Читать книгу - "Современная зарубежная фантастика-4 - Тэмсин Мьюир"

– Нет, дедушка, – раздраженно ответила Шаэ.

– Ты нужна братьям, – напирал он. – Ты должна им помочь.

– Они не нуждаются в моей помощи.

– Да что с тобой? Ты совсем не такая, как прежде, – заявил Коул Сен. – Раньше я считал тебя лучшей из внуков. Помнишь?

Шаэ не ответила.

Она старалась не смотреть на подъездную дорожку, как на кофейник на плите. С тупым отчаянием она поняла, что стала такой, какой клялась никогда не становиться – женщиной вроде ее матери, сидящей дома и ожидающей мужчин после опасной и жестокой работы. У прежней Шаэ это вызвало бы отвращение. Она – дочь Коула Ду, внучка Коула Сена, любимая внучка. В детстве мысль о том, что она займет не такое же положение, как братья, была анафемой.

Где-то в нижнем ящике комода в ее детской спальне лежал дневник, который она вела подростком в Академии. Он заложен на странице с вертикальной чертой по центру, делящей ее на две колонки. Наверху одной – ее имя, над второй – Хило. Годами Шаэ записывала все очки и оценки, полученные в Академии. Втайне от Хило она делала то же самое и для него. Кое в чем он был талантливей, но она тренировалась упорней, училась усердней, сильнее хотела преуспеть. Она выпустилась лучшей в классе, хотя и была самой младшей. Хило был шестым.

Она была лучшей Зеленой Костью, чем брат, и гордилась этим. Ей понадобилось еще несколько лет, чтобы понять, как мало это значит. Недостатками, снизившими оценки Хило – пропуски занятий, побеги из общежития, участие в уличных драках, – он заслужил восхищение многочисленных сторонников. Бесконечные часы, которые Шаэ провела в одиночестве, за исступленной зубрежкой или тренировками, отдалили ее от остальных учеников, в особенности от девушек. Хило проводил время в широком кругу друзей, ставших его самыми преданными Кулаками и Пальцами. Оглядываясь назад, Шаэ почти смеялась над своей подростковой наивностью, безнадежным энтузиазмом и неизбежным разочарованием.

Однажды Хило обнаружил ее дневник и страницу с двумя колонками, методично сравнивающую их успехи. Он хохотал до слез. Рассказал своим друзьям, и они безжалостно насмехались над ней. Шаэ униженно и с яростью смотрела, как он веселится, насколько брату безразлично ее стремление его обойти. Ее гнев лишь еще больше развеселил Хило.

– Для чего ты это хранишь? – махал он перед ней тетрадью. – Ты была лучше меня в школе, это точно. И что, собираешься хвастаться этим десять лет спустя? – Он с улыбкой бросил ей дневник, и тем разъярил Шаэ еще больше – он даже не потрудился забрать дневник или разорвать. – Для чего ты так старалась все это время, Шаэ? Однажды Лан станет Колоссом, я буду Штырем, а ты – Шелестом. И кому какое дело до наших оценок?

Почти так и вышло. Лан стал Колоссом, Хило – Штырем. Лишь она разрушила триумвират. Она – отрезанный ломоть. Хило рассвирепел, когда она уехала, не потому что ненавидел эспенцев или Джеральда, или даже ее поступки и секреты. Все дело было в ее отказе занять надлежащее место в его видении мира. В гостинице он заявил, что прощает ее, но Шаэ с трудом в это верила.

Она попыталась скормить деду фрукты, но он не захотел, и Шаэ съела их сама.

– Война была самым простым временем, – внезапно пробормотал Коул Сен. – Шотарцы были жестоки, но мы могли им противостоять. А что сейчас? Эспенцы скупают все – наш нефрит и наших внуков. Зеленые Кости дерутся друг с другом, как уличные псы! – Его лицо исказило страдание. – Я не хочу больше жить в этом мире.

Шаэ схватила деда за руку. Пусть он и старый тиран, но ей больно было слышать эти слова. Она дернула себя за правое ухо, вспомнив, как Джеральд всегда высмеивал суеверную кеконскую традицию.

– Не говори так, дедушка.

Шаэ снова посмотрела в окно и поднялась так быстро, что сбила поднос с фруктами. Ворота открылись. На парковку во двор въезжали машины.

Шаэ позвала Кьянлу и поспешила вниз по лестнице. В дверь вошли оба ее брата. Шаэ окатила волна облегчения, так, что задрожали колени, она схватилась за перила, чтобы не упасть. Лан слегка улыбнулся.

– Не смотри так. Я же говорил тебе, что мы вернемся.

– Ты пропустила все веселье, Шаэ, – сказал Хило. Он гордо положил руку на плечо Лану и позвал своего Первого Кулака:

– Кен, займись ребятами. Мне предстоит семейный разговор. И не впускай никого.

Они вернулись в кабинет Лана и закрыли дверь.

– Как насчет дедушки? – спросила Шаэ. – И Дору?

– Они подождут, – отозвался Лан.

Это ошеломило Шаэ – насколько она помнила, Лан всегда включал Коула Сена и Дору в обсуждения решений клана. Исключение патриарха и Шелеста было неслыханным. И четким знаком, что ветер в клане резко переменился.

И еще более тревожный знак – она здесь. Братья включили ее в разговор, хотя она и не носит нефрит. Люди могут подумать, что она замещает Дору. Этого Шаэ совсем не хотела, но и уйти нельзя. И пусть она твердила себе, что не должна здесь находиться, она села в кожаное кресло. Лан осторожно опустился в кресло напротив, и Шаэ поняла, что он ранен. Крови не было, но выглядел он бледным и измотанным, даже хрупким – она и не предполагала, что старший брат может так выглядеть.

– Лан, – сказала она, – тебе нужно к врачу.

– Позже, – ответил он.

Шаэ заметила, что он перекатывает в левой ладони нефритовые бусины – новые, поняла Шаэ. Нефрит, который он завоевал.

– Что произошло? – спросила она.

– Отправили двух Горных в могилу, – отозвался Хило. Он так и не сел. Он был по-прежнему вооружен до зубов и не расслабился. – Лан разделался с их лучшим Кулаком в поединке на чистых клинках, а другого мы казнили. Трущоба наша.

– Ты не улыбаешься, – заметила Шаэ.

Войдя в дверь во главе своих бойцов, Хило триумфально ухмылялся. Наедине с Ланом и Шаэ он хмурился.

– Это лишь первый ход, – объяснил Лан. – Они попробуют еще раз.

Хило прошелся перед аккуратными книжными полками Лана.

– Вчера вечером Айт послала людей, чтобы напали на меня из засады. Сегодня Гонт отправил своего Кулака на бой с Ланом. Горные дают понять, что могут ударить по самой нашей верхушке, даже не показывая лиц. Сейчас кажется, будто мы побеждаем, но они слишком близко. Они нанесли нам удар. Люди начнут болтать, а для нас это плохо.

– Ты убил четверых из них, – возразила Шаэ.

– Десять Кулаков – ничто по сравнению с Колоссом.

Лан перевел взгляд на Шаэ. Он явно старался двигаться как можно меньше.

– Расскажи о том, что ты обнаружила. В Казначействе.