Читать книгу - "Телефонная будка несказанных слов - Су-ён Ли"

сильно повлияла на тебя. Конечно, много времени уже прошло…

– Все нормально, правда. Я тогда был так молод, совсем не знал, что делать. Надеюсь, им будет хорошо вдвоем на том свете.

Он нахмурился. Психолог был добрым человеком. Удивительно, как он мог так искренне переживать за меня во время наших бесед. Как настоящий специалист он снова спросил, что я чувствую.

– Сану, что для тебя значила смерть отца?

– Наверное, я был не столько опечален, сколько шокирован. Да и вообще… я вдруг осознал, что все мы когда-нибудь умрем. И я – не исключение.

– Ты сильно переживал?

– Ну, как сказать…

Я спокойно взглянул на него. Не знаю, какие глаза у меня были в тот момент, но он смотрел на меня пристально, пытаясь скрыть смущение.

– Столько времени прошло, многое поменялось.

– Ты прав. Возможно, я перестраховываюсь.

Почувствовав себя неловко, он слегка улыбнулся. Вопросов больше не задавал. Я ведь тоже изучал методы психологического консультирования и осознавал, как необходимо порой взглянуть в прошлое, но он, похоже, знал, что иногда просто нужно время. Мы обсудили планы на сегодня, и к концу разговора он снова попытался докопаться до сути.

– О чем ты больше всего думаешь, находясь с матерью?

– О чистом небе за окном.

Психолог не спросил, что это значит, посчитав, что так будет лучше для меня. Мы были знакомы столько лет, что он с легкостью понимал, когда слова излишни.

* * *

Я арендовал старую машину, чтобы добираться из дома в больницу, хотя обычно пользовался общественным транспортом. Просто за последние три года я привык передвигаться именно так, ведь рядом с Центром было не припарковаться. Общественный транспорт – это муторно и долго, но каждый раз, спускаясь в метро, а затем пересаживаясь на автобус, я чувствовал, будто чем-то занят. Словно у меня есть другие дела, кроме присмотра за мамой. Мне так хотелось отвечать хоть за что-то, поэтому каждый раз я надеялся, что поезд вдруг свернет с пути и я отправлюсь куда угодно, но не в больницу.

– Что за атмосфера? Без меня совсем никак? – спросил я, войдя в Центр.

Повисла неловкая тишина. У Чиан и Чихуна явно был разлад, и никто не хотел сделать первый шаг навстречу.

– А, Сану. Давно не виделись.

Чиан расслабилась, как только увидела меня. Не знаю, была ли она рада меня видеть или просто благодарна за то, что я разрядил обстановку. Чихун тоже поприветствовал меня и улыбнулся. Когда мы только познакомились, я думал, что он не умеет открыто выражать эмоции. Но присмотревшись к нему, я понял, что Чихун достаточно общительный, просто не слишком эмоциональный.

– Как идут дела?

– Благодаря тебе все отлично.

– Чихун, ты тоже хорошо справляешься. Правда, Чиан?

Она улыбнулась и посмотрела на брата, но, когда их взгляды пересеклись, оба резко отвернулись. Чиан снова взглянула на меня, а Чихун уставился в монитор компьютера. Я закончил работу над графиком консультаций на первую половину года, поэтому теперь моей задачей было создавать комфортную атмосферу в офисе.

– Ты же почти закончил обучение, да?

– Ага, совсем чуть-чуть осталось, – ответил Чихун.

– Скоро станешь полноценным работником. Мы рассчитываем на тебя!

– Да мы и тебя всегда ждем назад, – встряла в разговор Чиан.

Она говорила как-то, что они ждут меня, когда я решу семейные дела, и я понимал, что на самом деле это просьба вернуться как можно скорее. Мне даже показалось, что они смотрят на меня с беспокойством, поэтому лишь широко улыбнулся и попытался сменить тему разговора.

Мне нужно было вернуться в больницу до вечера. Я проверил график и отчет, составленный Чихуном, и исправил ошибки. На самом деле правки были незначительные, но раз уж я пришел на работу, хотелось сделать хоть что-то. Чихун совсем не обижался, только кивал на все мои исправления. Этим спокойствием они и были так похожи с Чиан.

Я почти закончил с делами и решил проверить все снова. Здесь было все для удобства: широкий стол, компьютер с большим монитором. Все документы, которыми раньше занимался я, теперь лежали на столе Чихуна. Я аккуратно положил руку на холодный гладкий стол и повернулся к окну с кипенно-белой рамой. Здание было старым, но я помню, как мы с Чиан делали здесь ремонт. Я лично выбирал интерьер и запах, который бы с ним сочетался.

– Я закончил! Вы бы хоть поговорили друг с другом…

– За разговоры у нас всегда отвечал ты.

– Чиан, не надо полагаться только на меня.

– Ну пожалуйста, – спокойно сказала Чиан.

Мне всегда нравилась эта ее черта. Неважно, что именно она просила сделать, ее тон всегда был мягким, и она никогда не забывала сказать «пожалуйста». Мне было все равно, говорила она это по привычке или из вежливости, мне просто становилось невероятно комфортно. Я так долго пытался найти свое место.

– Ну ладно, я пошел.

– Увидимся.

Чихун тоже попрощался. Даже зная, что точно приду снова, я все равно почувствовал некую грусть. Но тут я услышал, что кто-то меня догоняет. Это была Чиан.

– Сану!

– Да. Я что-то забыл?

– А, нет-нет.

Чиан подошла ко мне совсем близко, и я только сейчас понял, что она совсем небольшого роста. Она тихо спросила:

– Как мама?

– Ох, нормально. Спасибо, что поинтересовалась.

– А ты как, Сану?

Увидев ее выражение лица, я почувствовал тяжесть в груди. Почему сегодня все спрашивают, как я себя чувствую? Да все со мной в порядке. Но она спрашивала настолько искренне, что я просто не мог соврать, поэтому постарался подобрать слова:

– Как ни странно, мне не грустно. Но мама… Она слишком много натерпелась…

– Надеюсь, ты и правда в порядке.

Я задумался над ее словами. Не мог понять, говорю ли я правду или все-таки что-то недоговариваю. На мгновение мне показалось, что я вру не только окружающим, но и самому себе.

* * *

– Мам, тебе больно?

Девять вечера. В палате был выключен свет. Спит ли она? Слышит ли меня? Я боялся, что да, поэтому не задавал лишних вопросов и не давал волю чувствам. Вместо этого я просто смотрел в окно. Из темной комнаты ночное небо города казалось невероятно ярким. Оно виднелось в промежутках между высотками. Окна в больницах были заляпаны, поэтому я не мог понять, есть ли на небе облака. Но когда я сам лежал в больнице, только этот вид меня и успокаивал.

* * *

Я хочу умереть. Почему эта мысль вытесняет все из моей головы? Может, причина кроется в гибели отца? С того самого дня