Читать книгу - "Полукровка 1-5 - Василий Горъ"

выслушала искренние комплименты и поблагодарила за сумасшедший отдых. А потом перевела взгляд на мужа, едва заметно мотнула головой, безмолвно спрашивая, как он себя чувствует, и получила нормальный ответ:

— В восторге. Но немного устал. Поэтому полчасика полежу в медкапсуле — Тор Ульфович уже в курсе и готов опустить к нам свой корабль.

Опустил. Подождал, пока Костина вместе с венценосным пациентом «исчезнут» за границей маскировочного поля, и спросил у Темниковой, не нужна ли ей, часом, помощь с чисткой, потрошением и разделкой рыбы. Но был послан лесом и ею, и Завадской. Поэтому по просьбе Татьяны Борисовны растопил настоящий дровяной камин и пододвинул к нему два кресла. Потом помог женщине опуститься в правое, сел в левое, несколько минут зеркалил ее поведение — то есть, молча смотрел на разгорающееся пламя и не шевелился. А после того, как по-настоящему потерялся в своих мыслях, услышал первый вопрос и был вынужден вернуться в реальность:

— Как я понимаю, этот отдых — ваша благодарность за мои советы?

— За отношение. Ко мне и к моим напарницам… — честно ответил я.

— Спасибо. Прежде всего… за желание порадовать по-настоящему… — поймав мой взгляд, негромко сказала она, кивнула после моего «Пожалуйста!» и плавно сменила тему беседы: — Кстати, меня порадовало не только это. Я провела в компании ваших подруг почти четыре часа и ни разу не ощутила даже тени дискомфорта, хотя эти девочки втрое младше, воспитывались в другое время, намного ниже меня по статусу, не служили при дворе, не читали моего досье и, по определению, должны были чувствовать себя не в своей тарелке.

Я пожал плечами:

— Они уважают и вас, и себя, видят в вас не источник всяческих благ, а личность, порядочны, надежны, самодостаточны и несуетливы.

— В общем и целом, согласна… — заявила Императрица, почувствовала, что меня покоробило словосочетание «в общем и целом», и объяснилась: — Я понимаю, что вы не стали продолжать для того, чтобы не превратить ответ в славословие, и, будь на вашем месте, добавила бы еще несколько. Но, на мой взгляд, определение «самодостаточны» неверно описывает ситуацию: все три ваши напарницы уверены не в себе, а в вас. Говоря иными словами, пока они чувствуют, что вы рядом — во всех смыслах этого слова — не боятся никого и ничего. А если ваше отношение ухудшится — сломаются. Так вот, берегите их слепую веру в себя и… продолжайте воевать: именно война со всем миром сплотила эту троицу вокруг вас, помогла спеться и не позволяет даже думать о каких-либо конфликтах внутри вашей команды. Кстати, я в свое время закалила характер приблизительно так же: сначала поддерживала батюшку, увязшего в экономической войне сразу с четырьмя родами, потом ломала об колено коллег, считавших, что женщина не может быть прокурором, а после замужества помогала мужу, только-только унаследовавшему трон и рвавшему глотки всем тем, кому это было не по душе. И последнее: вы бесите почти все дворянство Империи своей независимостью, количеством наград, близостью к трону и многим чем еще. Реальных возможностей поставить вас «на место» силой нет ни у одного завистника. Поэтому вас попробуют унять, загоняя в прокрустово ложе традиций. Так вот, не вздумайте подстраиваться под эти самые традиции и неписаные законы: ваша задача — пугать до дрожи в коленях непредсказуемостью, запредельной жесткостью реакций на недружественные шаги и наплевательским отношением к последствиям своих поступков.

— Вы… уверены? — осторожно спросил я, и женщина рассмеялась:

— Тор Ульфович, ваш прилет в гости к деду НА КРЕЙСЕРЕ и отсутствие какой-либо негативной реакции моего мужа на этот кунштюк испугали ваших врагов и недоброжелателей как бы не сильнее, чем казнь князя Меншикова и вычеркивание его рода из Бархатной Книги.

— И… почему?

— Вы ощущаетесь видимой частью структуры, созданной моим мужем для внесудебного решения проблем с особо непонятливым дворянством…

Глава 22

11 ноября 2470 по ЕГК.

…Мы вышли из гипера в мертвую систему, в которой я назначил встречу со второй половиной команды, за два с половиной часа до Матвея и Миши, встали на новый вектор разгона и прыгнули к «их» зоне перехода. Откровенно говоря, я немного нервничал, так как поставил парням задачу пройти по струне с коэффициентом сопряжения два-двенадцать, то есть, на шесть сотых выше абсолютного рекорда Базанина. Но все обошлось — парни вывалились в обычное пространство с зазором в двадцать секунд, опознались, не снимая «шапок», убедились, что крейсер, болтающийся «неподалеку», ни разу не чужой, влетели на его летную палубу и притерли новенькие МДРК к посадочным квадратам.

Пока глушили движки и спускались в трюмы, я закрыл отсек и вернул в него воздух, так что толпа новоприбывших ломанулась к шлюзу с поднятыми линзами шлемов. Пока шлюзовалась, поймала по трекеру, уверенно встала на рекомендованный курс, поднялась на пятую палубу, прогулялась по коридору и заявилась в кают-компанию для старшего офицерского состава.

Обмен приветствиями прошел шумно, но весело, а потом неугомонный Миша дернул меня за руку и непонимающе захлопал глазами:

— Слушай, Тор, если верить слухам, то вы прилетели в поместье твоих родичей на «Черноморе», а это однозначно «Пересвет». Что за фигня?

— Цесаревич счел, что дворянство недостаточно сильно испугалось того перфоманса, поэтому выделил нам борт посолиднее… — ляпнула Темникова, а я подтверждающе кивнул, полюбовался одурением Базанина, рассмеялся и дал нормальный ответ:

— А если серьезно, то легкие крейсера мы уже переросли. Вот и пересели на тяжелый ударный.

— Помнится, экипаж «Пересвета» — триста десять человек, а стоимость — под два миллиарда… — задумчиво пробормотала Настена и спровоцировала Костину:

— Триста десять неумех из ВКС, а мы — ССО-шники, дурында! Поэтому-то нас не только ценят, но и балуют…

Перешучивались все время, пока девушки накрывали на стол. Потом пожелали друг другу приятного аппетита и отдали должное талантам поваров ресторана «Эльбрус». А после того, как насытились, Ольга поинтересовалась, для чего