Читать книгу - "Умрешь, когда умрешь - Энгус Уотсон"

бы означать проблему. Ничего не наблюдалось, по крайней мере, не наблюдалось впереди.

Зато как минимум одна проблема угадывалась сзади. Торнадо знала звук шагов каждой воительницы оуслы. Они не бегали четким строем, однако обычно оказывались на одних и тех же местах. По тому звуку, с каким их ноги ударяли по земле, Софи могла определить, не только кто из них где, но и кто подустал, у кого болит рана, даже кто из них проголодался, переволновался и все остальное.

В данный момент Малилла Прыгунья вырвалась вперед дальше обычного и гораздо тяжелее приземлялась на пальцы ног, словно мчалась по неотложному делу. Калиска Койот и Утренняя Звезда тоже были не на своих местах, а сразу за спиной Малиллы. Может, это ничего и не значило, но после того, как они все ополчились на Софи на площади, она высматривала любые признаки неповиновения со стороны этой тройки. Лучшие командиры и воины – лучшие живые командиры и воины – никогда не игнорируют мелочи, которые вроде бы ничего не значат.

Йоки Чоппа ровно и размеренно бежал сразу за женщинами. Софи предупредила, что они не будут его ждать и собираются пробегать по семьдесят миль каждый день. Он кивнул совершенно невозмутимо. И вот бежит с ними, выдерживая темп. Впрочем, удивляться тут нечему. Многие воины в кальнианской армии только треплют языками. Чародей не из таких.

Они остановились примерно после двадцати миль пути. Пока женщины пили из источника и ели ягоды, вяленое мясо и кленовый сахар, Йоки Чоппа развел небольшой огонь в своем магическом сосуде и сгорбился над ним, помешивая пылающие угли костью.

Они пробежали остаток дня, останавливаясь еще несколько раз, прежде чем сделать привал на ночь, когда семьдесят миль были позади. Женщины утомились, но им было еще далеко до изнеможения. Йоки Чоппа, как всегда, выглядел усталым, но принялся готовить всем ужин без единого слова жалобы. Палома Антилопа принесла тушу белохвостого оленя, пока другие собирали съедобные растения.

Глава третья. Возраст – просто цифры

Фросса Многоумная проснулась Фрейя знает как скоро. Дюжина стервятников с красными головами отскочили и лениво взлетели на темные ветки мертвого дерева. Она раскрыла рот, чтобы заорать на них, но в горле так пересохло, что не получилось издать ни звука. Она огляделась по сторонам. Наступил вечер, но вот какого дня?

Пара гусей с выводком гусят проплыли мимо вдоль берега. Она привстала, опираясь на локти. Остальных трудяг поблизости не было. Они ее бросили! Эгоистичные, самолюбивые ублюдки.

Что же произошло? Фросса плыла, потом оказалась под водой, ее что-то тащило на пугающей скорости, затем она вынырнула в реке, дрейфовала по течению, наконец выбралась… Это не то озеро, куда она прыгнула, когда напала медведица. Неудивительно, что они ее не нашли… Нет, не неудивительно. Они должны были искать лучше. Они же бросили ее.

Рассудив, что день все тот же, она подумала, что сможет отыскать их следы и нагнать отряд. Только она не собиралась этого делать. Они ее бросили, и теперь она бросит их. Она отправится обратно в Труды и дождется кальнианцев. Кимаман был дурак. Тот, кого кальнианцы пришлют следом, наверняка поймет ее ценность как чародейки. В особенности когда Фросса с помощью своей магии точно скажет им, куда направляются трудяги.

– Подсматриваешь, как Волк купается? – спросил Финнбоги Хлюпик.

Бьярни Дурень подскочил на месте.

– Что я делаю?! Нет! Ха-ха-ха! Нет. Я его жду. Мы тут поймали пару форелей. – Он указал на две оглушенные рыбины в траве. – Я за ним не подсматривал.

Бьярни сидел на твердокаменном берегу бухты в паре сотен шагов от лагеря. А голый Толстый Волк стоял на коленях на мелководье и намыливал мускулистый торс свернутым пучком травы и щелоком.

Они остановились на отдых задолго до заката на границе той десятимильной зоны, внутри которой трудяги прожили целый век. Волк сказал, они выдвинутся в новый мир с началом нового дня. Никто не стал возражать. Пройдут недели, пока новость о том, что они уцелели, дойдет до Кальнии, так что спешить некуда.

Волк и еще несколько человек сходили на разведку, пока остальные, в том числе Финнбоги, помылись и разбили лагерь. И вот теперь свет начал обретать мягкие оттенки, лениво поигрывая на воде.

Финнбоги присел.

– Вот же дерьмо, а? Мы еще не вышли за пределы наших земель, а трое уже мертвы.

– Ага. Сколько осталось?

– Четырнадцать человек, насколько я понимаю. В таком темпе нас и на неделю не хватит.

– Ты прав, и особенно жалко Огмунда Мельника. Но что за идиот! Нельзя трогать медвежат.

– Ага. А Хрольф, как мне кажется, все равно был скорее мертв, чем жив. Но вот Фросса?

– Мне кажется, она вряд ли одолевала бы больше нескольких миль в день.

– Точно. Но погибнуть от удара рыбы? – Финнбоги покачал головой.

Бьярни насмешливо фыркнул:

– Если бы ты утром сказал мне, что Фросса сегодня умрет, и предложил угадать, как именно, я бы гадал до самого Рагнарека, что ей свернет шею рыбина! Бедняжка. С другой стороны, все случилось быстро, как сказала мне Сасса.

– Я тоже это видел.

– Правда? Так расскажи мне, дружище.

Финнбоги рассказал ему, что видел, и прибавил:

– Слушай, Бьярни, я не хотел просить, но после такого тяжелого дня… У тебя не осталось этих… ну, ты понимаешь.

– Грибочков? Ты уверен? Они у некоторых людей плохо идут. А после того, что с тобой было в прошлый раз, ты, по-моему, как раз из некоторых.

В первый и единственный раз, когда Финнбоги попробовал грибов Бьярни, он вляпался на берегу озера в сделанную из света паутину, потом удирал до самого дома через леса, спасаясь от гигантского рака из дыма, и успокоился только тогда, когда рядом появился призрак матери, чтобы утешить его.

– Да, знаю, я просил тебя никогда больше не давать мне грибов, даже если буду умолять, но тогда был прежний я на прежнем месте. Может, здесь все получится как надо, ну, понимаешь, время такое странное. Ужас.

– Звучит логично, но, извини, я все оставил дома. У меня нет ничего, даже крошки табаку. Новая жизнь, новое путешествие и новый чистый я.

– Ого.

– Да. Я уже об этом сожалею. Не хочешь вернуться вместе со мной в Труды и забрать мои запасы?

– Что, ночью?

– Ну, да. Если выйдем прямо сейчас, и в хорошем темпе, то к рассвету уже вернемся сюда.

– Ладно. – Финнбоги понравилась идея отправиться на поиски приключений с таким отличным парнем, как Бьярни Дурень. И, может, после