Читать книгу - "Фантастика 2026-190 - Роман Лукич Антропов"

не знаете, как Элион опозорил свой Дом? – едва слышно уточнила Элин, и я мотнула головой. – Это было изнасилование, кириа. Архонт и наследник до конца защищали Элиона, оправдывая, что это была случайность из-за алкогольного опьянения, но правда расползлась быстрее, чем они смогли всё скрыть. По словам жертвы, она выпила и всё же была достаточно трезвой, чтобы чётко ему отказать. Говорят, что он принял её за служанку. Решил, что низшая ничего не сделает племяннику архонта, и изнасиловал её.

Элин говорила тихо, но я чётко расслышала каждое слово. Перестала дышать, не веря своим ушам. Всё сказанное – какие-то глупости. Элион безответственный, капризный, жестокий к своим недругам и, да, любящий женское внимание. Но изнасилование…

– Девушка оказалась внебрачной дочерью эвтина из Дома Соблазна, – продолжила Элин, ускоряя рассказ. – Она родилась от его связи с низшей любовницей. Несмотря на незапланированное зачатие, дочь он любил и имел достаточно влияния, чтобы поднять всех на уши этой историей.

Я невольно потёрла лоб, а затем и всё лицо ладонью, чтобы убедиться, что больше не сплю. Реальность напоминала нелепицу, всё со вчерашнего дня шло наперекосяк, внезапно всплывающие факты никак не укладывались в голове. И всё же по спине пробежала волна мурашек: эвтины – государственные ревизоры. В их коллегию входит по одному представителю от каждого Дома, и они славятся свой неподкупностью, в их словах не сомневаются.

– Элиону и его Дому пришлось признать вину, – вклинилась в размышления Элин. – Когда Дом Соблазна потребовал судебного разбирательства, решая сильнее унизить архонта Чревоугодия, жертва не выдержала давления и покончила с собой. Помимо её слов не осталось никаких прямых доказательств, поэтому Элиона не отправили в тюрьму. Дело вынужденно закрыли. Девушку было не вернуть, но говорят, архонт Чревоугодия откупился от её матери большими деньгами. Затем Элион уехал в Санкт-Данам, чтобы там дождаться, пока слухи поутихнут и все забудут эту историю. Ну или, по крайней мере, прекратят предавать ей значение. Прошло почти девять лет, и открыто об этом уже не говорят. Простые жители, не связанные с семьями архонтов напрямую, и вовсе позабыли о трагедии. Но возвращение Элиона напомнило о случившемся слугам, таким как я.

У меня вырвался истеричный смешок. Он сорвался невольно, всё услышанное звучало абсурдно.

– Глупость, – заявила я. – Элион не такой.

– Вероятно, он изменился? – без уверенности, но примирительно предположила Элин. – Говорят, что самоубийство жертвы сильно на него повлияло. Может, он действительно сожалеет?

«Ты знаешь, что мы найдём тебя, если с ней что-то случится». Слова дедушки зазвенели в голове. Он дал мне кинжал и приказал перерезать Элю горло при необходимости. Только из-за того, что мы сели на одного коня.

Я до боли свела брови и зажмурилась, вспомнив все обрывки фраз, которые слышала. Действительно, слуги хоть и выполняли просьбы Элиона, но держались от него подальше.

«После всего дерьма, что ты натворил в Пелесе, даже твой собственный дядя слал наёмников, намереваясь прикончить тебя под шумок где-нибудь в подворотне». Не могли же слова Кая относиться именно к этому? Глупости. Уж кто-кто, а Кай должен знать, что Элион на подобное не способен. Они же друзья.

В желудке потяжелело, будто я наелась камней.

– Чепуха, – сипло выдала я в ответ на жалостливое выражение лица Элин. – Всё это какая-то чепуха.

Я резко поднялась с места и направилась к гардеробу. Служанка заторопилась за мной, но я остановила её взмахом руки.

– Нет, я сама. Сейчас же поговорю с Элионом, выясню, откуда вся эта глупость! – я хотела бросить фразу твёрдо, но голос дрожал от смятения. Я никак не могла сложить воедино полученную информацию. Услышанное и то, что мне известно о племяннике архонта, полностью исключали друг друга. – И никакой стражи или слежки. Пойди и скажи, чтобы гоплиты к манежу и близко не подходили во время моих занятий с Элионом.

– Но, кириа…

– Никаких но. Скажи, чтобы не приближались.

Элин сникла, но покорно кивнула. Я моментально пожалела о своей резкости, но она уже направилась к дверям.

Я едва не перепутала несколько предметов одежды, собираясь второпях. Не позаботилась о каких-либо украшениях, а волосы распутала пальцами на ходу по дороге в конюшню. Я не находила себе места, меня нервировал абсурдный рассказ Элин. Я чувствовала себя единственной сумасшедшей, не верящей в эту историю.

– Ты задержалась, малышка, – со смешком заметил Элион, затягивая крепление седла.

Я не ответила на приветствие, а попросила двух конюхов выйти из помещения. Эль прекратил своё занятие, пока я нервно обошла ближайшие денники, убедившись, что никого нет.

– Ты выглядишь неважно, Кассия. Синяки под глазами, будто не спала, – серьёзно заметил друг. На его лице отразилось большее недоумение, когда я молча уставилась на него.

– Мне рассказали смехотворную чушь о тебе, Элион. Какой-то бред, не понимаю, откуда они это взяли, – начала я, сбиваясь на лихорадочное бормотание.

Эль сперва побледнел, а потом его лицо лишилось каких-либо эмоций. Он отвернулся и продолжил заниматься седлом гнедой кобылы.

– И что же такого тебе рассказали? – без искреннего интереса уточнил он в повисшей тишине.

Уже на этом моменте я ожидала незамедлительной шутки или возмущения, но Элион просто отвернулся. Мне было противно пересказывать услышанное. Эль точно оскорбится, узнав, что я хоть на мгновение засомневалась в нём.

– Что ты изнасиловал девушку и после её самоубийства сбежал в Санкт-Данам. Поэтому твоя семья тебе не рада, – набравшись смелости, тихо выдала я.

Эль никак не отреагировал. Проверил седло, погладил лошадь по шее и только затем повернул голову ко мне, напряжённо ждущей ответа. Чёрные кудри упали на зелёные глаза, а взгляд напомнил Элиона при нашей первой встрече. Вспыльчивого, жестокого, того Элиона, что ломает недругам ноги просто из прихоти.

– Это правда.

Я заморгала, сомневаясь, что правильно поняла. Палагейский всё-таки не мой язык. Я улучшила навык и всё же легко могла ошибиться.

– Это правда, малышка, – словно прочитав мои мысли, повторил Эль, а его привычное обращение прозвучало с новой, не столь ласковой интонацией. – Или хочешь, чтобы я солгал?

Я оцепенела, полностью растерянная.

– Вообще-то не собирался тебе рассказывать. Много лет прошло, и я изменился. Научился на своих ошибках, – он не отрывал от меня испытующего взгляда, весь напрягся, приготовившись защищаться, хотя из нас двоих именно мне нужно было обороняться, потому что его резкие слова, сказанные издевательским тоном, ранили.

– Ты не мог, – через силу выдавила я.

Элион насмешливо наклонил голову и вскинул брови, безмолвно спрашивая: «Правда?» Я смотрела на него и не верила увиденной реакции, мотнула головой, отрицая. Эль нахмурился, недовольный моим упрямством.

– Откуда такая уверенность в том, что я