Читать книгу - "Полукровка 1-5 - Василий Горъ"

— Опасная вы особа, однако… — с улыбкой заявил я, представив себе последствия этих «ошибок».

Она потупила взгляд и поводила ножкой по паркету:

— Есть немного…

Мы рассмеялись, но были вынуждены прерваться, чтобы пообщаться с очередными гостями, двигавшимися по кругу. Потом уделили время еще двум одиночкам и засекли приближение группы японцев. Вернее, их засек я, так как был выше большей части гостей, предупредил девчонок, уронив сообщение в общий канал, и морально настроился на непростую беседу. Но в самом конце «обязательной части» обмена любезностями Сугавара Масатомо извинился за то, что вынужден двинуться дальше, а его сын обезоруживающе улыбнулся и попросил разрешения остаться с нами:

— Йенсен-доно, я знать, что сегодня наградить ваша команда. Хочу рично поздравить. Вы позворите ждать этот момент вместе с ваш компания?

Я позволил. И не разочаровался — Наоя с интересом вслушивался в нашу беседу, но не лез с комментариями, на вопросы отвечал распространенно, не стеснялся говорить, что чего-то не понимает или не знает, и не перегибал с поклонами. В смысле, воевал с привычкой складываться пополам чуть ли не после каждой фразы и не вынуждал нас зеркалить свои действия. В общем, в его обществе было довольно комфортно, поэтому время, оставшееся до начала церемонии, пролетело незаметно. А потом голос электронного глашатая снова ударил по ушам, занавес разъехался в сторону, Император заговорил, и мне стало не до Сугавары-младшего: параллельно с речью Олега Николаевича за его спиной демонстрировалась нарезка из фрагментов записей с камер тактических комплексов участников всеимперской операции по уничтожению крупных криминальных структур.

Кстати, сцены из категории восемнадцать плюс — то есть, последствия попаданий игл разных калибров в человеческое тело и тому подобную «расчлененку» — никто не вырезал и не размывал, вот большинству дам, присутствующих в зале, и поплохело. А меня и моих девчат просто переключило в боевой режим и заставило анализировать телодвижения оперативников и их «жертв».

Этим же делом мы занимались и первые минут сорок основной части мероприятия, благо, перед тем как вручить медаль или орден, Ромодановский знакомил гостей с заслугами награждаемого. В результате не услышали свои фамилии и не потеряли лицо только благодаря Мегере — поднялись на тронное возвышение с крошечной задержкой, выслушали описание «наших геройств» и обзавелись новыми наградами. Вернее, Ослепительные Красотки получили по Святому Станиславу второй степени, Марина — «Владимира» третьей, а мне деанонимизировали все того же «Владимира», только второй.

Увы, две последние награды заставили ахнуть всех, кто имел хоть какое-то представление об очередности пожалования орденов. А потом Император нанес завистникам добивающий удар, обратившись ко мне с претензией:

— Тор Ульфович, я понимаю, что вы и ваши напарницы служите Родине не ради наград и не кичитесь своими заслугами, но на мероприятия, подобные этому, желательно надевать хотя бы орденские планки. Вы ведь меня поняли, верно?

— Так точно, Ваше Императорское Величество! — слитно гаркнули мы, и он добродушно усмехнулся и подколол:

— Что ж, буду считать это обещанием…

Глава 10

7 октября 2470 по ЕГК.

…Звонок Орлова вернул меня в сознание ровно в десять утра. Открывать глаза и переключаться в рабочий режим не хотелось от слова «совсем», так как мы вернулись домой только в половине четвертого, а легли в начале пятого, но я заставил себя открыть глаза, осторожно разомкнул объятия, в которых обнаружилась Даша, а не Марина, бесшумно выскользнул из-под одеяла, встал с кровати, выбрал подходящую аватарку, принял вызов и на цыпочках вышел из спальни. На пожелание доброго утра ответил уже в коридоре и превратился в слух, так как прекрасно понимал, что набирать меня просто так генералу бы и в голову не пришло.

— Я с новостями. Самыми разными… — сообщил Геннадий Леонидович, сделал небольшую паузу и недовольно поморщился: — Самая главная, увы, не радует: мы не смогли найти ни заказчиков, ни исполнителей вчерашней акции. И вряд ли найдем: эти переносные зенитно-ракетные комплексы были украдены с окружных складов Старого Устюга аж восемь лет назад; были доставлены в офисы, арендованные несуществующими личностями, на краденых флаерах со взломанными искинами; отстрелялись, получив соответствующие команды по Сети, и так далее.

Говоря иными словами, мы уверены лишь в том, что вас просчитали. То есть, устроили засаду под воздушной трассой, по которой вы не могли не пролететь по дороге к дворцовому комплексу. Но о том, что вы должны быть на награждении, знала добрая половина Новомосковска, поэтому найти личность, целенаправленно слившую эту информацию заказчикам, нереально. Да, мы не опускаем руки — анализируем недавние телодвижения ваших врагов и недоброжелателей, но их у вас достаточно много. В общем, в данный момент мы рекомендуем вам перемещаться либо на «Бореях» с активированными блоками развертки голограмм, либо на бронированных «Авантюристах».

— Прошу прощения за то, что перебиваю, но это не вариант… — заявил я и ответил на вопрос, появившийся во взгляде генерала: — Во-первых, я не хочу выглядеть трусом, во-вторых, мы храним флаеры на открытых парковочных местах летного ангара, что позволяет просчитать наличие блоков развертки голограмм, а я не готов терять возможность в случае крайней необходимости «пропасть с радаров», и, в-третьих, бронированные лимузины неповоротливы и сбиваются намного легче маневренных машин. Кстати, в планетарной Сети уже без малого сутки вовсю обсуждается правомерность установки сот с «обманками» на гражданские флаеры, а заключения всевозможных экспертов о маневренности и тяговооруженности наших «Бореев» все еще очень далеки от реальности. Поэтому наши шансы выжить при следующем покушении пока достаточно высоки. Зато если мы получим санкцию на дооборудование этих машин кое-какими системами вооружений…

Заканчивать последнее предложение не потребовалось — Орлов спросил, определился ли я с конкретными желаниями, поймал и просмотрел файл с подробным описанием моих хотелок, удовлетворенно кивнул и пообещал, что организует официальное разрешение в течение часа. Потом задал пару-тройку уточняющих вопросов, помог довести до ума один-единственный «тонкий» момент и вернулся к новостям.

Вторая и, на мой взгляд, в разы более важная, основательно подняла настроение — оказывается,