Читать книгу - "Чернокнижник с Сухаревой Башни - Сергей Благонравов"

Охотники рассмеялись. Второй, помоложе, с хищным лицом, покачал головой.

— Да хоть Магическая Юлька, фон зашкаливал бы. А так… пустошь.

Они не стали тянуть. Один из них сбросил с плеча треногу, установил на камнях. Другой достал из сумки матовый черный котелок, поставил на треногу. Все трое замкнули круг, положили руки на края сосуда. Загудело низко, по костям. Котел наполнился мерцающим синим светом, который потянулся тонкой нитью к дрожащему порталу. Сфера замерла, ее края стали четче, плотнее.

— Готово. — Охотник с усами отряхнул ладони. — Пользуйтесь. Только осторожно — связь с якорем еще хрупкая. Резкие скачки энергии порвут.

Они стали собираться. Сухоруков засеменил за ними, но потом обернулся, подошел ко мне вплотную.

— Зачем вам это? — прошипел он, кивая на портал. — Под складом — кусок моря. Ни тебе площади, ни ресурсов.

Я посмотрел ему прямо в глаза.

— Корюшку разводить буду. На продажу. Экологично, прибыльно.

Его лицо дрогнуло от обиды и полного непонимания. Он фыркнул, развернулся и быстрыми шагами пошел к выходу, качаясь на неровном камне.

Портал щелкнул, и они исчезли в сполохах света. Остались мы трое: я, Прохор и Голованов, который всё это время молча наблюдал, прислонившись к скале с видом глубокого научного интереса.

Тишину нарушал только плеск волн о камень и ровное, едва слышное гудение стабилизированного портала. Я подошел к самому краю площадки, глянул вниз, в темную воду.

— Ну что, — сказал я, обернувшись к ним. — Приняли наследство. Теперь будем обживаться.

Прохор с надеждой посмотрел на воду.

— А корюшка… правда?

Голованов фыркнул, поправил очки. В его глазах мелькнула искра научного интереса, которую я видел в лаборатории.

— Корюшка, — пробормотал он. — Конечно. Начнем с нее. А потом посмотрим, что еще плавает в этих водах. И что лежит под ними.

Голованов резко дернул рукой. Из внутреннего кармана его потрепанного жилета выскользнул плоский прибор, похожий на компас с матовым стеклом и тремя стрелками. Он щелкнул тумблером на боковой грани. Прибор завибрировал, издав тихое, настойчивое жужжание.

— Ищем сердце, — бросил он, не глядя на нас. — Менгир — якорь. Без него это просто дыра в пространстве.

Он медленно поворачивался на месте, держа прибор перед собой горизонтально. Две стрелки бешено вращались, а третья, самая тонкая, дёргалась и замирала, указывая куда-то в сторону от портала.

Мы двинулись за ним. Я щурился, вглядываясь в свинцовую воду у наших ног, ожидая увидеть темный силуэт под поверхностью. Но компас упрямо тянул нас прочь.

Остров оказался крошечным. Мы обошли его за пять минут. Плоская каменная тарелка, обрывающаяся в океан. Все как на ладони. Ни укрытий, ни пещер.

На противоположном от портала краю Голованов остановился как вкопанный. Стрелка замерла, дрожа и указывая прямо вниз, в небольшую, засыпанную осколками ракушек и водорослями ямку.

— О, ежики, — произнес Прохор, присаживаясь на корточки.

Он прав. По краям ямки копошились десятки мелких, с кулак размером, шариков из острых черных игл. Они медленно перекатывались, словно что-то вычищали.

— Знакомые какие-то, кстати, — добавил он, склонив голову набок.

Я не стал ждать. Сделал шаг вперед и спрыгнул в яму. Каблуки сапог мягко приземлились на сырой песок. Ежики зашевелились быстрее, несколько штук покатились на мои ноги. Я аккуратно, но твердо отпинал их в сторону ботинком.

Под природным каменным козырьком, скрытым от прямого взгляда, зиял узкий проход. Темный, в человеческий рост, уходящий под остров.

— Здесь, — крикнул я наверх.

Через мгновение рядом приземлился Прохор, затем, осторожно спустив свой кейс, и Голованов. Ученый тут же навел компас на проход. Стрелка легла ровно, как по линейке.

Мы двинулись внутрь. Лаз оказался коротким и шириной в два человек. Сырой камень скрипел под ногами. Воздух пах старой солью и чем-то знакомым, хвоей.

Свет из рассеянного небосвода позади исчез. Впереди замаячило тусклое, теплое свечение. Мы вышли из подземного хода.

Перед нами, в центре просторной, скрытой пещеры, высился наш истукан, из базальта и золотистого сплава. А рядом, вплотную к его массивному плечу, стоял древний, покрытый резьбой менгир из родового подземелья. Оба камня пульсировали ровным, сдержанным светом. Их пустые глазницы и безликие лица были обращены прямо на нас.

Я проморгался. На секунду мне показалось, что их взгляды полны укоризны, немого укора за взрыв, за панику, за эту скалу посреди океана.

Пульсирующий свет окутывал безмолвного истукана, рядом с которым низко гудел древний менгир.

— Вот это поворот, — сказал я и присвистнул сквозь зубы, глядя на пульсирующий дуэт камней.

— О, мы теперь можем сэкономить на топливе! — мечтательно протянул Прохор, уже перебирая в уме прибыль. — Наберем свежих грибов из родного подземелья, продадим в столице. Чистая прибыль.

Голованов замер. Его пальцы сжали планшет так, что костяшки побелели. Он забормотал, почти не осознавая этого, уставившись на стык менгира и истукана.

— Так. Где я просчитался? Где погрешность? — Его взгляд резко переключился на Прохора. — Какое заклинание ты произносил? Какую магию использовал при контакте? Управление энергией? Ритуальное слово?

Прохор выпрямил спину.

— Только поплевал на пластинки. Чтобы сразу прилипли. Быстро, надежно!

Голованов медленно обвел его взглядом с ног до головы. Его взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Значит, сдашь еще пару литров слюны. А может, и крови. Для чистоты эксперимента.

Прохор сглотнул и отступил на шаг.

— Так, друзья, — мой голос разрезал гудевшую тишину пещеры. — О том, что случилось, ни слова. Никогда. Над ямой построим дом, а в подвале спрячем этот проход. Прохор, ты займешься стройматериалами. Профессор, у вас есть доверенные строители? Те, кто возводит секретные лаборатории?

Голованов, все еще разглядывая Прохора, кивнул, не отрывая взгляда.

— Думаю, найдем. А я брезентом яму прикрою сейчас. Очерчу контур для рабочих.

— Так и поступим, — согласился я. — А как думаете, профессор, магистры с их древними артефактами в курсе, что подземелья можно… сшивать?

Он наконец отвел взгляд от Прохора. Его лицо стало маской абсолютной отрешенности.

— Не знаю. Даже слухов не слышал.

Тогда я посмотрел на них обоих.

— Тем более все держим в секрете. За такое знание нас точно уничтожат. Быстро и без следов.

Следующие две недели гудели стройкой. Прохор метался между грузовиками и складом, принимая блоки для готового домика и панели для ангара. Голованов вычерчивал на грунте разметку, его голос резал воздух командами монтажникам в синих комбинезонах. Я наблюдал за ними со скалы, а сам занимался анализом.

Дом рос быстро, но истинное волшебство началось с фундамента. Голованов, отложив обычные чертежи, притащил из своего ангара тяжелый цилиндрический аппарат, похожий на гибрид стереоколонки и сейсмодатчика. Он установил его в