Читать книгу - "Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов"

стало просто невозможно! Скорее наоборот - СССР мог нанести превентивный удар по командным пунктам, позициям американских ракет и авиабазам!

Программа 'Апполон' в итоге оказалась свернута, ограничившись единственным 'флаговтыкательным' полетом - после которого о Луне надолго забыли. Не говоря уж о других планетах. 'Американским ответом' на постепенно растущую орбитальную ударную группировку СССР стали запущенные в 1971 году американские станции аналогичного назначения и спутники-перехватчики. Ответом на них стали уже советские спутники-перехватчики. Но где гарантия того, что спутник успеет сбить вражескую ударную платформу прежде, чем та выпустит свои ракеты с бомбами? А? Нет гарантий? Значит, нужно более надежное средство уничтожения вражеских платформ! И в то же время - защита от вражеских спутников-перехватчиков!

Следующим шагом стали платформы противоспутниковой обороны с рельсотронами, способные буквально разорвать в клочья разогнанными до гигантских скоростей снарядами вражеские спутники или ударные платформы. Почти такие же рельсотроны стали ставить и на Земле. Потом появились было гигатонные орбитальные атомные бомбы, которые, казалось бы, должны были полностью обесценить все прочие средства и сделать третью мировую войну невозможной. И вот тут-то чуть было и не приключилась ядерная война! Ведь, в отличие от всех прочих средств, такой бомбе не требовалось ничего запускать! Достаточно получить сигнал с Земли - и привет! И как этому помешать? Сигнал заглушить? Так он может прийти через сложную цепочку ретрансляторов! Так что американская попытка вывести на орбиту такую штуковину была пресечена самым жестким способом! Очередью из советской орбитальной рельсотронной пушки. Что чуть не привело к войне, но все же обошлось...

И тогда на космическую 'сцену' вышли лазеры - то, что и стало 'епархией' Владимира. При тщательно подготовленном ударе ими можно было бы с легкостью порезать на кусочки все американские ударные платформы, а потом врезать в ответ. И в то же время сбить все запущенные американцами ракеты с гиперзвуковыми блоками. За эти разработки в свои 39 лет Владимир уже был профессором, а впоследствии имел все шансы выбраться и вовсе в академики. Головокружительная карьера! Хотя для физиков нынче - ничего невозможного... Особенно для тех, кто занимается такими важными для обороны страны темами. Хотя работать пришлось так, как тем лошадям и не снилось. В его 39 лет у Владимира не было ни семьи, ни детей. И хоть государство ему выделило, ни много, ни мало, трехкомнатную квартиру в центре Новосибирска, но там он почти не появлялся. То на работе оставался, то где-нибудь в командировках... Даже у родителей под Миассом побывать времени практически не оставалось.

'Ну ничего, вот победим гидру капитала', - успокаивал он сам себя, хотя и сильно сомневался в 4скорой победе. Порой ему и вовсе казалось, что человечество движется куда-то не в том направлении. Вместо того, чтобы осваивать тот же космос, строить базы на других планетах, оно ударилось в разорительную для всего мира гонку космических вооружений. Сложная эшелонированная космическая ударно-оборонительная система с каждым годом продолжала все расти и расти. Уже сейчас самые дальние ее элементы находились в точках Лагранжа, а уж что будет лет через пятьдесят? Сколько ресурсов будет попросту выброшено на все эти системы? А ведь планета не бесконечна...

Но увы... Выбора им никто не давал. Нет и не может быть никакого компромисса между двумя непримиримыми врагами. Или мы - или они! Капитализм должен сдохнуть как реликт истории!

Глава 10.

Ну вот и приехали... Вид полузаброшенных зданий депо вызывал у Владимира откровенное уныние. Один из главных цехов с тремя ремонтными канавами был напрочь заброшен и уже начал разрушаться. В крыше зияли громадные дыры, росли какие-то уродливые березки, а все пространство было заставлено ржавыми паровозами СО и завалено каким-то хламом. Делать тут пока что было нечего... Другой цех с тремя же канавами был в несколько лучшем состоянии. В годы Долгой зимы он использовался для обслуживания путевой техники и переданных из 'чужих' депо тепловозов. Поскольку в Саратовской области тогда проблем с топливом еще не было, то многие из прибывших сюда в ходе эвакуации с востока или севера страны тепловозы так и оставались работать на новом месте, а взамен им отправляли способные работать хоть на дровах паровозы.

С окончанием же Долгой зимы этот цех депо превратился в 'колхозную' ремонтную мастерскую, где ремонтировали трактора и сельхозтехнику - хотя, по факту, использовалась лишь одна бывшая 'канава. Однако тут люди старались все же поддерживать все в более-менее нормальном состоянии - настолько, насколько это вообще в их силах было. Даже после того, как встал последний трактор, этот цех порой еще использовался для кое-каких мелких работ - да и теплилась еще у людей надежда найти однажды нужные запчасти...

Остальные здания депо находились в разной степени запущенности. Лучше всего, впрочем, сохранились и нынче используемые 'колхозниками' склады. А вот с остальным... Дом отдых локомотивных бригад был практически разрушен, как и 'контора'. Механический цех тоже находился в весьма плачевном состоянии - частично развалившаяся крыша, пустые оконные проемы, ржавые станки... А ведь именно его требовалось восстановить одним из первых! Объем предстоящих работ, конечно, впечатлял. Но ведь нам, советским людям, не привыкать! Так что нечего унывать. Что-то подобное, наверное, видели у себя на родине реэвакуированные - кто после Долгой зимы возвращался домой в 80-е - 90-е годы. И ничего! Восстановили все, что нужно было!

Эх, если бы можно было прислать сюда советскую строительную бригаду со всей полагающейся техникой, а станки демонтировать и отправить на завод на капиталку... Увы об этом можно и не мечтать. Серьезного оборудования через портал не протащишь. Ремонтировать все придется самим. Ради интереса Владимир подошел ко одному из фрезерных станков и попытался покрутить рукоятку продольной подачи. Глухо! С места не свернешь... То же самое и со шпинделем. И вот все это хозяйство надо привести в рабочее состояние!

Вздохнув, Владимир принялся за составление списка первоочередных работ. Тщательно все осмотреть, принять решение о том, что надо будет ремонтировать, а что сразу под замену. Как, например, была с не вызывающей никакого доверия крышей. По-любому менять! Привезти из СССР профилированный лист и им перекрыть. Стены - тщательно осмотреть и, где понадобится, отремонтировать. Коммуникации все, хоть свет, хоть отопление, только под замену. Везде. После стольких лет живого там ничего не будет. Станки... Вот с ними все сложнее. Пока не отремонтировали механический цех - стаскивать их в лучше всего (текущая крыша при таком раскладе не в счет) сохранившиеся здание 'мастерской'. Надо только подумать,