Читать книгу - "Алекс - Семён Афанасьев"

на то, что он, видимо, считал литературным. — Você fala Portuñol? («Вы говорите на Портуньол?») — продолжая вежливо пожирать её глазами.

Манеры пацана были настолько неповторимо деревенскими, а сам он смущался настолько неподдельно и искренне, что Камиле захотелось громко заржать.

Но это было невозможно по целому ряду причин. Потому она лишь весело отбросила волосы назад; вздохнула, задавливая рвущуюся наружу улыбку; и, как могла, доброжелательно ответила:

— Sim, calma. («Да, успокойся») — Затем на всякий случай повторила вторым возможным вариантом. — Relaxa. («Успокойсярасслабься». То же самое).

Глава 14

— По правде сказать, успокоиться в такой ситуации непросто, ещё и в моём возрасте, — стеснительно признался пацан, наконец начиная откровенно пялиться в сторону её расстёгнутых пуговиц.

— Завязывай, — лениво отозвалась Камила. — Отгадай, как давно и как часто я в армии слышу что-то подобное? И кстати, на табличке снаружи висело моё звание. Надеюсь, ты успел прочесть.

— Мои извинения, — совсем по-деревенски пробормотал посетитель и попытался куртуазно поклониться.

Что было никак не по уставу. Оборжаться.

С другой стороны, местный устав написан никак не на портуньол, и не для портуньол, и никаких обращений на этом языке не регламентирует.

— Проехали, — великодушно кивнула врач. — Так что стряслось-то? Или ты не к врачу сюда шёл?!

— К врачу. К дежурному врачу. Но оказался не готов к… — мальчишка явно по инерции тормозил.

Отреагировав с запаздыванием, поняла Камила и устало вздохнула.

— Я поступил сюда только сегодня. — Наконец взял себя в руки пацан. — Медобследования не проходил, если не считать какого-то исследования на наличие и характер искры у бабки в первом корпусе.

— Так. А откуда ты сюда попал? — профессионально отреагировала Карвальо уже с любопытством.

Приём учащегося по ускоренному шаблону, без проверки медицинских допусков, ей пока на протяжении всей её карьеры не попадался.

— Из Квадрата, — снова засмущался пацан. — Ну, окружная тюрьма на выделенной трассе.

Камила присвистнула и подняла правую бровь:

— Палец свой тащи сюда.

Парень сделал шаг вперёд, вздохнул, приложился к сканнеру и завис в этом положении, с любопытством глядя на неё сверху.

— Сядь на кушетку к стене, — Карвальо терпеливо наклонила голову к плечу, многозначительно глядя на малолетнего и гормонально развитого условного земляка.

Затем повернула к себе монитор.

— Ну, что тут у нас… Алекс… О, так у тебя уже есть полное обследование! — Врач удивлённо покосилась на пацана. — У тебя шесть десятков полных обследований за последние два месяца, и все с занесением в личный файл! Так, капсула расширенного функционала, — она опять бегло побежала глазами по экрану, — номер капсулы в муниципальном реестре… номер в реестре округа… номер в федеральном реестре… подтверждение соответствия параметров исследований федеральным требованиям номер…

Затем она добралась до истории болезни, отражённой в файле.

После чего замолчала. Прочла до конца. Вернулась в начало документа и прочла ещё раз. Ещё помолчала.

И только после этого подняла глаза на парня:

— Впечатляет. Но не могу не спросить: какова цель твоего визита сюда сейчас? Медкомиссия в твоём случае не нужна, потому что федеральная медкапсула в ИТУ имеет все необходимые полномочия. А ты последний раз из такой аккурат сегодня.

— У меня после выхода из капсулы был… м-м-м… конфликт, — парень решил опустить взгляд, чтоб она не попадала в фокус.

Какая прелесть, восхитилась Карвальо, неожиданно для себя испытывая подобие материнского инстинкта. Впрочем, врач он и есть врач, даже тут.

— Погоди, об этом через минуту расскажешь… Сейчас, синхронизируюсь с той капсулой, все данные лично прогружу вручную на всякий случай… Откуда сам? — Она ожидала, что он скажет какую-нибудь глубинку из разряда южнее или западнее Куритибы.

Но он её опять удивил.

— Я местный, разве этого нет в файле? — простодушно покачал головой он.

— В моём файле есть только отсутствие у тебя жилья и источника дохода, — недовольно проворчала доктор. — Нет ничего даже о том, за что ты в тюрягу загремел. Откуда тогда на портуньол заговорил, если местный? И за что сел?

— Есть мнение, что все подряд сидят в Квадрате абсолютно не за что, — весело начал со второго вопроса пацан по имени Алекс. — Это если спросить в самом Квадрате, то так все и ответят. Вот если и я вам сейчас скажу то же самое, я вас огорчу. А я этого не хочу. А врать вам я тоже не хочу… Подрался с полицией, — обтекаемо ответил он в конце концов. — Честно, не виноват особо, но история такая, что впору слезу на базаре вышибать. Доктор, это не секрет, но мне бы не хотелось вас грузить своими проблемами! Главное, что сюда меня приняли в итоге.

— Это правильно, — пробормотала себе под нос Камила. — Хоть один нормальный мужик в этом мире растёт… Проблемами нас действительно грузить не надо… А портуньол-то откуда тогда, если местный?!

— Дед, отец матери, был из Мату-Гросу-до-Суль, слышали?

Именно что слышала. Знала, что есть такое место на карте, точнее.

— Там Порто-Муртиньо, знаете? На реке, на границе с Парагваем?[8]

— Ну, не из самого Муртиньо, а с реки, — уточнил парень. — Но дома и мать, и он на языке говорили. Я вот тоже… А что, хотите перейти на Всеобщий? Можем поговорить, я его тоже знаю!

— Не надо Всеобщий, не хочу… — поглощённая процессом, отмахнулась Карвальо. — Так, всё на месте. Теперь готова перейти к цели твоего визита. Что за конфликт был после капсулы сегодня и почему ты в медчасти?

— Меня усыпили какой-то медицинской техникой. Пока был в отрубе, связали. Пришёл в себя — нокаутировали и слегка попинали. Потом, пока опять был в отрубе, снова помогли той самой техникой. У меня один вопрос, вернее, два: что это была за техника и можно ли по мне определить её по остаточным явлениям? Ещё, насколько я сейчас в порядке? Есть ли какие-то ограничения по медицине, которые мне с первого дня учёбы лучше бы соблюдать? Если да, хотелось бы их знать заранее.

История была насквозь вонючая, Камила нахмурилась.

— Пошли, — она поднялась и в соседней комнате откатала пацана в собственной капсуле Корпуса по расширенной процедуре, сверяя список его свежих повреждений со списком рекомендованных процедур.

— Вылезай! — скомандовала она почти через час, выводя на монитор расширенный список рекомендаций. — На самом деле, не всё так плохо… М-м-м, ладно; давай честно. Котлету из тебя сделали, и мне это видно. Но помощь тоже была оказана, регенерация и процессы компенсации стимулированы, как надо. На марафон я б тебя не выставила, если сейчас; но и особых ограничений тоже не вижу. Со здоровьем тебе свезло. А кто лечил?

— Да китаянка