Читать книгу - "Выжить в битве за Ржев. Том 4 - Августин Ангелов"

Он подошел к сейфу под портретом Дзержинского. Повернул ключ. Тяжелая дверца со скрежетом открылась. На полке лежал смартфон — артефакт из мира будущего, переданный Ловцом. С помощью этой вещицы Угрюмов уже усвоил очень важную информацию. Ход войны. Списки предателей. Оперативные сводки. Важные даты. Имена перспективных людей и тех, кого необходимо ликвидировать.

Он взял смартфон в руки, погладил холодный корпус. Эта вещь и важнейшая информация внутри нее стала его главным козырем. И, одновременно, самым опасным грузом. Если только Берия узнает… Угрюмов отогнал эту мысль. Он знал, что делает. Он менял историю. Не грубо, не ломая ее через колено, как пытался делать Жуков, бросая дивизии в лобовые атаки на Ржев. Он менял ее исподволь, точечно, хирургически. Убирал предателей, сохранял жизни, менял баланс сил.

Из сейфа он достал еще одну папку. На ней не было грифа секретности, только номер и карандашная пометка «К исполнению». Это был его собственный план. Не тот, что он озвучил Жукову, а следующий. План, который касался уже не только 33-й армии, но и всей битвы за Ржев. Той самой мясорубки, которая, если верить смартфону, продлится еще больше года и унесет сотни тысяч жизней. Угрюмов знал, что остановить ее одним ударом нельзя. Но можно было сделать так, чтобы она обошлась дешевле. Намного дешевле в человеческих жизнях.

И начать он решил с того, о чем в его времени не писали в учебниках, но что он уже четко понял из материалов в смартфоне, — с очистки тылов не от мнимых, а от настоящих предателей и с создания эффективной системы координации между партизанами, десантниками и наступающими частями. Ловец первым предложил этот план. И он сам же стал идеальным инструментом для этого.

Теперь уже стало ясно, что посланец из будущего не просто снайпер и диверсант, а умный тактик, профессионал высочайшего класса, умеющий просчитывать свои действия на несколько ходов вперед. Причем, не только просчитывать, а практически добиваться верных решений в полевых условиях войны во вражеском тылу. И теперь, когда генерал Ефремов со своей армией вышел из котла, этого полезнейшего сотрудника нельзя было бросать на произвол судьбы. Наоборот, его нужно было использовать по-настоящему. В полную силу.

— Николай, — тихо, словно тот мог его услышать, проговорил Угрюмов, глядя на цветную фотографию в смартфоне. — Ты думал, что твоя миссия закончится на какое-то время после успеха? Но такого позволить я тебе не могу. Передышки не будет. Война только начинается. И теперь мы будем играть по-крупному!

Глава 2

«Еще три года войны. Но, может быть, сейчас уже немного поменьше будет?» — задумался попаданец, продолжая смотреть на выходящие из окружения войска. Три года. Цифра, от которой у него холодело под ложечкой. Слишком долго. Слишком много крови еще прольется. И слишком высокая вероятность, что убьют…

Несмотря на то, что и с юга, и с севера от горловины прорыва раздавались звуки канонады, десантники занимались своими делами. Они были сосредоточенные и молчаливые. Каждый использовал короткую передышку на отдых по-своему.

— Товарищ капитан! — внезапно раздался звонкий голос какого-то бойца. — Разрешите обратиться?

Ловец оглянулся. К нему подходил молодой десантник, тот самый, с обмороженным ухом, которого он приметил еще в Прудках. Парень смущенно улыбался, поглядывая на Рекса, который чуть в стороне делал свои собачьи дела.

— Слушаю, — кивнул Ловец.

— Разрешите пса покормить? — выпалил десантник, кивая на овчарку. — У меня с собой краюха хлеба осталась, я ее за пазухой грел, мягкая еще. И кусочек сала трофейного есть. А собака-то вон как намаялась. Всю ночь с нами, а теперь даже не жалуется. Но голодная небось… Нехорошо получается, товарищ капитан.

Ловец улыбнулся. Сзади от деревенских развалин уже подтягивались другие бойцы, слышавшие разговор.

— Рекс, ко мне! — позвал он негромко.

Пес тут же оказался рядом. Он сел, поднял голову и с достоинством посмотрел на собравшихся, словно понимал, что речь идет о нем.

— Ну, угощай, — разрешил Ловец десантнику.

Парень осторожно приблизился, вытягивая из-за пазухи заветный сверток. Рекс не двинулся с места, только уши его насторожились, а ноздри жадно втянули запах еды. Десантник развернул тряпицу — там лежал приличный ломоть сала, накрытый хлебным мякишем.

— На, ешь, умница, — сказал парень, протягивая угощение на раскрытой ладони.

Рекс аккуратно, стараясь даже не касаться зубами пальцев, взял хлеб, отступил на шаг и с видимым удовольствием проглотил почти половину. Остаток положил перед собой на снег и посмотрел на Ловца, словно спрашивая разрешения доесть.

— Ешь, ешь, дружище, — усмехнулся попаданец, ругая себя, что сам не догадался вовремя покормить умного пса.

Рекс доел, тщательно вылизал снег, где лежала краюха, и снова посмотрел на десантника, который все еще стоял рядом, разглядывая овчарку. Вдруг пес подошел к парню, ткнулся носом в его валенок, а потом лизнул руку.

— Ой! — выдохнул десантник, и лицо его расплылось в счастливой улыбке. — Слышь, ребята, наш десантный пес меня лизнул! Благодарит!

Это стало сигналом. Вся рота, казалось, ожила. Десантники, забыв об усталости, потянулись к собаке. Они не толпились, не шумели — подходили к делу дисциплинированно, по-военному, соблюдая очередь. Каждому хотелось прикоснуться к живому существу, которое этой ночью делило с ними смертельную опасность и которое, в отличие от многих, не только вышло из боя целым, но и вывело их сквозь смертельную опасность минного поля.

Комвзвода старшина Панасюк подозвал своего помощника:

— Митрохин! У тебя ж в вещмешке банка тушенки была? Немецкая, еще из тех трофеев, что в Прудках взяли?

— Так точно, товарищ старшина, — Митрохин замялся. — Я ее к празднику выхода из окружения берег…

— Ну и дожили уже до этого праздника, так что доставай, нечего жадничать, — отрезал Панасюк. — Псу отдадим. Он заслужил. Спас всех нас от мин и от немецких пулеметов.

Митрохин, хоть и с сожалением, но без возражений полез в вещмешок. Банка трофейной тушенки пошла по рукам, пока не оказалась у Смирнова. Тот ловко вскрыл ее штык-ножом и, подойдя к Рексу, вывалил содержимое прямо в снег.

— Угощайся, братишка, — сказал он серьезно.

Рекс, который уже, казалось, насытился, тем не менее с достоинством принял угощение. Пока он ел, бойцы стояли вокруг, негромко переговариваясь.

— Видали, как он на пулеметчика у реки кинулся? — говорил один. — Прям в горло вцепился, аж брызги в стороны!

— А как мины находил? —