Читать книгу - "Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков"

и так заполучил лишнего! Но я повторяю, стараясь произносить каждое слово внятно и отчетливо:

– В игре мы с Карелом и вы с королевой. Не король. Вмешательство короля приведет к смерти принца. Или Карел ошибается, считая вас другом?

Капитан бледнеет, и я вдруг понимаю – это не гнев!

– Так Карел жив?

Тут уж наступает моя очередь вытаращить глаза.

– А почему нет? Конечно, жив, куда б он делся!

– Что-то я тебе не верю, – снова мрачнеет капитан.

– А что тут верить, – морщусь я. Говорить больно, губы огнем горят, но мне хочется уязвить его, и я продолжаю: – Могли б уже и воочию убедиться.

– Послание?…

– От Карела, – подтверждаю я.

Сержант, развязывая мне руки, бросает:

– Он не очень-то почтителен, капитан.

Но голос его совершенно счастлив, и я понимаю – он любит своего принца, и он тоже думал, что Карел мертв.

– Если его вести правдивы, мы с тобой простим ему это, – отвечает сэр Оливер, задумчиво меня разглядывая.

– «Мы простим», видали вы! – возмущаюсь я, осторожно потряхивая руками и вслушиваясь в ощущения. – Да вы меня так отделали…

– Послание! – прерывает капитан.

Руки не слушаются, и я бормочу:

– На груди, возьмите сами, сэр. Можно, я сяду?

Капитан не успевает ответить. Ноги уже не держат меня, и я оседаю прямо на пол. Боль наваливается вся разом, старый рыцарь и в самом деле здорово меня отделал… но сейчас он вдруг оказывается рядом со мной на коленях, заглядывает в лицо:

– Что, так плохо? Ты прости, парень…

– Бывало и хуже, – хриплю я. Поднимаю руку – с трудом, через силу, стиснув зубы накрепко, но поднимаю! – ничего, живой… Стаскиваю через голову мешочек. В глазах темнеет, но капитан – вот он, мимо не пронесу. – Желтый ваш.

Сержант сует мне кружку с вином. Пью. Кисло. Капитан вытряхивает на ладонь три драгоценных камня.

– Желтый ваш, – повторяю я. – Загляните.

Придется объяснить, думаю я… но нет, он знает. Берет ограненный восьмигранником золотистый камень и подносит к глазам.

Я расслабляюсь: дело сделано. Я не знаю, что дальше. Обсуждая мою вылазку, мы дружно сочли, что так безопаснее: чего не знаешь, того не выдашь, а я не рискну тягаться с заклятием правдивости. Мое дело маленькое: если не смогу выйти на капитана, нужно найти способ передать красный камень королеве. А зеленый – тоже для капитана, но об этом ему должно растолковать послание. И всё. Я свою игру сыграл. Теперь командовать будет сэр Оливер. Я гляжу на него и невольно улыбаюсь сквозь боль: он весь там, в камне, и он счастлив, он рад до безумия, и сержант сияет, глядя на него. Нам везет: эти двое за нас.

Сэр Оливер отрывается от камня и переводит взгляд на меня:

– Ну, говори, Сергей. Что дальше делать будем?

– Что скажете, то и будем. Пока не доберемся до принца, командуете вы.

– Хорошо, – сэр Оливер крепко жмет мне руку, так крепко, что я невольно охаю. – Прости за встречу, Сергей. Я эти дни сам не свой… сорвался. Подождешь меня здесь. Сержант о тебе позаботится. Что нужно, говори, не стесняйся.

– Сэр Оливер, вы ведь знаете, где мы жили?… Ну, я и тот парень, которого вы сонным зельем напоили в «Счастливом путнике»?

– Помню. Мадам Урсула, сестра университетского ректора.

– Можете туда зайти? Нам письма могут быть. Из дома.

– Понимаю, – кивает капитан. – Зайду.

– Спасибо.

Сэр Оливер уходит, сержант пару мгновений смотрит вслед и оборачивается ко мне.

– Значит, Сергей? Это ты был с Карелом… тогда на площади?

Киваю.

– А я – Джекоб. Ты чего хочешь? Пить, жрать, выспаться?

Осторожно щупаю разбитое лицо.

– Умыться.

Джекоб выводит меня в узкий и темный тупичок за караулкой и поливает понемногу из кувшина, посмеиваясь в густые усы: бывалый, всё повидавший служака, презирающий выпендреж сопляков вроде меня. Странно, думаю я, что его верность отдана принцу, а не королю. Такие обычно за старую власть. Но капитан ему верит, значит, все в порядке.

Смывать с лица кровь, на ощупь, в темном вонючем тупичке у городской стены, не слишком-то весело. Зато в голове у меня понемногу проясняется, и я облекаю в слова засевший в голове вопрос:

– Так вы думали, что Карел мертв? С чего ж это?

Джекоб мрачнеет.

– Последние два дня люди только об этом и говорят. Коронного сообщения, правда, не было. А только столичные слухи в таких вещах не врут.

Два дня, мысленно повторяю я. Послание.

– И какие подробности упоминают столичные слухи?

– Говорят, что принца заманили в Подземелье. Предательством, – уточняет Джекоб после небольшой паузы.

– Теперь понимаю, с чего капитан так на меня набросился. И что, говорят, случилось с принцем в Подземелье?

– Говорят, что его замучили, – выплевывает сержант.

Я молчу. Хотел бы я знать, какова доля Лютого в этих слухах…

– Скажи, что это не так, – требует вдруг Джекоб.

– Это не так, – повторяю я. – Джекоб, разве ты еще не понял, что он жив?

– Понял. Но я хочу услышать, что слухи лгут во всем.

– Карел жив. Клянусь. Жив и здоров, и настолько в безопасности, насколько это возможно в Подземелье.

– Значит, он все-таки в плену…

– Джекоб, я не имею права сказать больше. Но с ним всё в порядке.

– И обошлось без предательства?

Джекоб смотрит мне в глаза твердо и требовательно, и я отвечаю:

– Клянусь Светом Господним, есть один человек, который предал его. Только один. Его отец. Ты хочешь еще что-нибудь спросить?

– Хочу, – хмуро отвечает сержант. – Только тебе мои вопросы, кажется, не нравятся?

– Джекоб, ты ведь солдат, – миролюбиво говорю я. – Ты должен знать, что такое приказ. Я и так сказал больше, чем надо.

– Ладно, пойдем, – бурчит сержант.

Мы возвращаемся в караулку, садимся за стол и молчим. Скоро молчание становится тягостным.

– Жрать хочешь? – спрашивает сержант.

– Можно, – соглашаюсь я. – Если в трактир не идти.

– За дурачка меня держишь? – хмыкает сержант. После чего выглядывает наружу и орет: – Эй, Ронни! Загляни в «Поросенка» да попроси у Катрины обед на двоих. Сюда пускай притащит.

– Эта Катрина не разболтает обо мне?

– А какое кому дело? Ну, сидит в караулке какой-то пришлый солдат, ну, по всему видать, досталось тому солдату изрядно… эка невидаль!

– Тебе видней. – Я достаю два полупенса, аккуратно кладу на край стола и поясняю: – За обед.

– Брось, парень. Пока мы на службе, платит король.

– Я, видишь ли, не на службе. И не вправе жрать за счет короны.

– Как знаешь, – пожимает плечами Джекоб. – Было бы предложено.

Вялый спор тухнет при появлении Катрины. Пышнотелая, раскрасневшаяся, неожиданно