Читать книгу - "Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков"

class="p1">– Случись что со мной – поможешь им?

– Помогу, – кивнул белопольский князь. – Только ты уж, братец мой король, постарайся, чтоб с тобой этого самого «чего» подольше не случалось. Сам, небось, понимаешь: я у твоей руки не вдвое – вчетверо сильней, чем сам по себе.

– Помирать не собираюсь, – заверил король. – А только всякое случается.

– Ладно уж тебе, – проворчал князь. – К Лерке-то как, можно?

– Коли нет – Вахрамей не пустит, – повел плечами Егорий. – А Лера тебе обрадуется, сам знаешь, ты у него – любимый дядько. Сходи, вправь парню мозги, чтобы впредь в доспехе выезжал.

– Думаешь, послушает? – ухмыльнулся Дмитрий. – Он у тебя лихой. И это, брат мой король, хорошо. Опасно, да. Зато уж и трусом не ославят. И пусть мы с тобой, старики, понимаем, что не храбрость главное для короля… оставим это знание при себе, Егорий.

Словно смутившись внезапной многословности, князь Белопольский дернул себя за ус, встал и, молча поклонившись, вышел.

3. Егорий, король Двенадцати Земель

Вахрамей зашел в кабинет, когда Егорий дописывал памятку. Была у короля такая вот, совсем не королевская привычка: не доверяя всяким там секретарям, собственноручно марать бумагу заметками о состоянии дел. Причем и бумагу-то, государю не подобающую – из дешевых, такую, что и испортить не жаль, и в огонь кинуть – запросто. Еще год назад королевские памятки в огонь и летели – до того дня, когда принц Валерий застал отца за составлением плана переговоров с Лу. Пробежав глазами отцовы заметки, принц припомнил, что и раньше заставал короля с пером в руке. Узнав же, что за судьба ждала плоды отцовых трудов, обозвал короля жмотом и олухом, утаившим от сына самое интересное в сложной науке правления, и категорически – слишком категорически для почтительной сыновней просьбы! – постановил, что впредь отслужившие сиюминутную службу памятки будут оставаться ему, Лерке, в назидание. Ну и в подсказку, разумеется.

С тех пор Егорий приучился вкраплять в насквозь понятные ему самому записи пояснения для сына, а в сложных ситуациях – перечислять варианты возможных действий и расписывать ход своих рассуждений, предваряющих окончательное решение. Валерий же завел для отцовых заметок специальную шкатулку на гномьем запоре, а для шкатулки – укрытый чарами тайник в стене спальни.

О тайнике Вахрамей знал. Собственно, он был единственным, кроме отца с сыном, кто знал и о королевских записках, и о дальнейшей их судьбе: семейному лекарю ведомо многое, а уж если он еще и магознатец… сам ведь чары на тайник и накладывал. Однако содержимым исчерканной рукой Егория дешевой бумаги лекарь никогда не интересовался и, невзначай застав короля пишущим, обычно тихо уходил.

Ныне же, едва взглянув на короля, полез в сумку за сахаром и горьким зельем; скормив же Егорию потребное снадобье, велел сворачивать труды и отправляться спать. Сам, не доверяя, проводил до спальни и даже, настороженный непривычной покладистостью государя, подождал, пока тот уляжется в постель. После чего сел рядом, взял в свои ладони холодные пальцы короля – и послал ему легонький, почти неощутимый толчок сонных чар. Долго глядел в бледное лицо, дожидаясь появления обычного румянца. Сердито жевал губами: загонишь себя, твое величество, кому лучше станет?

Уверясь, что сон короля крепок и спокоен, а целительное снадобье начало действовать, Вахрамей тихонько поднялся. Оставлять сейчас Егория было никак нельзя. Принц уже идет на поправку, князь Дмитрий проследит за ним, да и займет; а вот государь, измотавший себя заботами и беспокойством, сам не понимает, как близок к опасной черте.

Вахрамей обошел королевские покои, проверяя охранительные чары. В целости. Выглянул в коридор, велел гвардейцу у двери:

– Не пускай никого, государь отдыхает.

И вернулся в спальню. Проснется король – хочет не хочет, а придется ему уделить время для лечения.

К ВЯЩЕЙ СЛАВЕ ГОСПОДНЕЙ

1. Сэр Бартоломью, королевский рыцарь

Барти открыл глаза, побуждаемый смутным чувством неудобства. Мариана придерживала его голову, на затылке ощущалось что-то холодное и противно-липкое. Под черепом стучало так, словно ему хорошенько приложили по голове, – хотя никакой драки рыцарь не припоминал.

С памятью вообще творилось что-то непонятное. Например, четко помнилось, что Мариану и Кэтрин похитили подземельные – хотя, если верить собственным глазам, по крайней мере одна похищенная жива-здорова и сидит рядом с ним. И с чего он вообще взял… Откуда и почему взбрело ему в голову про это похищение, рыцарь вспомнить не мог, как ни старался. Зато помнился незнакомый мужичонка, к которому они с Миком зачем-то хотели подобраться незаметно – знать бы еще, зачем!

Затылок дернуло болью, зазвенело в ушах. Мариана опустила голову рыцаря на подушку – и встретилась с ним взглядом. Неуверенно улыбнулась. Сказала кому-то за его спиной:

– Он очнулся.

– Хвала Господу, – произнес незнакомый голос. – Вам повезло, сэр рыцарь. Нет-нет, не вздумайте шевелиться! Защитный амулет, не так ли? Без него…

Мариана встала; на ее место уселся пухленький, добродушного вида человечек в лекарской мантии. Поднес к губам рыцаря серебряный кубок:

– Выпейте-ка вот это.

Барти отхлебнул, скривился.

– Ничего-ничего. Пейте до дна, благородный сэр. Вот так, молодцом. Теперь еще часик полежать, и все пройдет, как не бывало. Ну что ж, господа, я здесь больше не нужен. Желаю здравствовать и не совершать глупостей.

Стукнул о стол опустевший кубок, скрипнула дверь. Что же все-таки случилось, подумал Барти.

– Мариана?

– Я здесь. – Девушка снова присела на край его кровати.

– Что стряслось, Мариана? Я ничего не помню.

– Ты хотел заглянуть в Подземелье. – Мариана глядела на Барти с непривычным сочувствием.

– Зачем?!

– Меня найти, – вздохнула Мариана. – Так вот, сэр Барти, тебе просили передать: Подземелье защищено от подглядывания. Такие амулеты, как был у тебя – только для поверхности.

– Так, значит, это правда? А я-то думал, в бреду привиделось… и что же нужно было от вас подземельным?

– Да ничего, – удивленно отвечала Мариана. – Просто там, у лавки травника, какие-то придурки затеяли свару. И мастер-гном предложил нам уйти с ним. Просто чтобы не ввязываться в скандал.

– Они вернулись еще вечером, – подал голос Базиль.

Барти попытался повернуть голову. В глазах замельтешили цветные пятна, прохладные девичьи ладони легли на виски.

– Не надо, сэр Барти, не шевелись.

– А сейчас? – Барти не договорил, но Мариана поняла. Ответила укоризненно:

– Скоро полдень. Право же, благородный сэр, я хоть и уяснила уже, что вы изрядный паникер, но не думала, что настолько.

– Что вы, благородная Мариана, – с преувеличенной учтивостью возразил Барти. – Я всего лишь подумал, что вы отправились в Подземелье искать подвига, и