Читать книгу - "Огонь его ладоней - Ната Чернышева"

Она стояла на противоположной от нас стороне фонтана, здесь на каждой террасе был фонтан — камни, чаша, в центре чаши — скульптура, у нас, к примеру, девушка выливала воду из огромного кувшина с традиционным таммеотским узором пятилистника по узкому горлышку. Татьяна нам ничего не сказала, просто стояла и смотрела, сложив могучие руки на груди.

— Я пошла, — сказала я, оценив ситуацию.

Но Крис меня, кажется, уже не услышал.

Очень нехорошо получилось.

Служба Изысканий, она же Звездная Разведка, не располагает к романтике. Молодежь с блажью в башке выгорает быстро, остаются только фанатики, беззаветно преданные делу. Ну, или те, кому возвращаться некуда, сроднились со службой, другой жизни не знают. Вот от вторых-то иной раз беспокойства больше, чем пользы, особенно когда они берутся составлять звездные карты. Благодаря им и появляются в лоциях названия типа Гнилой Желудок, Рыгаловка, Хвост жука-навозника, Пятка Неудачника, Мозоль Укушенного, Язык Повешенного. Юмор такой у народа. Специфический. Улитка в этом перечне — еще очень благопристойно звучит. Гентбарцы, правда, ржут как ненормальные, ведь по странному капризу судьбы человеческое русское слово "улитка" созвучно гентбарскому сленговому названию детородного органа крылатого мужчины. Межъязыковой омоним, что тут сделаешь. И чтобы показать эту часть карты детям, приходится переводить по смыслу: Слизень-с-Ракушкой-на-Спине.

Все навигаторы в курсе проблемы.

Но не все проявляют должное внимание.

А если карту составлял контрабандист, шифруя официальные названия наиболее близкими по духу матерными?

Как соотнести добытую в полицейском участке карту, составленную явно для домашнего пользования, с реальным космосом, вот вопрос. Задачка сама по себе не из легких, а уж учитывая вышесказанное…

Я провозилась с картой до обеда, ничего толкового из нее не выцепила и заснула там, где сидела, башкой в голографический экран собственного терминала.

Я раскрыла глаза, какое-то время таращилась на темное пятно перед носом, затем пятно обрело четкость — морда терранского подледного ползаря. Как я орала, мамочки, как орала, — стены рухнули! Мало того, что морда страшная, как все грехи Галактики, склизкая, с длинными вибриссами и во-от таким клычищами. Так она еще и шевелилась, активно принюхиваясь к моей шее!

Я одурело хватанула первое, что подвернулось под руку — стул-тумбу, швырнула прямо в налитые кровью зенки. Тумба проехалась по столику, снесла с него мой новенький терминал и смачно грохнулась на пол. Голографический экран погас, унося в небытие отвратительную морду зимнего хищника.

— Разина, ты жива? — рядом нарисовалась обеспокоенная Таська.

— Нет, — выдавила я из себя правду, стараясь при том не заикаться. — Чья это была замечательная идея? Тася!

— Ну извини, — сказала подруга, поднимая и ставя стул на место. — Я решила послать тебе что-нибудь для бодрости, ну и вот. Откуда я знала, что ты так отреагируешь… Элька, ты что, спала?!

— Догадалась, — злобно буркнула я, поднимая терминал. — Не прошло и года.

— Работала! — возмутилась Таська. — На курорте! Нет, вы поглядите на нее! Она — работала! В одном из лучших отелей Таммееша! Рядом с морем и тысяча одним удовольствием. Она работала, работала и заснула в процессе работы, молодец! — Таська похлопала в ладоши и шутовски поклонилась. — Умница,

— Кудрявцева, — зашипела я, — убью! У меня из-за тебя инфаркт едва не случился!

— А не спи носом в экране! На курорте!

— Хочу и буду спать носом! — заявила я. — А ты…

Таська кинула в меня тряпичным мячиком, должно быть взяла его в детском уголе в холле:

— Ты водишь!

— Убью! — взбеленилась я и бросилась вперед, растопыривая скрюченные пальцы.

— Ой, боюсь, ой, убивают, — дурашливо заверещала Таська, убегая в двери.

Я кинулась следом. Злости во мне вскипело достаточно, чтобы схватить дорогую подругу за шкирку и… Что "и" я еще не придумала. Придумаю, когда схвачу!

Но коварство Таськи не знало предела: маршрут отступления она продумала заранее. Когда она с визгом влетела в наш бассейн — на каждой террасе здесь располагался свой бассейн, наш был оформлен в виде естественного морского залива, с гранитными камнями-трамплинами, вода стояла вровень с дальним бортиком, за которым был обрыв в уже настоящее море. Меня этот вид, ну, скажем, не пугал, пугал — это громко сказано, но беспокоил. Купаться там, где ты можешь перелиться за край… Ладно, ладно, не можешь, там, внизу, ловушки из силовых полей стоят, администрация отеля не дураки, зачем им разбившиеся постояльцы. Но эффект такой, будто можешь. Легко.

— Тьфу, — плюнула я с досадой.

Месть уплыла в неопределенность. Придумать что-нибудь равнозначное, конечно, было надо. Но если я сразу не дала по ушам, то потом легко могу забыть. Нехорошо, но как уж есть. Вообще, все эти тупые розыгрыши меня бесили, я их в упор не понимала и не любила. Как Таська меня доставала в первый год нашей совместной жизни, кто бы знал!

Я ушла в блок самообслуживания, там организовала себе стандартное: кофе, просто кофе, и булочку, просто булочку. Таммеотские названия по-прежнему вгоняли меня в трепет, экспериментировать не хотелось нисколько. А то, чем меня ночью Крис накормил, надо есть после тяжелых и долгих пеших переходов: слишком сытно.

В гостевой рекреации никого не было, я выбрала столик у края террасы — отличный обзор. Активировала стул, поставила чашку и тарелочку, щелчком пальцем отправила в небытие голографическое меню, высветившееся по центру столешницы. Не надо мне ничего, уже с собой принесла. Цветные волны, цветное небо, белые паруса на волнах, цветные же птицы… Ветерок в лицо и — крепкие соленые запахи моря, аромат цветов местного плюща, обвившего каменную стену, тихое журчание ручейка, сбегающего вниз, в гранитную чашу, а уже из чаши по искусно выложенной камнями дорожки — в узкую речку, далеко внизу. По речке бегали дети, прыгали по камням, плескались в быстрой воде, эхо разбивало их звонкие, счастливые голоса на серебряные колокольчики.

— Элина? На два слова.

Татьяна подняла себе стул и села, не дожидаясь разрешения. Нервным движением убрала выскочившее перед нею меню.

— Прости меня, пожалуйста, — начала Татьяна неприветливо, — но с чего ты решила, будто попытка увести мужчину из отношений — хорошая идея?

Я поперхнулась кофе, вытаращила глаза — она серьезно?! Судя по серьезному лицу без улыбки — да.

— Я ничего не решила, — сказала я, продышавшись. — Глупости какие.

— А что вы делали вместе всю прошлую ночь?

— Это что, допрос?

Нет, спроси она нормальным голосом и в нормальной форме, я бы ответила нормально. Но кому понравится щеткой по металлу против шерсти?

— Понимай, как знаешь, — Татьяна была непреклонна, как гранитная скала.