Читать книгу - "Фантастика 2025-25 - Юлия Владиславовна Евдокимова"

успел поставить защиту. У древних китайцев эта система называлась "железной рубашкой" — человек выставлял энергобарьер, который не брал даже нож. Капитан владел этой системой получше китайцев. Но все равно он отлетел на несколько шагов и растянулся на полу. Однако не успел я и глазом моргнуть, как он опять оказался на ногах.

Некоторое время мы снова стояли друг против друга. Мне крепко досталось, я тяжело дышал, прикусив губу. По правой руке под пробитым "Хамелеоном" струилась кровь. Но и капитану пришлось несладко. В отличие от моей физиономии, на его лице не отражалось ничего — ни злости, ни боли. С таким видом обычно смотрят опостылевший скучный фильм.

— Смерть на пороге, — прошипел капитан и провел ладонями по лицу. Он сжался в пружину, а потом начал движение.

Он плел кружева какого-то странного быстрого танца: извивался, как змея, перетекал, как вода, не верилось, что это существо из плоти и крови. Он больше походил на мечущееся пламя костра, его аура потемнела и пошла всполохами.

В меня впивались сотни игл, тело опутывали невидимые сети, по нитям которых из меня высасывались последние силы. Капитан не приближался ко мне. Мои попытки навязать ему ближний бой ни к чему не приводили — он умело уходил от контакта, благо простор рубки давал такую возможность. Мой противник владел каким-то дьявольским, неизвестным в Асгарде искусством.

Мне все же как-то удалось достать капитана энергетическим ударом-молотом, а потом ногой в грудь, отправив его на пол. Это лишь ненадолго сбило его с ритма, и он продолжал опутывать меня сетью, вгонять в транс. Бороться мне становилось все труднее, реакция замедлялась, в движениях чувствовалась вялость. Капитан метнул в меня третий клинок. Он без труда вспорол рукав "Хамелеона" на плече, но, к счастью, лишь слегка оцарапал кожу. Вслед за этим я получил удар пяткой в грудь и вдогон энергоимпульс. Странно, но резкая боль на миг вернула мне былую изворотливость и реакцию. Я изогнулся, вскочил на ноги, избежав последующей атаки.

Танец продолжался. И я все терял и терял силы. Пропустил еще один тычок и понял — если мне не удастся что-то сделать в ближайшие секунды, то песенка моя спета.

Своим фантастическим танцем капитан пытался подавить мою волю, подчинить себе, а потом добить. Мне стоило огромных усилий противостоять его напору. Я решил пойти по пути, явно неожиданному для противника. На миг я отдал свое сознание, все существо в его власть, слился с ним, подчинился. И мне удалось постичь мозаику его движений, проникнуть в суть танца. Пока не захлопнулась ловушка, я сумел вырваться из цепких пут.

Теперь я знал, как действовать, как поймать капитана. Вот только сумею ли?

На миг я превратился в скользящий меж камнями ручей, в порыв ветра, пробивающийся во все углы и закоулки, я попал в ритм танца, потом переместился на полтора метра и очутился на расстоянии нескольких сантиметров от капитана. Сразу двумя ладонями я, собрав все силы, нанес страшнейший энергоудар, капитан полетел на пол и перекувырнулся через голову. Я думал, что наконец-то вырубил его, но он был необычайно живучим. Он стал приподниматься, и я понял, что сейчас он опять будет на ногах и раздавит меня. Слишком много сил растерял я на последний рывок. Мой потенциал почти исчерпан

Пальцы инстинктивно рванулись к поясу и нащупали рукоять ножа, о котором я совершенно забыл. Собственно, в горячке боя мне и не представлялось случая воспользоваться им. Я выбросил руку с ножом вперед и вложил в это движение все оставшиеся силы. Теперь, окутанный биоэнергией, это был не просто клинок. Это была ракета или плазменный резак, готовый пронзить что угодно. Капитан вздрогнул. Он попытался поставить барьер... У него ничего не вышло.

Нож достиг своей цели. Он пронзил грудную клетку капитана, оставив выжженную рану, и до половины лезвия вошел в металлический пол. После этого, окончательно обессиленный, я рухнул на колени...

Сколько я простоял в позе паломника, добравшегося до Гроба Господня, точно не знаю. Минут пять-десять. Потом встал, ощупал себя — вроде живой. Тело болит, в груди бьет молот, рука висит беспомощной плетью, но ничего — не это главное. А главное, что я вышел победителем.

Осторожно я ощупал правое предплечье — кость цела. Рана болезненная, но для врачей Асгарда починить мне руку и сделать ее как новенькой труда не представит. Усилием воли я попытался остановить кровь. Получилось.

Покачиваясь, будто шел по палубе попавшего в шторм корабля, я подошел к капитану. Непробиваемое спокойствие и равнодушие на его лице остались и после смерти. Я сорвал с его головы оранжевый обруч. Как я и предполагал, это была биоконтактная система выхода на компьютер корабля, фактически, это блок пульта управления, настроенный на биополевые характеристики пилотов. На Земле эксперименты по непосредственному соединению человека и компьютера, по управлению машинами путем мысленных сигналов велись с конца двадцатого века, но так до сих пор ничего путного и не получилось. Причина неудач крылась не только в разбросанности человеческого мышления, но и во множестве побочных эффектов, исключающих устойчивый контакт. Операторы, которых все же удалось подключить к машине, испытывали жесточайший стресс, а некоторые просто сходили с ума. Рагнитам удалось преодолеть все трудности и создать жизнеспособную систему.

На экранах голубело небо, внизу плыли пики Шань-Тяня. Форт Скоулстонт давно скрылся за хребтами. "Изумрудный странник" неторопливо, степенно, как дирижабль, плыл над планетой, медленно набирая высоту. Гравитационные оковы Акары не действовали на него.

Я отдышался, сделал несколько восстановительных упражнений — немножко полегчало Обруч пришелся как раз по моей голове. Я был почти уверен, что мне удастся обмануть бортовой компьютер и проникнуть в него, овладев кодом входа. Получится ли затем подчинить себе корабль и разобраться в его управлении? Возможно, что и получится. Времени у меня впереди масса, ограничивает лишь возможное прибытие рейсового звездолета рагнитов, но это может произойти и через месяц, и через два.

Кресло оказалось жестким. Я прикрыл глаза и отвлекся от всего — от боли, от мыслей о только что выигранном бое, от переполнявших меня чувств и переживаний. В голове мутилось, мысли путались, но все равно я вышел из схватки, и в лучшем состоянии, чем можно было ожидать. Я мог работать с компьютером — и сейчас это важнее всего на свете.

Передо мной клубилось облако сизого тумана с блестками, которые беспорядочно метались, время от времени образовывая различные фигуры. Так, ясно — мне необходимо привести в порядок этих беспокойных светлячков, составить