Читать книгу - "Первый новой ветви - Юджин Никитин"

наверное, идеально описывают то что с ним происходило. — Ольга, увидев взгляд мужа, улыбнулась ему доброй улыбкой и наклонившись поцеловала в нос.

— Мне кажется было бы совсем не плохо если ты поможешь ему освоить целебную магию. Дашь несколько уроков. Тем более что мы и в самом деле ему должны немало, за то, что он пошёл к нам навстречу из-за Настёновых.

— Хитрюга мой — рассмеялась Ольга — а ещё это поможет ему добавить неприятных красок в жизнь Белых.

— И это конечно тоже. — не стал отнекиваться Михаил, и привлёк к себе жену для поцелуя.

Савельев задумался над услышанным из рассказа своего старого друга. А подумать откровенно говоря было о чём. Действия привлёкшего его внимание ещё с первой их встречи мальчишки становились всё более и более неожиданными, и интересными. Порой даже удивительными, как бы не странно это звучало. Вот и сейчас он погрузился в долгое молчание, которое Александр не прерывал, спокойно наслаждаясь чаем с травами.

— Да уж. Белов не перестает удивлять. — Дмитрий наконец-то решил хоть что-то сказать, после долгого пятиминутного молчания. — Вернее уже Белодревов, хотя что и тогда и что сейчас в умении удивлять ему не откажешь, вне зависимости от фамилии.

— Удивлять. Иначе и не скажешь — хохотнул Данилов. — Представляю лицо Белых в этот момент.

— Ты знаешь я сейчас искренне жалею, что не видел этого сам. — Савельев нахмурился. — Ты говоришь, что он каким-то образом добился перемирия с Борисовыми до выпускного?

— Он сам мне так сказал. И выглядел при этом спокойно и уверенно — уточнил Данилов. — Так что, я склонен ему верить.

— Может оно и к лучшему. — задумчиво протянул Дмитрий.

— Ты про что? — заинтересовался Александр.

— Если у него не будет до конца весны открытого противостояния с Борисовыми, значит будет больше возможностей рассориться с Димитровыми. — в глазах Савельева сверкнула злость. — А это значит, что мы ближе на шаг к нашей цели.

— Наверное ты прав. — Настроение Данилова, находящегося секундой ранее в самом что ни на есть благоприятном расположении духа, резко испортилось. По лицу промелькнула тень — Надо только будет ему в этом помочь.

— Надо. –с мрачным лицом Савельев кивнул в знак согласия со словами друга.

— И нам надо помочь ему с его просьбой — напомнил Данилов. — Надо найти ему наставника.

— У меня есть человек в школе, думаю он сможет помочь сделать всё совершенно незаметно. Но он сможет дать только основы.

— Думаю, что давать ему большего и не надо. Всё равно придётся как-то решать с Белодревовым вопрос с молчанием после всего. — Данилов многозначительно посмотрел на Дмитрия, не произнося вслух того что имел ввиду. Но Савельев прекрасно его понял, улыбнувшись уголками губ в лёгкой усмешке. Долгие годы дружбы и одна общая цель давно научили их понимать друг друга без слов. Иногда даже не требовались и намёки, чтобы понимание было полным.

Не став ничего обсуждать с сыном после возвращения со школы вчера, теперь он смотрел за сидящим перед ним отпрыском. Ночью Иван Георгиевич вспоминал каждую увиденную во время дуэли деталь. И не только касательно этого Белодревова. Он обдумывал и поведение тех, кто был там в качестве зрителей. Радостное и неприкрытое томление Белых в ожидании начала схватки. Его шокированное лицо через минуту после её начала, и самое главное её окончания. Он наслаждался тем моментом, когда смотрел на раздавленного происходящим Белых, и тот видел и чувствовал, как Иван наслаждается его проигрышем и позором.

Пусть кто-нибудь думает, что дуэль была просто ссорой школьников. Они оба понимали и знали, что это было. И тем приятнее ему было вчера наслаждаться проигрышем Леонида. Проигрышем, в который Борисовы не вложили ни копейки. Но который уже как минимум принёс Ивану удовлетворение моральное. А там смотришь и что-то материально тоже выйдет в плюс. Теперь он с иронией вспоминал свои вчерашние сомнения о правильности принятия перемирия с мальчишкой, нет, это было однозначно хорошее решение. Он молодец. Да и должен признать Белодревов тоже не промах.

Оставалось решить ещё несколько вопросов связанных со всем происходящим вокруг Белодревова. И сейчас один из самых важных сидел как раз напротив него. Алексей вчера настолько неприкрыто выражал свои эмоции, что в глубине его ненависти к сражающемуся на арене однокласснику, не то что у его отца, вообще ни у кого теперь и не могло быть никаких сомнений. И это беспокоило Ивана Георгиевича даже больше, чем он сам готов был себе сейчас это признать.

— Сын. Ты вчера был совершенно не сдержан и заставил меня стыдиться твоего воспитания. — голос Ивана был сейчас голосом скорее Главы Рода, чем отца, и такое начало беседы заставило Алексея поёжиться под холодным взглядом, смотрящим сейчас на него в упор.

— Приношу извинения отец — пробормотал себе под нос Алексей.

— Не бормочи. Говори внятно и ясно. — холодный окрик заставил Алексея выпрямиться и занять положение тела, приличествующее наследнику дворянского Рода.

— Я приношу извинения отец за своё поведение и горячность — парню удалось совладать с собой и произнести слова извинения уже почти твёрдым голосом.

— Дело не в горячности, дело в уме — рявкнул Борисов старший. — Нельзя никому показывать, что ты на самом деле думаешь и что чувствуешь! Хочешь ненавидеть этого Белодревова, так ненавидь. Я в этом тебе не противник, мы сами выбираем себе врагов и привязанности. Но никто, слышишь никто не должен видеть тебя слабым. Никто не должен читать тебя как открытую книгу. Ты понял меня?

— Да отец, я понял. — настороженно произнёс Алексей, с тревогой поглядывая на вспылившего отца.

— Пойми. Если Главу Рода читают как открытую книгу это будет означать одно — смерть этого Рода. Ты желаешь смерти нашей семье? — Иван Георгиевич наклонился над столом смотря сыну в расширенные от услышанного глаза.

— Нет. Ничего подобного. — Алексей вскочил, замахав руками от переполняемых эмоций.

— Сядь и успокойся. — голос Борисова старшего вернулся к нормальному, спокойному тону. А Алексей плюхнулся на стул, всё ещё переполняемый эмоциями, но не произнося ни слова.

— Отныне ты должен сдерживать свои эмоции. Тем более на людях. Никто не должен тебя видеть больше в таком состоянии. Если нет сил держаться, иди на тренировочную площадку и выплескивай пар там. Пара наставников тебе в этом помогут. Да и польза будет. Это приказ. Тебе ясно?

— Да, я принял твою волю отец — всё так же насторожено, но уже более твёрдым голосом произнёс Борисов