Читать книгу - "Фантастика 2025-40 - Ольга Ярошинская"

ульев архов, вторгшихся в данную систему. На данный момент ущерб нанесенный вторжением подсчитывается. Канцлер уже объявил о том, что флоту Конфедерации удалось вернуть контроль над всеми территориями. Более подробно вы узнаете из следующих выпусков. С вами была Дайна Куос, голоканал «Голо-1».

Система Аса

Планета лежала в руинах. Жители не знали, радоваться им или печалиться. Города были уничтожены. Не было воды, продовольствия, энергии. Архи били в первую очередь по инфраструктуре. Минматарские военные развернули полевые лагеря, где временно размещали людей. Там были созданные запасы первоочередной необходимости. Но таких лагерей не хватало на всех.

Адмирал Кут связался с метрополией, как только его специалисты смогли оценить потребности населения для выживания. Транспорты из Королевства уже вышли, но до их подхода кормить людей приходилось сухими пайками, а воду добывать из астероидов. Архи применили какое то химическое оружие, сделавшее воду на планете непригодной для потребления. Да и не весь десант противника еще был уничтожен. Планета большая, а адмирал в первую очередь решил спасать людей. Планета была потеряна в любом случае. Для восстановления экосистемы требовалось устанавливать заводы по терраформированию. Но это дело долгое. Выжившим предстояла однозначная иммиграция. От легиона, принявшего на себя основной удар, остались всего лишь сотни уцелевших. Из сотни тысяч несколько сот человек. Потери превысили девяносто процентов личного состава. Да и из тех, кто выжил, все до одного нуждались в долгом восстановительном курсе в медицинских центрах.

Неизвестно где

Створка входной двери отъехала в сторону, как обычно бесшумно. Я нехотя сел на топчане, иначе и не назовешь тот металлический лист, что служил мне кроватью. На пороге стоял все тот же следователь СБИ Аратана. Раз в неделю он приходил ко мне и устраивал допрос. Да, вы не ошиблись, именно допрос. Как я оказался в этой камере, не знаю. Следователь, плюгавенький с крысиным лицом, никогда не отвечал на мои вопросы. Лишь задавал свои, на которые уже у меня не было ответов. Он мне ответил все пару раз. Когда я поинтересовался, что мне инкриминируют и почему бы просто не сделать мне ментосканирование.

Обвиняли меня ни много ни мало в подготовке вооруженного захвата власти. Вот ведь заняться мне больше нечем. На все попытки следователя узнать у меня сообщников и тех, кто еще состоял в заговоре, я лишь крутил пальцем у виска.

Ну а с ментосканированием все оказалось проще некуда. Из-за травмы у меня оказались сбиты алгоритмы мыслительной деятельности и ментосканер просто не видел меня. Как компьютер не видит битые сектора на дисках, так и для сканера мой мозг один сплошной битый сектор. Три раза ха. Я уже привык к тому, что нахожусь в заключении, меня волновала лишь судьба моих бойцов, но ничего узнать возможности не было. Сегодня следователь был более разговорчив. Он не стал проводить допрос, а скинул мне на нейросеть обвинительное заключение и сообщил, что суд пройдет в закрытом режиме через два дня, после чего так же бесшумно покинул мою камеру. Что ж, суд так суд. Все хоть какая-то определенность. У меня не было проблем с нахождением в камере — кормят, поят, дают выспаться. Но вот непонятность ситуации напрягала, поэтому я обрадовался даже такому изменению свой однообразной и монотонной жизни.

Глава четырнадцатая

Что есть самое печальное в мире? Отсутствие надежды.

Как описать боль потери? Как передать чувства и эмоции, терзающие душу Лейлы? Она прибыла на Асу лишь для того, чтобы здесь услышать собственными ушами весть о том, что Вик, скорее всего, погиб. Она даже слетала на место находки обломков флагмана. Да, следов экипажа найдено не было, да и сложно что-либо найти в той мешанине из обломков, которые и идентифицировали то лишь по сохранившемуся на кусках обшивки изображению, кажется, Вик называл его «медведь». Лейла уже не могла даже плакать. Апатия. Она просто замкнулась в себе, даже сын не мог отвлечь ее от потери. Вокруг нее происходили какие-то события. Население системы начало Исход. Жители покидали родные дома, родную планету. Их путь лежал в системы Королевства Минматар. Неизвестно, чем руководствовался Георг, но он запретил беженцам с Асы селиться в Империи. Казалось бы, на фоне такой катастрофы гибель одного, пусть и высокорангового руководителя, ничто. Но не для нее. Именно сейчас она осознала, кем на самом деле был для нее Вик. Жизнью. Несмотря на все сложности, что были в отношениях, он был отцом ее ребенка, мужем и любимым. Алкоголь стал постоянным спутником быстро увядающей на глазах графини Эль Махаон. Все контакты с внешним миром она прекратила, запершись в своей каюте. Даже сыном занимался экипаж корабля, который ей предоставил отец. Отец пытался дозвониться до нее, но ответ был один — отказ. Ни с кем, ни о чем. Лишь периодически дроид-стюард доставлял в каюту все новые бутылки с «легионеркой». Если бы кто смог ее увидеть сейчас, то ужаснулся бы. Несмотря на высокоранговую нейросеть, имевшую встроенную функции по поддержке оптимального физического состояния организма, Лейла была лишь слабым подобием самой себя. Ввалившиеся глаза, потухший взгляд. Лейла сломалась. Надежда на лучшее исчезла в тот момент, когда на экране появилось изображение уничтоженного флагмана «Дикого Легиона». Лейла не задавала себе вопроса, как вообще флагман оказался вдали от основного места событий, почему ушел из системы, да и был ли там Вик? Обрушившееся на нее горе отключило разум напрочь. Она даже не заметила момента, когда корабль, на борту которого она предавалась саморазрушению, покинул растерзанную архами систему. Граф, так и не сумевший переговорить с дочерью, отдал однозначный приказ — возвращаться. Если бы Лейла знала, что хотел ей сказать отец, то ее затворничество бы закончилось в ту же минуту. Но нет, эмоции властвующие над разумом — это худшее, что может быть в моменты неопределенности. Ведь не было никаких следов тел. Специалисты Минматарского резервного флота просветили каждый кусок уничтоженного линкора, но никаких следов биологических объектов найти не смогли. А это уже должно было натолкнуть на мысли, что не все так просто с флагманом. Но нет, эмоции хлестнули через край, да так, что нейросеь не смогла восстановить гормональный баланс. Итог — длительный запой. Вот только алкоголь не снимал боль, а лишь усугублял ее. Делая более тяжелой и непереносимой.

На четвертый день полета капитан корабля по прямому приказу графа отдал распоряжение инженерам вскрыть каюту Лейлы. Судьба или предчувствия отца, но это спасло Лейле жизнь. Когда вошедшие вслед за инженерами медики