Читать книгу - "Ухорез 1-5 - Василий Горъ"

Она мою ошибку и исправила — заметила ящера, плывшего по своим делам под углом градусов в семьдесят к курсу перемещения моего «зеркала», проследила за этой особью и нашла населенный пункт нового типа. То есть, находящийся и под водой, и на небольшом острове.

Я почему-то решил, что апартаменты на суше должны оказаться более престижными. Поэтому «провел» портал сквозь границу двух сред, осмотрел эту часть города и обнаружил одни трущобы, горы гниющих водорослей и изможденных ящеров. Вины этих особей в экспансии на Землю однозначно не было, вот мы и занялись поисками районов компактного проживания элиты. А после того, как нашли первые «поместья», потратили почти половину запасов глубинных бомб, разнесли вдребезги и пополам весь центр, положили несколько сотен ящеров и… заиграли пару кубометров трофеев — оружия, аксессуаров и даже шмотья. Под дальнейшее изучение на предмет поиска артефактных контуров.

В общем, домой вернулись довольными собой, быстренько переоделись, собрались в общем коридоре и потопали в пристройку с бассейном и баней. Ага, своим ходом. Чтобы не множить странности.

Каменку я врубил в удаленном режиме еще из кабинета, так что сходу зарулил в раздевалку, в темпе избавился от лишней одежды, первым добрался до любимой полки, лег, закрыл глаза и расслабился. Минуты на две-три. Увы, как только в парилку вошли дамы, матушка прервала благословенную тишину и устроила очередное производственное совещание:

— В эти выходные нас вряд ли кто-нибудь побеспокоит — летать в гости в такую пургу и небезопасно, и не принято. Зато в понедельник к тебе наверняка прилетит глава рода Урусовых. Благодарить за помощь с нейтрализацией их Приручителя, наводить персональные мосты и завуалированно выяснять, как ты относишься к их кровиночке. Далее, пора бы появиться и Захаровым — не сегодня завтра в Сети появятся материалы о наших геройствах, и дед Раисы, мать ее, Львовны не сможет не начать новую кампанию по твоему охмурению. Да и Соловьевы наверняка не унялись. Но я бы подготовилась к кампаниям посерьезнее…

— О чем это ты? — спросил я, открыл глаза и даже приподнялся на локте.

Родительница вздохнула и криво усмехнулась:

— Олег, о том, что ты и Наташа достаточно сильны, СЛЫШАЛ весь мир. А некоторая часть наших соотечественников даже видела, как вы «сточили» Уильяма Кавендиша. Но до сегодняшнего дня наш род ассоциировался только с вами и Нинкой, «заработавшей бешеные деньги на приручении иномирного зверья». Как ты, наверное, догадываешься, два сильных мага и Одаренная с условно мирным Даром особого трепета не вызывали. А в Меркезе воевали аж двадцать человек. Вернее, выносили все и вся, не замечали сосредоточенных атак очень крупных отрядов ящеров и без особого труда продавливали защиту, которая держала даже удары боеприпасов объемного взрыва. Вот главы всех более-менее значимых родов ПЛАНЕТЫ и прозреют. В смысле, присвоят нам новый, куда более серьезный индекс опасности, заинтересуются методикой, позволившей ТАК усилиться, загрузят аналитиков и примутся загонять тебя в коридоры с выходами, которые тебе точно не понравятся…

Глава 17

14 января 997 г. от ВР.

…В субботу сразу после завтрака я наступил на горло собственной лени, собрал свой новый ближний круг в спортзале, провел трехчасовую тренировку по боевке с использованием магии, показал пяток наших личных наработок и еще раз «послушал» эмоции условных «слабых звеньев». Слава богу, ничего эдакого не почувствовал, поэтому, умотав родню до состояния нестояния, сел на мат, попросил минуточку внимания и описал логику обретения двух умений — невидимости и мимикрии. Само собой, предупредил и о том, что на малых расстояниях они запросто вскрываются чувствами стихий. Но Игнату и Лехе, что называется, зашло по полной программе. Варя тоже заинтересовалась, но постольку-поскольку. А Валя и Нина, подумав, заявили, что заклинания очень уж ситуативные, а значит, раскачивать их надо по остаточному принципу.

Я подтвердил. Потом еще раз напомнил, в какие кластеры необходимо влить халявную энергию, чтобы эти заклинания заработали, и с намеком посмотрел на неслабо замотанную Наташу. А она кивнула, переместилась в дальний угол зала, вытащила из-под моей толстовки артефакт усиления и притащила к нам.

— «Щупаем». На три уровня каждый… — скомандовал я, подождал, пока вся пятерка выполнит боевой приказ и вольет энергию в нужные кластеры, а потом поставил боевые задачи на вторую половину дня — отправил Глотову и Филимонову дрессировать Иришку, Спицыну и Колосову поручил напрочь затерроризировать Бажова, а Нинку отпустил возиться с огненными белками и ледяными колонками.

«Глушилку» вырубил после их ухода, получил и проглядел уведомления о пропущенных звонках, вымученно закатил глаза к потолку и убил порядка получаса на общение с Голицыным, Анциферовым, Волковой и патриархом Симеоном.

Генеральный прокурор и командир подразделения «Ведун» поделились мелкими и не особо важными новостями, Янина Павловна завуалированно намекнула на то, что уже почувствовала всеобщий интерес к себе и к Даше, а священнослужитель вернул из небытия полузабытые опасения — сообщил, что, по слухам, экс-митрополит Филарет, находящийся в бегах, винит во всех своих бедах меня и, вроде как, планирует отомстить.

Последний вопрос я с семьей и обсудил. После того, как поднял дам в кабинет и врубил «глушилку»:

— На первый взгляд, проблема не стоит и выеденного яйца: фотографии этого урода имеются в архивах записей наших микрокамер, так что найти его и грохнуть — дело пяти минут. Но мне почему-то кажется, что эта личность не стала бы делиться подобными планами ни с одним болтливым соратником. А значит, есть ненулевая вероятность того, что слух придуман в какой-нибудь спецслужбе, а Симеона играют втемную. Зная, как он относится ко мне и к нашему роду. В общем, «превентивное воздаяние» пока откладываем и в этот раз инициативу не проявляем…

Наташа, врубившаяся в намек, зарделась, виновато вздохнула и качнула ресницами в знак того, что все поняла и больше не задурит. А матушка наехала на меня — заявила, что «девочка» старалась. Причем не для кого-нибудь, а для меня. Потом потребовала холить и лелеять в самом экстремальном режиме. А когда я дал волю проснувшейся фантазии и заулыбался,