Читать книгу - "Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков"

– Точно, он, – шептал Мик. – Нос такенный, и руками размахивает! И пузо!

– Может, просто похож? – Барти думал недолго. – Давай поближе, что ли, глянем. Осторожно только. Сейчас мимо пройдем, а потом вернемся и станем со стороны навеса.

Пока подбирались ближе, толпа изрядно выросла, но тем меньше рисковали они спугнуть заклинателя – если это и впрямь был он. А это вряд ли, думал Барти. Даже если выбросить из головы, что никакой уважающий себя заклинатель не сменит гильдейскую рясу на презренную мирскую одежду. Просто не бывает такого везения, вот и всё; да и не дурак же тот заклинатель, чтоб в столицу лезть!

– Он, железно он, – прошептал Мик. – Говорит как, не спутаешь.

– Говорит? – Рыцарь перевел взгляд на мальчишку. – Ты ничего не рассказывал про то, как он говорит.

– Забыл. – Мик виновато шмыгнул носом. – А теперь вот услышал и вспомнил. Не наш говор у него, вона как гундосит.

Похожий на «их» заклинателя оратор и в самом деле отличался на редкость неприятным, гнусавым голосом. Барти даже не сразу понял, о чем, собственно, он рассказывает увлеченно замершей толпе. А поняв, ахнул.

– Точно вам говорю, люди добрые! Кабы не встретились тем гномьим выползням купец с охраной да амулетами, так деревне нашей и конец бы настал. Прямиком шли, я сам видел! Чуть жив остался, сохрани Господь и помилуй! И ведь аккурат тому два дня, как с подземельным кузнецом в цене за лопаты не сошлись. Вот ведь, люди добрые, из-за какой малости погибель ждать может! И кто теперича скажет, что выворотни эти – гномья сказка, тому я самолично в рожу наглую плюну. Хороша сказка, одни следы – во! – Руки заклинателя очертили круг размером с парадное блюдо. – А уж ручищи-то, ручищи… А вместо головы – валун гранитный, и на месте глаз дыры огнем синим горят.

– И не было там никакого огня, – прошептал Мик, – вот ведь врет и не заикнется!

Но толпа поверила, зашумела испуганно и сердито. Заклинатель – теперь Барти не сомневался, что это он! – немного помолчал, давая слушателям время представить, сколько страху натерпелся, и продолжил:

– Вот, значит, односельчане мои меня и послали до короля – управы искать на Подземелье и на мерзких колдунов гномских. А короля на месте-то и нету! И что мне, люди добрые, теперича делать? Где правды искать?

– Ох, ну и сволочь, – прошептал Барти.

– Верно, – выкрикнули из толпы. – Распоясалась нелюдь, а король наш всё терпит да потакает!

И тут рыцаря осенило.

Он протиснулся через толпу, схватил заклинателя за локоть и гаркнул нарочито громко:

– Тебя-то, почтенный, мне и надо! Прах меня побери, что за удача, какая встреча!

Заклинатель, безуспешно пытаясь выдернуть руку из железной хватки, вопросил дрогнувшим голосом:

– Что такое, добрый господин? Я вас не… вы мне…

– Да я ведь как раз из охраны того купца, почтенный! Драпал-то хозяин, признаться, что было духу, вот часть товара и побилась, а что за товар-то был: наилучшее заморское вино, почтенный! – Барти причмокнул губами, с удовольствием ловя смешки зрителей. – «Знойная клубничка», «Сердце красавицы», «Бешеный лев», даже «Полуденный звездопад»! А получатель, зараза жадная, теперь скандалит! Уж сколько там побилось, можно подумать; да хозяин и согласен честно убыток посчитать. А получатель, сквалыга скупердяйская, вовсе платить не хочет! Сами, говорит, допивайте, раз довезти не могли! А мне, говорит, платите за груз, да с неустойкой, да с компенсацией… тьфу, зараза! Мы уж ему толкуем: до груза ли, когда шкуры спасать надо?! А он, сволота сквалыжная, не верит! Выпили, говорит, а теперь заливаете, сказками гномьими уважаемого человека кормите! Тьфу, уважаемый тоже нашелся, скупердяй сквалыжный! Почтенный, на вас теперь вся надежда… – Рыцарь подбавил в голос искательных ноток: – Вы уж будьте так любезны, сходите со мной, обскажите всё как есть, как оно было, а мой-то хозяин, если делу поможете, честь по чести отблагодарит, у меня хозяин путёвый, веселый да щедрый, не из тех, что от жадности удавятся.

– Н-ну ладно… ладно, отпустите только, добрый господин.

Но Барти потащил своего пленника сквозь толпу, так и не ослабив хватки. Люди шумно сочувствовали бедолаге-купцу, явно на пару с охранником лечившему нервы уцелевшим грузом. И заклинатель вынужден был безропотно семенить за пленителем; впрочем, думал Барти, ему случайная встреча может быть и на руку. Уж теперь-то сплетня разойдется по всей столице. А что ему надо было, если не шумиху от порочащей Подземелье сплетни?

Заклинатель почуял неладное у самых казарм. Рванулся прочь, но Барти держал крепко. Несколько быстрых шагов – и вот уж дубовая дверь захлопнулась, отрезая путь к свободе. Тут только заклинатель заметил Мика. Узнал. Но поздно: рыцарь больно завернул ему руку за спину и кликнул дежурного по отряду:

– Коронный преступник вам, ребята, в подвал. Завтра доложу о нем кому следует, а пока – обыщите и в камеру.

– Будет сделано, сэр!

Заклинателя увели, плотно взяв за локти.

– Спасибо, Мик! – Рыцарь легонько хлопнул мальчишку по плечу. – Глаз у тебя верный, и голова на месте. А теперь – поедем.

4. Базиль, бывший десятник себастийской городской стражи, бывший наемник, ныне же – стрелок замковой стражи принца Филиппа

Заполучив на свою шею Грызку, телегу и двух ребятишек, Базиль даже представить не мог, насколько неожиданное хозяйство перевернет его отношение к жизни. Бывший наемник привык обходиться малым, не думать о завтрашнем дне и поплевывать на опасности и тревоги бродячей жизни, и вступление в стражу принца ничуть его не изменило. Он равно посмеивался и над мечтающим о карьере сопляком, и над ветераном, что словно невзначай присматривает вдовушку с домиком и какими-никакими деньжатами; о себе же говорил, что для карьеры рылом не вышел, а семья – блажь, и ничего ему не надо, кроме кружки эля и миски жаркого после дежурства, да иногда теплой девки под боком. Но отвечать за Кэти и Мика оказалось куда страшней, чем за любой груз и любой замок, что приходилось ему когда-нибудь защищать. Пускай только перед собой отвечать, да разве, прах бы его побрал, этого мало?! Племянники легли суровому дядьке на сердце сразу и прочно, а оберегать двоих неумех-малолеток – совсем не то, что драться за собственную дубленую шкуру.

Поэтому, нахлестывая взмыленную Грызку и ощущая всей спиной злобу оставленного позади врага, Базиль клялся себе: доберемся живы-целы до Корварены, первым делом куплю заводную лошадь.

И теперь он ходил по конскому рынку, оглядывая лошадок – непременно северной породы, одинаково годных в упряжь и под седло, выносливых и