Читать книгу - "Коммерсант 1985 - Андрей Ходен"

это Полозков, значит, у него есть рычаг в военкомате. Нужно найти этот рычаг и сломать. Или… найти свой, покрепче.

— Какой? У меня ничего нет! Только этот чёртов кофе-бар, который никого не защитит!

— Есть, — она остановилась, глядя ему прямо в глаза. — Есть информация, которую ты собирал. Про склад. Про схемы. Про Полозкова. Если он начал войну, пора пускать её в ход.

Максим замер. Она предлагала то, о чём он думал, но боялся сделать — перейти в открытое наступление. Использовать компромат. Но это был ядерный вариант. После этого пути назад не будет. Война станет тотальной.

— Если я это сделаю, они раздавят нас обоих. И тебя, и твоего отца заодно.

— Они уже давят, Максим! — в её голосе впервые прозвучала неподдельная злость. — Они давят Сергея, чтобы добраться до тебя. Они не остановятся. Или ты бьешь первым, или тебя добивают по частям. Выбора нет.

Она была права. Он это знал. Но мысль о том, чтобы втянуть её и Широкова в открытый конфликт, была невыносима.

— Давай сначала найдём Сергея, — сказал он, откладывая решение. — Узнаем, насколько всё серьёзно.

Они нашли его через час в здании городского военкомата. Сергей сидел на деревянной скамейке в длинном коридоре, заваленном табличками «Отдел учёта», «Призывная комиссия». Он выглядел потерянным, маленьким. Увидев Максима, он вскочил, и в его глазах вспыхнула надежда, тут же погасшая.

— Макс… они говорят, у меня нестыковка в документах. Год рождения в школьном аттестате не сходится с военным билетом отца… какая-то ерунда. Но говорят, пока не предоставлю справку из станицы, я не студент. Меня уже отстранили.

— Это Полозков, — тихо сказал Максим, подходя ближе. — Он это провернул.

Сергей кивнул, опустив голову.

— Я так и думал. Вчера, когда меня забирали, он стоял в коридоре общаги. Улыбался.

Ярость снова захлестнула Максима, горячая и густая.

— Ты что-нибудь подписывал?

— Какую-то бумагу, что я ознакомлен… Я даже не читал, я был в шоке.

Лариса, всё это время молча наблюдавшая, шагнула вперёд.

— Сергей, у тебя есть копии твоих документов? Аттестат, паспорт, студенческий?

— В комнате… в конверте.

— Хорошо. Мы их возьмём. И пойдём к юристу. У папы есть знакомый, он работает в юридической консультации. Он посмотрит, насколько это законно.

— Но пока будут разбираться, меня отчислят, — с тоской сказал Сергей. — Через три дня пропуска уже будут ставить на комиссию.

— Значит, нужно действовать быстрее, — твёрдо сказала Лариса. Она повернулась к Максиму. — Ты идёшь к своему ректору. Напоминаешь ему, что Сергей — твой официальный помощник в успешном проекте «Диалог». Что его отстранение нанесёт ущерб эксперименту. Просишь временно заморозить вопрос об отчислении до выяснения обстоятельств. Ректору этот проект важен — он должен пойти навстречу.

Максим смотрел на неё, поражаясь её хладнокровию и стратегическому мышлению. Она раскладывала задачу по полочкам, как шахматную партию.

— А что сделаешь ты?

— Я пойду к папиному знакомому. И… попробую узнать, кто в военкомате курирует этот вопрос. И как сильно этот человек связан с Полозковым.

Разделение обязанностей было логичным. Максим кивнул.

— Встречаемся вечером у меня в комнате. Сергей, ты иди в общагу, собери все документы. И никуда больше не ходи. И ни с кем не говори. Особенно с Полозковым, если он появится.

Сергей кивнул, в его глазах появилась твёрдость. Страх отступал перед необходимостью действовать.

Они разошлись. Максим шёл к институту, и ярость медленно кристаллизовалась в холодную, беспощадную решимость. Полозков перешёл черту. Он тронул не его, а его друга. Того, кто был рядом в самую тёмную ночь. Этого он не простит. Никогда.

Война из тихой, подковёрной, превращалась в открытую. И теперь у него не было выбора. Нужно было бить. Жестоко. Точно. В самое сердце.

И компромат, который он собирал, больше не был просто информацией. Он стал оружием. И пришло время его применить.

Первым делом — к ректору. Потом — к Витьке. Нужно было достать те самые, конкретные доказательства по схеме со складом. Имена, даты, суммы. И обрушить это всё на голову Полозкова так, чтобы от него не осталось мокрого места.

Он вошёл в здание института, и его шаги отдавались в пустом холле гулко, как шаги палача, идущего к эшафоту. Теперь он был не жертвой. Он был мстителем. И система, которую он так хотел обойти, теперь становилась полем его битвы. И первая кровь на этом поле уже была пролита. Кровь его друга.

Часы на стене показывали без четверти шесть, когда зазвонил белый телефон.

Он снял трубку после третьего гудка. Всегда после третьего.

— Слушаю.

— Объект ВА-452. Зафиксирована активность. Нестандартная.

Голос в трубке был ровным, лишённым интонаций — так мог бы говорить хорошо отлаженный магнитофон, если бы магнитофоны умели ждать ответа.

— Конкретно.

— Час назад опустил четыре конверта. Адресаты: партком Уралмаша, горком комсомола, редакция «Вечернего Свердловска». Четвёртый — в заводскую многотиражку, нештатным способом. В конвертах — компрометирующие материалы на гражданина Полозкова И.В. и связанных с ним лиц. Использованы данные, полученные от объектов «Витька» и «Кладовщица». В том числе — номера служебного транспорта, закреплённого за…

Пауза. В трубке слышалось только тихое, ровное дыхание.

— За ведомством, не подлежащим упоминанию в открытых источниках.

Он молчал. Его левая рука лежала на столешнице, пальцы выстукивали по старому, исцарапанному дереву один и тот же ритм. Короткая-короткая-длинная. Короткая-короткая-длинная.

— Маршрут зафиксирован полностью. Отход от общежития в 16:10. Первая точка — Главпочтамт, 16:47. Вторая — горком комсомола, 17:13. Третья — почтовое отделение № 7, 17:41. Четвёртая — столовая института, 18:05. Там конверт помещён в стопку газет на столике свободного доступа. Предположительно — адресован редакции заводской газеты.

— Источники подтверждают содержание?

— Тексты писем отсутствуют. Визуального наблюдения недостаточно. Однако поведенческий паттерн полностью соответствует модели «подготовка и реализация асимметричного информационного воздействия». Объект сменил три почерка при написании текстов, использовал печатные буквы, варьировал наклон и нажим. Работал с 23:40 до 04:15. Спал два часа.

Он перестал постукивать. Рука замерла.

— Сменил три почерка.

— Так точно.

— Он не спал двое суток до этого.

— Так точно. Работа в «Диалоге», встреча с объектом «Кладовщица», анализ данных. Спал три часа в ночь на среду.

Тишина в кабинете стала плотной, почти осязаемой. Часы «Слава» за спиной отсчитывали секунды с монотонностью метронома. Тик-так. Тик-так.

— Оценка.

— Объект перешёл в фазу инициации активных действий. Характер действий — стратегическое планирование с элементами оперативной тактики. Использованы следующие инструменты: глубокая аналитика полученных данных, сегментирование адресатов по уровню влияния, дифференциация каналов доставки, контрразведывательные мероприятия при подготовке текстов. Уровень исполнения — выше среднего.

— Ошибки.

— Четыре. Первая: объект не проверил наличие скрытого наблюдения при