ее до чертиков бесила необходимость постоянно прикрывать задницу шефа, тем более что он ее об этом никогда не просил.

Присутствие полиции вокруг библиотеки, хоть и оставалось значительным, было сокращено. С самого начала сохранить это грязное дело в тайне было невыполнимой задачей, в конце концов, библиотека находилась всего в нескольких метрах от факультета журналистики. Однако то, что наступила суббота перед Рождеством, несколько сыграло им на руку. Инцидент все же попал в газеты, но благодаря продолжающемуся расследованию и давлению со стороны “сильных мира сего” репортажи были на удивление сдержанными. До сих пор все жареные подробности опускались.

Работа со Стерджессом в их команде без названия и, официально, без полномочий означала, что Уилкерсон видела всякое странное и дикое дерьмо. Но если сесть и вдуматься, одной из самых пугающих вещей было то, как мало из этого попадало в СМИ. По всем правилам, кое-что из увиденного должно было быть на первых полосах с заголовками, полными восклицательных знаков и абсолютного неверия, и все же это проходило почти незамеченным. Кто-то где-то этому мешал. Кем бы они ни были, у них был почти невообразимый уровень власти. Она давно подозревала, что Стерджесс знает об этом больше нее, но по какой-то причине, когда эта тема всплывала, он всегда менял тему.

Уилкерсон кивнула дежурному офицеру и расписалась в журнале. Она его не узнала. Свежий, бодрый парень. Неудивительно, за день до сочельника любой, у кого было хоть немного выслуги лет, постарался бы вычеркнуть себя из графиков. Она протиснулась сквозь пластиковую завесу на двери. К счастью, тела уже давно задокументировали и увезли. Лишь пронумерованные карточки указывали на места, где были найдены, мягко говоря, “фрагменты”. Это также означало, что ей не нужно надевать защитный костюм, так как место преступления больше не считалось действующим. Символы все еще были на стенах. Впрочем, когда Уилкерсон вошла, не они первыми приковали ее взгляд.

– Кто ты, черт возьми, такой? – выпалила она с обычной для нее бестактностью, вызванной тем, что ее застали врасплох.

Мужчина, стоявший в центре комнаты с распростертыми руками и устремленным в потолок взглядом, обернулся и одарил ее натянутой улыбкой. Она его не знала, а он был из тех парней, которых быстро не забудешь: абсолютно лысый, ростом за два метра, в черном костюме-тройке. В голове у нее всплыл пугающий образ стервятника. Он сделал несколько шагов ей навстречу.

– Доброе утро, – произнес он бесстрастным голосом. – Я не хотел вас напугать.

– А вот напугали. А теперь живо предъявите документы.

– Разумеется.

Мужчина полез в карман