Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

— Не переживай! Я тебе помогу, — капитан тяжко вздохнул. — Всё равно я выбыл из игры и мне ничего не светит.

Юлиан облегчённо перевёл дух и бросил на него вопросительный взгляд.

Де Грамон усмехнулся.

— С некоторых пор я поменял шкалу ценностей. Поэтому можешь меня не опасаться, но за других я не поручусь.

— Спасибо, капитан.

«Вот пройдоха! Интересно, как давно он принял католичество?» — задался Юлиан вопросом, но ему не дали время на размышления.

Развязанный молодой человек попытался обнять Цветанку, но тут же улетел в придорожные кусты.

— Эй, люди! Чужеземцы не хотят соблюдать наши обычаи! — завопил он во всю глотку.

К пострадавшему присоединились товарищи и, когда из леса выскочили крупные кошки, уже кипела нешуточная схватка.

Ведьминский патруль вынес скорый приговор. Зачинщика драки отдали в распоряжение вакханок, а его присмиревшие товарищи улизнули в лес, благодаря всех богов, что их миновала сия жестокая участь.

Аделия тоже обругала Юлиана, а затем приставила к ним охрану. Это был отряд Мартина Труэ, перешедший на сторону Эдайна. Кордовцы были закалёнными воинами, дисциплинированными и умелыми в бою, к тому же пользовались расположением главы Тайного департамента всесильного графа де Ривароля, поэтому, зная об этом, больше к ним никто не совался. Во всяком случае, пока.

Хмурясь, иезуиты поглядывали по сторонам и неодобрительно поджимали губы. Сексуальная вольница новой родины возмущала их до глубины души. Тем не менее они были молодыми людьми и, несмотря на строгие религиозные запреты, ничто человеческое им было не чуждо. Чтобы подавить зов природы, бедняги беззвучно читали молитвы, отвращающие от соблазна, и Юлиан, видя отрешённое выражение лица то у одного, то у другого храмовника, с трудом удерживался от улыбки.

От друзей ноаров ему было известно, что кордовцам разрешили остаться католиками. С некоторых пор при принятии гражданства Эдайна не требовалось менять веру. Правда, с них взяли слово, что они откажутся от служения Ордену, но Юлиан не слишком доверял клятве храмовников, воспитанных в традициях верности генералу Ордена иезуитов. А ещё он знал, что эти парни были единственными, кто выжил после нападения на ведовскую обитель.

Отряду Хурона повезло во многих отношениях. Аделия посчитала, что будет несправедливо казнить тех, кто не убивал её сестёр-ведьм, — даже если это вышло случайно — и оставить в живых тех, у кого руки по локоть в крови. Поэтому похитители принцессы получили помилование: с лёгкостью у короля и с большим трудом у Верховной ведьмы.

Как бы то ни было, но ведьмы не трогали отряд Хурона, зато постепенно убили всех остальных участников кровавого побоища — даже тех, кто пытался укрыться в других землях. В этом деле им помогали даже отщепенки чёрные ведьмы. Поэтому нескольким иезуитам сильно не повезло: они были съедены.

Тем временем праздничная процессия продолжала свой путь и Юлиан, чтобы не прослыть трусом, несколько раз принимал вызовы соперников. Но это были честные схватки, проходящие под бдительным оком отцов-иезуитов.

По дороге к городу были ещё три остановки на специальных площадках. На каждой из них стояли алтари, посвящённые определённому времени года.

Поскольку Юлиан пропустил празднования у алтаря Весны, он с любопытством наблюдал за тем, что творится у алтаря Лета. Спустя некоторое время он пришёл к выводу, что это очень похоже на празднование ночи накануне Ивана Купала у него на родине. За исключением поиска несуществующего цветка папоротника, народ точно также водил хороводы, играл в салки, пел песни и прыгал через костры. Короче, эдайнцы веселились, как могли, а затем девушки, не нашедшие себе пару, пускали по реке венки с зажжёнными лучинками.

Руника не солгала. За время шествия образовались новые пары, и Юлиан смог подтвердить свои права на Цветанку, чтобы от них отстали её воздыхатели. Взявшись за руки, они прыгнули через костёр, и ведьма у алтаря Лета коснулась их обоих, даря благословение божества Лета. Высветившийся призрачный узор на лбу женщин и на запястье левой руки у мужчин говорил о том, что брак будет удачным. Заполучив эти знаки, Юлиан и Цветанка счастливо переглянулись. Не удержавшись, девушка бросилась к нему, и он стоически вынес её объятия. За право обладать ею он во время бойцовского марафона получил немало синяков и затрещин, на которые были щедры простые парни, привыкшие больше действовать кулаками и палками, чем холодным оружием.

Понаблюдав, как проходит церемония у остальных, Юлиан понимающе хмыкнул. В отличие от мужчин, женщины редко лучились счастьем. Большинство из них с недоверием взирало на побитые физиономии избранников, которым они достались в качестве приза за победу. «В этом турнире самцов за право обладать понравившейся самкой есть лишь один изъян, организаторы не учли пожелания самой самки», — насмешливо подумал юноша.

Он поискал взглядом Рунику — ему было любопытно, кто составил ей фиктивную пару. Но бывшая трактирщица проявила благоразумие и куда-то скрылась.

Разгул безудержных сексуальных страстей по почитанию Рогатого бога прекратился, когда процессия направилась к кругу Осени. Напугав Цветанку, вскоре к ним присоединилась исчезнувшая было Руника. Она спрыгнула на тропинку прямо с дерева, где пряталась среди ветвей. Опасалась она не зря. При обнаружении подделки ведьмы наказывали её виновников венцом безбрачия, а если его удавалось преодолеть, то в таком браке никогда не было детей.

В круге Осени будто и не было весенне-летнего разгула страстей, здесь чинно молились о даровании семейного счастья и детей, об урожае и удаче в делах.

В круге Зимы народ был чрезвычайно серьёзен. Здесь поминали умерших и призывали милость богов к их душам.

Благодаря патрулю ведьм особых инцидентов не случилось. Во всяком случае, пострадало народу не больше обычного. Правда, были досадные случаи, без которых никогда не обходилось. В этот раз перепившиеся мастеровые мальчишки затащили в лес двух девчонок и всей компанией их оприходовали. Всё бы ничего, но одна из них попыталась повеситься, обнаружив, что среди насильников оказался её жених, а другая — вволю позлорадствовала, подстроив это дело[110].

Причём в насилии женщины не особо отставали от мужчин. Несколько развесёлых дамочек вволю поиздевались над симпатичным парнишкой-пажом. Только чудом ему удалось вырваться из нежных женских ручек, сохранив при этом своё мужское достоинство. К радости его юного обладателя, основательно опухшее, тем не менее оно осталось в целости и сохранности. А вот тем, кто угодил к вакханкам, так не повезло.

Наконец, утомлённый бурным шествием народ достиг Никейи и, соблюдая древний ритуал Квадратуры круга, четырежды обошёл храм. Затем