Читать книгу - "Первый новой ветви - Юджин Никитин"

правильно, поверил в свою собственную гениальность и удачливость. И от этого становилось при малейшей попытке анализа произошедшего, ещё неприятней.

Наконец, Леонид рухнул в кресло, и закрыв глаза устало откинулся на его спинку.

— Толь как это возможно? Как мы могли так сами себя подставить? — голос Леонида, сухой и как будто надтреснутый, прошелестел в кабинете заставил Анатолия вздрогнуть и бросить быстрый взгляд в сторону старшего брата.

— Надо просто признать, что мы снова недооценили мальчишку. — Анатолий пожал плечами от бессилия. — Единственное что можно сказать, что мы не могли ожидать от него такого.

— Такого, это какого? — Леонид вскинулся в кресле, а в голосе стали слышны порыкивающие от злости нотки — Чего именно мы не могли ждать? Что этот Белодревов уже Адепт? Или то, что он может щитами кидаться как воздушник серпами? А может мы ещё чего о нём не знаем?

— Именно. Именно того что никто не ожидал что он уже Адепт, да кто вообще мог этого ожидать? Он инициировался два чёртовых месяца назад. Со щитами вообще ничего непонятно. Кто-то же его научил? Но мы никого не фиксировали рядом с ним, я совершенно уверен в этом. Не было у него наставника. Да и со всеми его приключениями, у него вообще времени на тренировки быть не могло. Он же постоянно в проблемах и неприятностях. — Анатолий устало вздохнул. — Я и сам ничего сейчас не понимаю, как могло до этого всё дойти.

— Мы теперь посмешище для всех в округе. Сами всех позвали, чтобы посмотреть на то как унизимся. — Леонид качал головой, вспоминая насмешливый взгляд Ивана Борисова, и его зубы непроизвольно сжались до скрежета. — А оказалось, что позвали всех посмотреть, как возвыситься этот щенок.

— Что будем делать? — Анатолий задав вопрос замер, ожидая реакции своего старшего брата, ведь именно он всегда был лидером и можно сказать их мозгом на протяжении долгих лет дружбы.

— Что будем делать? — Леонид горько усмехнулся. — Будем думать, наблюдать, думать и готовиться, чтобы в следующий раз не опозориться ещё больше.

Анатолий лишь удрученно покачал головой. Даже при всей нелюбви к этому мальчишке, тогда ещё Белову, он иногда не понимал Леонида с этими его метаниями в отношении парня. То старается затащить в Род изо всех сил, придумывая одну комбинацию за другой, то как вчера готовил ему ловушки чтобы унизить и уничтожить. Леонид похоже становится одержимым в его отношении. Но чтобы он не решил, Анатолий выполнит его волю. Волю Главы Рода, и волю старшего брата.

Ольга наслаждалась лучами солнца, падающими на её лицо в просвет между незадёрнутыми до конца портьерами. Её пальцы скользили по волосам Михаила, на обратном пути приятно щекоча его, из-за чего на его лице с закрытыми глазами, возникала забавная довольная гримаса. Ей нравились такие вот тихие и нежные моменты, настолько редких, по-настоящему выходных дней. За годы, проведенные вместе, она никогда не упускала малейшую возможность побыть с мужем наедине. Без давления семьи, без обязанностей и даже без детей, с их неуёмным жизнелюбием. В такие минуты, а если судьба была благосклонна, то и часы, её жизнь наполнялась тем тихим женским довольством, которое невозможно описать простыми словами. Наверное, именно это ощущение она могла бы назвать счастьем. Она прикрыла веки и просто наслаждалась моментом.

— Что ты думаешь о Белодревове? — голос мужа, тихий и ровный, заставил её вернуться из захлестнувшей её неги в действительность их спальни.

— Ты про его вчерашнюю дуэль? Или вообще? — уточнила собравшаяся с мыслями женщина. Вчера они не успели ничего обсудить. Михаил был вчера в отъезде и вернулся ближе к трём часам ночи, так что им было совсем не до пустяков.

— Про дуэль. Ты была ближе всех. — не открывая глаз уточнил Михаил, продолжая при этом наслаждаться движением её пальцев.

— Даже не знаю, что именно сказать. Их действия были видны всем. Так что тут я ничего нового не расскажу. Если конечно тебя интересует его способности в магии.

— Меня интересуют вообще твои выводы. — Михаил забавно поморщился, когда Ольга шутливо чуть сильнее надавила ноготками, скользящими в его волосах.

— Ну, наверное, самое главное, что вся эта дуэль была спровоцирована и организованна Белых. Но это ты и сам знаешь. Антонов кстати тоже был задействован в их схеме, да и лицо у него потом было. Как прошлогодний снег в апреле, тёмное и безжизненное — Ольга хихикнула, вспомнив мрачное лицо директора, объявлявшего победу Белодревова в дуэли. — Мне кажется, что Алексей, выходя на арену уже знал про то что попал в ловушку, по крайней мере лицо у него было такое, как будто он сам себя ругал непрерывно. А вот Филиппов был совершенно уверен в победе. Да думаю и все об этом думали. Я, когда стояла ближе к трибунам только и слышала фразочки: «Сейчас выскочку размажут», «Белодревова унизят» и так далее. В общем и целом, на то что он сможет выйти даже на ничью никто и не надеялся. Ну а потом он сначала защитился щитом от огненного шара, и уже только это повергло всех в шок. Я видела лицо Антонова в этот момент, он как рыба — только стоял и открывал рот молча. Да я и сама была удивлена без мерно. Два месяца с инициации, и уже Адепт, да ещё и непонятно как он вообще этому научился. Плюс ещё он и в целебной магии как минимум Адепт. Он точно может самостоятельно залечивать ссадины и порезы. Но если с целебной я могу понять откуда такой прогресс, он сам рассказывал, что лечил себя раньше. Да и тренировался с собственной целебной поддержкой. Но откуда в нём умения на девятый уровень в общей магии я не знаю.

— А что с атаками что он делала с помощью щитов? — задал Михаил вопрос, который сейчас, наверное, волновал почти всех, кто видел или слышал за эту дуэль.

— Не знаю милый. Мне кажется, что он и сам не знал и не умел это делать до дуэли. И даже кажется, что он научился вообще в её время. –сомнения в голосе Ольги выдали её задумчивость.

— Ты думаешь, что он вышел на арену понимая, что попал в ловушку, постоял под ударами огненных шаров и разозлился до такой степени, что просто придумал способ не только защититься, но и победить? — Михаил открыл глаза и сейчас внимательно всматривался в лицо Ольги.

— Мне кажется именно так. Твои слова,