Читать книгу - "Фантастика 2025-25 - Юлия Владиславовна Евдокимова"

А тут ещё они разжились оружием и наркотиками, любезно предоставленными Кланом, да ещё выпивкой из разгромленных баров и магазинов. Естественно, церемониться с «крысами» я тоже особенно не собирался. Полиция принимала самые жёсткие меры.

В Западном секторе полиса положение было особенно тяжёлое. Там спалили три полицейских бронемашины. Расстреляли несколько патрулей. Мы не успевали разгонять одну толпу, как появлялась другая. Пришлось эвакуировать оттуда нормальных людей — тех, которые ещё не сбежали или не стали жертвой «крыс». После чего я приказал заблокировать всю часть города, отключить системы воздухообеспечения и потихоньку понижать там давление. Это будет самым лакомым куском для обвинителей. Покушение на убийство двадцати тысяч человек. Но как бы там ни было, присмиревшие «крысы» стали подползать к шлюзам и сдаваться на милость врага. Вечером им станет совсем невмоготу, и последние «крысы» с поднятыми руками отправятся в центр изоляции — я им не завидую. У полицейских, охраняющих центр, за последние дни накопилось слишком много личных счётов.

После обычной подборки информации о том, какая звезда «Метаморфоз» завела себе в любовники дрессированного орангутанга, а какой сенатор арестован за потребление «птичьего пуха», дикторша вернулась к интересующей нас теме.

— Новости из специальной комиссии ОССН. Только что завершилось заседание и распространено заявление для прессы. Комиссия считает, что на Марсе сложилась недопустимая криминогенная обстановка. Деятельность преступных структур, невиданный разгул коррупции поставили под угрозу не только нормальную жизнедеятельность поселений, но и дискредитирует саму идею прорыва человечества к звёздам. В результате массовых беспорядков, спровоцированных преступными структурами, имеются многочисленные жертвы как среди мирного населения, так и среди сил охраны порядка. Действия полиции Марса и экспертов по чрезвычайным ситуациям Полицейского Совета признаны правомерными. От них потребовано довести до конца начатое и привлечь виновных к уголовной ответственности.

— Ого, — покачал головой Парфентьев.

— Это решение кажется несколько необычным, — мило улыбаясь, нудила дикторша, — в свете того, что мы знаем о происходящем на Марсе. Вновь слово нашему гостю Хансу Родину.

— Происходит неслыханное! — Родин воспринял произошедшее чересчур близко к сердцу. Похоже, у него тут личный интерес. — Вновь наши права и свободы приносятся в жертву грязным политическим играм. Что происходит? Это же сговор высших властных структур планеты для уничтожения людей!

— Это он зря, — произнеся. — Заработал иск за неуважение к комиссии ОССН.

— Донг за него заплатит, — хмыкнул Парфентьев.

— Граждане Земли!.. — возопил Родин.

— Отбой, — приказал я, и СТ-проем затянулся, унося из кабинета одного из главных «гумиков» Земли.

— Как комиссия приняла такое решение? — удивился Парфентьев. — В лучшем случае я надеялся потянуть время, подавить банды, а потом под улюлюканье уйти в отставку, хорошо, если не через трибунал. А они фактически развязали нам руки.

— Так и есть.

— Почему? Не думаю, что их так убедил наш доклад. Где политические игры — там идёт борьба интересов, а не фактов. Факты никого не интересуют.

— Вот именно, интересов, — кивнул я. — С будущего года на Марсе будет разворачиваться внешняя линия противокосмической обороны Земли. Здесь будет крупнейший военный комплекс в Солнечной системе. По расчётам социологов, кавардак, который здесь творится, власть «крыс» и «Молочных братьев» резко снизят эффективность как при строительстве объектов, так и при их обслуживании. В общем, такое количество отребья вредно для обороноспособности Земли.

— И все?

— Нет, не все. Не забывайте — мы представители специальной комиссии. Тот мираж, который мы пытаемся уцепить за хвост и материализовать, слишком опасен для человечества, чтобы мы развозили сопли и думали о том, что скажут «гумики».

— Психоэкологические кризы.

— Точно. Сегодня — это тысячи унесённых жизней. Но мы не знаем более глубинных последствий. А началось всё здесь, на Марсе.

— Я почти ничего не знаю.

— И не надо, — отмахнулся я. — И так сказано слишком много.

Насколько я понимал, комиссия ОССН действительно склонялась к тому, чтобы начать отступление на Марсе, а то и найти козлов отпущения в нашем лице. Но тут вмешался некий фактор. Асгард. Наверное, доводы его представителя, примерно такие, которые я изложил сейчас Парфентьеву, только подкреплённые графиками, цифрами, строками из отчётов, в сочетании с ненавязчивыми, но убедительными угрозами, а то и неназойливым, но очень добротным шантажом в отношении наиболее непримиримых политиков, возымели своё действие. Комиссия, несмотря на бурные истерики пары её членов, встала на нашу позицию.

С «крысами» и с Кланом дела шли на поправку. Чего не скажешь о нашей проблеме с «голубикой». Сразу после того, как я выбил из Донга координаты лаборатории, мы двинули туда с Шестерневым и спецгруппой. И застали исчерченные пулями помещения, множество трупов и никаких следов оборудования и «голубики». Те, кто напал на лабораторию, унесли все с собой.

Естественно, с добычей наши конкуренты попытаются исчезнуть с Марса. Пусть попробуют. Я заранее позаботился об этом, задержав отправку на Землю двух пассажирских лайнеров и трёх грузовиков. Багаж обозлённых пассажиров, сами корабли продолжали осматривать таможенники и специалисты-техники из Полицейского управления. Без толку. Да и что такое — обыскать суперлайнер. Легко сказать.

На Марсе было два космопорта и четыре аэропорта, пригодных для старта низкоорбитальных самолётов. Их тоже поставили под контроль. И тоже пока без толку.

Вызов по шифрованному каналу.

— Включить, — приказал Парфентьев.

— Приветствую, — в СТ-проёме возникло лицо Шестернева.

— Взаимно, — кивнул я.

— Я с перевалочной базы института «Биореконструкция».

— Чем порадуешь?

— У них тут свой небольшой аэродром. И какая-то ерунда с данными регистрационного компьютера. Кажется, кто-то химичил с ним.

— Сейчас буду, — сказал я, а внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия…

* * *

Взлётно-посадочный комплекс института «Биореконструкция» служил в основном для грузоперевозок между Марсом и двумя орбитальными промышленными станциями — «Мягким кристаллом» и «Бионикой». Здесь имелось два орбитальных грузовика и три самолёта для доставки обслуживающего персонала. Поскольку этим транспортным средствам был закрыт доступ к пересадочным станциям, откуда устремляются суперлайнеры на Землю, то не было необходимости в таможенном, техническом, миграционном контроле.

Обычный захолустный аэропорт с оборудованием, ровно настолько совершенным, чтобы самолёты на падали при заходе на посадку. Через бронированный колпак полицейского глайдера я смотрел, как из-за скал появляются чёрные посадочные стеклобетонные полосы, серебряные ангары, унылые коробки складов, административные и жилые купола, затейливой формы антенна космической связи.

На площадке перед административным куполом уже стоял полицейский глайдер — на нём прибыл Шестернев, успевший навести здесь шорох.

Пилот