Читать книгу - "Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов"

спросил лейтенант. - Ну вот знай теперь, что Советская власть со всякой сволочью бандитской делает. И можешь спасибо сказать, что как соучастница не пошла. В следующий раз такой поблажки не будет. И чтобы завтра на сборном пункте была!

Кстати, родители ее вскоре отправились даже не в трудовую армию, а сразу в Воркуту в лагеря - потому что, как выяснилось при расследовании, были не только редкостными пропоицами, но и по месту основной работы работали абы как, спустя рукава. Запросто могли что-то не сделать, где-то схалтурить - вот только в условиях Долгой зимы все эти 'мелочи' становились отнюдь не мелочами...

Где-то в другом мире и в другое время толпы 'правозащитников' сейчас бы дружно, буквально хором, орали бы про 'невинных жертв репрессий', 'бесчеловечный совок', 'преступления советской военщины', 'бессудные расстрелы' и 'бесчеловечные пытки', но сейчас и лейтенанту, и его подчиненным было на это глубоко наплевать. Он знал, что они поступают правильно, а потому никакие 'правозащитные' вопли их не смутили бы.

Вместо этого он помнил, например, недавнюю историю - когда один из таких, как и их собственный, отряд накрыл целый подпольный бордель. Тогда, насмотревшись того, что там творилось, один из солдат реально крышей поехал и положил всех бандитов прямо на месте, очередью на полмагазина. После чего его скрутили и отправили в психушку - нет, не за то, что уродов уничтожил - им бы и так стенка была. А потому, что в таком состоянии он был просто опасен для окружающих - а ведь для облав отбирали самых психологически устойчивых. И то... Нет уж, били гадов - и дальше будем!

Глава 5.

- Здравствуйте, товарищ командир! - вдруг окликнули Дмитрия, когда он шел по улице Сенного.

- Здравствуй, Кать, - уже привычно поздоровался со знакомой девушкой майор Демьянов.

'Сейчас, небось, начнет вроде как ради интереса расспрашивать о новостях', - подумал Дмитрий, и не ошибся. Следующий вопрос оказался именно на этот счет - что да как кругом творится. Хотя он сам давно понял, что для нее это лишь предлог заговорить. Уж в людях он хорошо разбирался - так что давно понял, что девчонка попросту влюблена в него. И, честно говоря, был бы рад найти повод отвязаться от нее, но никак не мог его придумать. Какая тут, скажите, любовь? Он ей в отцы годится! У самого, в принципе, дети могли бы ее ровесниками быть. Но увы... За его жизнь у Дмитрия было две жены - но ни одна из них не выдержала жизни с мужем, который большую часть времени пропадает где-то в неизвестности и лишь несколько раз в год ненадолго возвращается домой. В итоге, первая нашла себе другого. Вторая просто честно сказала, что 'я так не могу' и ушла - и в чем-то ее винить он даже и не мог. Ну разве в том, что переоценила свои силы...

Так что, в конце концов, даже родители отстали от него со своим 'когда же внуки будут', приняв все как есть. А, может быть, успокаивало то, что у младшего брата, работавшего обычным станочником на заводе, с детьми как раз было все отлично. Для себя же вопрос с семьей Дмитрий закрыл раз и навсегда, ограничиваясь встречами с не шибко озабоченными вопросами нравственности дамами-'разведенками'. Ну что он может дать вот хоть той же Кате? Да ничего... Только постоянные волнения, постоянное ожидание. Одни обманутые надежды... Да, сейчас он для нее - герой-освободитель и она уверена, что он чуть ли не любовь всей ее жизни. Этакий 'принц' на... зеленом армейском 'козлике'... Но слишком мало этого для нормальной семьи.

- Ну какие у нас новости? - пожал он плечами. - В Саратове вон бывал... Советскую власть устанавливали.

- И как там?

- Да как везде, - пожал плечами Дмитрий. - Разруха... И тоже далеко не все нам рады - по сути, они подчинились силе. Хотя бандиты местные пытаются еще зубы показывать... Не знают еще, с кем связались. Считают, что мы или, как прошлые власти, будем закрывать глаза на их существование как на неизбежное зло, или же как до Долгой зимы все будет. Вот только у нас нынче совсем другие законы...

- А вы всегда так с бандитами? - заинтересовалась Катя.

- Всегда, - подтвердил майор.

- Это хорошо, - улыбнулась девушка.

Уж кому-кому, а ей всякую бандитскую сволочь было совершенно не жалко... Натерпелась уже за свою жизнь, вдосталь. Потому столь жесткие меры по борьбе с бандитами Катя могла только одобрить.

- А правда, что вы весь Советский Союз восстановить хотите? От Бреста до самой ...этой, как ее, - смутилась тому, что забыла услышанное в школе название, девушка.

- Чукотки? - спросил Дмитрий и, дождавшись кивка в знак согласия, продолжил. - Да, весь Советский Союз восстановим. Хотя, конечно, это не так уж быстро будет...

- Но почему?

- Главная проблема у нас сейчас - транспорт... Которого, по сути, попросту нет, - ответил Дмитрий. - Вон Саратов даже... У нас туда можно за полтора часа электричкой доехать, а тут почти весь день уходит. Но это все дело времени, а пока есть дела и поближе... Вон слышала, наверное, что скоро черед Сталинграда настанет?

Ну да, слышала, конечно. Кто же не слышал? Об этих планах объявляли открыто - даже если про это тамошние 'бандоказаки' прознают, то сделать ничего все равно не смогут. Короткий период их возвышения закончился тем разгромом, что учинили им сначала саратовцы, а потом войска астраханского хана. А вот если удастся выманить навстречу войско астраханцев и разгромить его, действуя в обороне, то это будет всяко лучше, чем брать укрепленные городки. Меньше будет жертв и разрушений, и мирное население по минимуму 'под раздачу' попадет.

Но вот как раз о том, что сразу за Сталинградом ('или Волгоградом, как называют его тут', - поморщившись при воспоминании 'десталинизированного' названия города, вспомнил Дмитрий) советская армия пойдет брать Астрахань - про это из местных не знает никто. Да и незачем им это знать пока... Согласно разработанному плану, к осени вся территория 'ханства' должна быть освобождена от уродов - после чего можно будет заняться и восстановлением народного хозяйства.

Советская разведсеть там вовсю действует, в ее создании он и сам успел поучаствовать - так что командованию уже прекрасно известно и про силы ханской армии и 'дворянского ополчения', и про экономический потенциал