Читать книгу - ""Фантастика 2026-202". Компиляция. Книги 1-22 - Инди Видум"

которым относился со всем уважением. За время нашего отсутствия в городе никого постороннего не появилось. Не встречались мне следы кого-то и по дороге сюда.

В дом Верховцева, который я открыл отмычками, мы вошли втроем, после чего Митя разнес всасывающие артефакты по всем открытым комнатам и менял в них емкости по необходимости. Я же занялся отопительной системой, в которой пришлось подправить один контур, чтобы она заработала. Я бы наверняка не справился, если бы не видел, как это делал Коломейко, а так какой-то час — и дом начал прогреваться. Ко времени, когда Верховцев появится, дом примет вполне жилой вид.

Валерон, которого эти бытовые вопросы напрягали, вызвался сбегать проверить, как там двигается Верховцев, чтобы нас не застали врасплох. И еще выразил желание осмотреть окрестности на предмет людей.

Я возражать не стал, сам переместился в библиотеку, в которой Митя расставил сразу два артефакта, из-за чего она уже приобрела вполне чистый и обжитый вид. Главное — не забывать, что в кресла нельзя садиться, иначе сиденье наверняка лопнет, если само кресло подо мной не развалится.

При этом пол выглядел крепким, хотя и поскрипывал, когда я по нему ходил. Скорее всего, доски чем-то обработали, а может, обработка до сих пор не сошла. Я не исключал, что обработана была и мебель — но пусть уж Верховцев проверяет ее крепость сам.

Книги после сбора с них пыли разваливаться не собирались. Я вытащил первый попавшийся том, чтобы это проверить. Но читать взял собственный учебник из снегохода.

Дом чистился и прогревался почти одновременно, вскоре в библиотеке можно было уже комфортно находиться без зимней одежды. Относительно комфортно — чувствовалось, что дом нежилой, за прошедшие годы выхолостились все запахи, так что я подумывал, не оставлю ли следы своего пребывания здесь в виде запахов своих и своей еды. Верховцеву придется как-то это объяснять другим. Но искать другое жилье я не собирался. Конечно, можно вскрыть любой дом в городе, но на этот у меня было разрешение хозяина.

Валерон не возвращался, и я решил попрокачивать навык поиска тайников. Раз уж в сейфе ничего не осталось, то должно быть что-то в других местах. Только если что найду, нужно будет Верховцеву отдавать незаметно для Валерона, а то помощник будет долго дуться.

За пару часов я прошел весь дом, действительно обнаружил пару захоронок, в которых нашлись деньги, артефакты и документы. Документы я просмотрел, для меня интересного там ничего не нашлось. Подозреваю, что для Верховцева тоже не найдется, но это его история.

Навык поиска тайников поднялся до одиннадцатого уровня. Заодно решил проверить и другие навыки. Ловкость и меткость добрались до двадцатого уровня, регенерация — до десятого. Ее я, похоже, с кого-то цепанул, потому что естественным путем ей было подниматься не с чего. Чувство направления добралось до седьмого уровня.

Постоянное использование Вихря и Снега подняло эти навыки до тридцатого и двадцать четвертого уровней соответственно. Жар тоже взял уровень и дорос до одиннадцатого, а вот Шар Света, увы, нет. Пользовался, видно, намного реже.

Только я убрал найденное в тайниках в мешок, как вернулся Валерон.

— Верховцеву до нас такими темпами еще дня два пилить, — недовольно сказал он. — Поблизости никого из людей не заметил. Может, сделаем пару вылазок? Митю оставляем присматривать за реликвией. Но с утра. Сейчас нам надо хорошо поесть и выспаться наконец в тепле. А то убежище насквозь проморозилось.

— Предлагаю спускаться есть на кухню, чтобы здесь не было ненужных запахов.

— На кухне уже чисто, — подтвердил Митя, который хоть и изучал содержимое библиотеки, но о вытряхивании пылесборников не забывал: пройдется по дому — и опять засядет с книгой.

— На кухню так на кухню, — покладисто согласился Валерон. — Лишь бы накормили.

За это время артефакты всосали в себя не только нанесенную пыль, но и рассыпавшиеся от времени продукты, которые оставались как на столе, так и в шкафчиках. Было видно, что покидали помещение второпях, бросив все. Кастрюли на плите очистились от содержимого, но выглядеть блестяще не стали, им потребуется нормальная чистка, чтобы и дальше можно было в них готовить.

Водопровод, разумеется, здесь не работал, хотя там систему придется полностью менять — краны висели на настолько изъеденных временем трубах, что последние просто развалятся, если в них подать воду. И вообще, все в этом доме просто-таки орало о необходимости ремонта.

В свою резиденцию в Камнеграде я попаду только через год, к этому времени она будет выглядеть еще печальней, чем верховцевская. Разве что защитные плетения с нее позже спали — никто не смог бы сказать, насколько они были запитаны энергией. Все равно пока об этом переживать бессмысленно — туда я точно до следующей зимы не направлюсь: и потому, что лишусь недвижимости, и потому, что нужен перерыв в слиянии реликвий.

Слишком экстремальным оказались восстановления, в обоих случаях разминулись мы со смертью на одну-две секунды. Нужен какой-то навык скрытности, чтобы не собирать на себя всех тварей с округи. Впрочем, при работающем артефакте, пронесенном Резенским в центр города, не факт, что сработает любой навык, укрывающий от тварей.

Нужно усиливаться, и в то же время нельзя это делать слишком резко — по утверждению Валерона, продвинутый Божественный Взор может пробить и скрытые навыки. Пробьет ли он сокрытие сути, неизвестно, поэтому пока следует притормозить с усилением кристаллами, чтобы не навести на себя тех, кто разрушает реликвии. А значит, мне нужно срочно засветиться в собственной зоне, чтобы меня никак не связали со случившимся у Верховцева.

Уехать до его появления я не мог, поэтому принял предложение Валерона по очистке от кристаллов соседних поселений. Занимались мы этим два следующих дня, второй только до середины, потому что по прикидкам Валерона Верховцев должен был добраться до города к вечеру.

Собственно, так и получилось. Мы как раз успели собрать все пылевсасывающие артефакты, убрать следы нашего пребывания в доме, как пришлось срочно уходить из дома, чтобы не пересечься с группой Верховцева. Скорость той определялась Лизой, которая двигалась