Читать книгу - "Корона Джасада - Сара Хашем"

Не могли. Мои наручники блокировали магию, включая самые сильные выслеживающие заклинания. Любой Визионер, попытавшийся вызвать мой образ, наткнулся бы прямо на их барьер.

Я потерла запястья. Никогда не думала, что их нагота заставит меня чувствовать себя такой беззащитной.

— Не любое, нет. — Майя зевнула, слегка постукивая ухоженными ногтями по верхней губе. — Это не точная наука.

И всё же, целых три Визионера? Не говоря уже о загадочной специализации Майи и раздражающем даре Эфры. Кто знает, сколько ещё уникальных магов скрывается среди Ураби?

Арин ошибался. Он думал, что Ураби хватают джасадцев наобум, если только не соперничают с Муфсидами за кого-то, кто занимал важный пост в Джасаде. Он не мог знать, что Ураби охотятся за редкой, необычной магией. Майя так и не уточнила, в чём именно заключается её особенность, — обмолвилась лишь, что способна отсекать сознание, не причиняя вреда носителю.

Я окинула взглядом собравшихся Ураби, гадая, сколько ещё исключительных талантов обитает среди нас. Это отозвалось странной гордостью в груди. Даже после осады, даже после десяти лет гонений никто не сумел погасить искру, которая оставила джасадцев с магией, а остальные королевства сделала бесплодными. Наша магия выжила благодаря жертве Ровиала и приспособилась к существованию в среде, враждебной для неё.

Вслед за гордостью накатил ужас. Муфсиды были полны решимости не дать Ураби набрать силу. Обе группировки, должно быть, выслеживали джасадцев с особой магией. Это объясняло, почему Муфсиды никогда не оставляли в живых тех, кто отказывался к ним примкнуть.

— Сколько джасадцев убили Муфсиды?

Намса и Майя переглянулись через мою голову. Намса потерла уголок челюсти.

— Слишком много.

— Должно быть, вы испытали облегчение, когда Главнокомандующий Низала накрыл большую часть их организации.

Она резко вскинула на меня взгляд:

— Наказывать их — наше право. Общий враг не делает Низал нашим другом.

Майя кивнула:

— И для нас это очень дурной знак, что их до сих пор не казнили.

Поймав мой недоуменный взгляд, она продолжила:

— Наши шпионы доложили, что ни один из Муфсидов не был убит или предан суду. Либо Главнокомандующий и Верховный не могут прийти к согласию, как поступить, либо им что-то нужно от Муфсидов.

— Наше местонахождение, наши шпионы и наша численность, — отрезала Намса. — Мёртвые Муфсиды бесполезны для Низала.

Трое Визионеров взялись за руки в самом центре озера. Я остро ощутила, насколько хрупка ледяная корка, удерживающая их вес. Меня пробрал озноб: я поняла, почему эта картина кажется такой знакомой. В моем старом кошмаре Нифран горел на точно таком же озере, пока я беспомощно стояла рядом.

— Где твой плащ? — спросила Майя, сочувственно поморщившись от стука моих зубов. — Мне казалось, ты пошла за ним.

— Я заблудилась, пока искала дорогу обратно в комнату, — вздохнула я, ложь легко сорвалась с губ. Я подняла палец и начертила в воздухе зигзаг, слегка сморщив нос от смущения. — Просто бродила по коридорам, пока снова не вышла наружу. У меня ужасный топографический кретинизм.

Майя захихикала и принялась рассказывать историю о своей первой неделе в горах — как она случайно наткнулась на голую парочку, гонявшуюся друг за другом в Генайне. Я слушала вполуха, радуясь, что ни она, ни Намса не усомнились в моем оправдании.

Это было частичной правдой. Я зашла внутрь горы и на время потеряла ориентир. Но вообще-то я прекрасно ориентировалась на местности — иначе из меня вышел бы позорный вор и никудышный Чемпион. Когда я всё-таки отыскала свою комнату, я долго ходила из угла в угол, охваченная паникой.

Сэфа и Марек всё ещё могли быть в Низале. Я понятия не имела, куда отправила их во время Бала победителей.

Арин был в Низале.

Стоило мне подумать о его имени, как окружающий мир исчез. Я очутилась на мрачной садовой дорожке, зажатой с обеих сторон кустами роз. Затем из-за угла вышел Арин, умело пряча лезвие под большим пальцем для быстрого удара.

Едва увидев его, я поняла: это не сон. Никакое мое воображение не способно было воссоздать ту сложную гамму чувств, что исказила его лицо при виде меня. Ту хриплую мольбу в его голосе, когда он сказал:«Не надо» . То, каким смирившимся он выглядел, спрашивая, не сошёл ли с ума. В самом конце, перед появлением Уэса, он вновь ожесточился, превратившись в того человека, которого я помнила по Комнате Реликвий. По нашим первым дням тренировок. Будто всё, что произошло между нами, и было настоящей галлюцинацией, а нашей единственной непреложной истиной оставалось обещание насилия.

Я пыталась его предупредить. Поверил он мне или нет… мы сейчас узнаем.

Часть меня понимала, что остальные сочтут это предательством. Но мне было плевать. Они и глазом не моргнули, когда Эфра решил оставить меня тонуть в качестве какого-то безумного испытания магии, предоставив выбор: либо карабкаться по отвесной скале, либо стать утренним лакомством для поджидающих внизу чудовищ. Они также одобрили и провернули выпуск монстров Алкаллы — монстров, с которыми лицом к лицу сталкивалась толькоя , — прямо в беднейшую цепочку деревень Низала, где их и держали.

— Не наши проблемы, что Низал счёл нужным держать этих тварей под жилыми деревнями, — заявил тогда Эфра. — Они знали, на какой риск шли, размещая их там.

— Эти клетки построили века назад! — огрызнулась я. — Задолго до того, как над ними выросла хоть одна деревня.

Визионеры разомкнули руки, вытянув их в стороны. Ровной, синхронной шеренгой они сделали шаг назад. В том месте, где они только что стояли, пролегла трещина; она стремительно рванулась к магам, и лёд за ней с грохотом проваливался. Я в тревоге взглянула на Намсу, но никто из Ураби, похоже, не разделял моего беспокойства.

К тому времени как Визионеры вернулись на твердую землю, весь остальной лёд сошёл. Озеро забурлило, на месте магов образовался водоворот, утягивающий воду на дно, пока перед нами не предстал сухой пустой каньон.

Земля содрогнулась. С глухим ревом водяной столб вырвался вверх, вздымаясь высоко над нашими головами, и развернулся, словно свиток под нетерпеливой ладонью. В мгновение ока колышущаяся гладь затвердела, явив сцену в Изгибе Галима.

Я в ужасе зажала рот рукой: ниснас преследовал кричащую девушку по улице, волочась за ней с пугающей скоростью. Тварь, которую Уэс когда-то метко описал как«то, что получится, если раздавить тело, как грецкий орех, и вымочить останки в сточных водах» .

— Чтоэто такое? — Майя