Читать книгу - "Двадцать два несчастья – 7 - А. Фонд"

Морки с визитом. Если заявятся — звони мне, не Наилю, не участковому, мне. Понял?

— Понял.

Он заглушил двигатель, но из машины выходить не спешил, побарабанив пальцами по рулю.

— И еще, Серый. Я тебе по-человечески скажу. Михалыч тебя уважает. После операции уважает, после санатория — вдвойне. Но уважение — это одно, а ресурсы — другое. Гараев — это тебе не гопник из подворотни, его на вилы не возьмешь. Тут нужны деньги и связи, а главное — время.

— Время — это как раз то, чего нет.

— Поэтому по твоей теме Михалыч оставил решать за себя вопросы Еву, — сказал Чингиз и посмотрел на меня с выражением, которое я не сразу прочитал: то ли предупреждение, то ли сочувствие. — Это его дочь, если ты не в курсе. Она ждет тебя в ресторане наверху, у окна.

— А ты?

— А я посижу в машине. Третий лишний. — Он хмыкнул и, помедлив, добавил вполголоса: — Серый, она… В общем, не обижайся на нее. Папу она любит, но стыдится, а всех нас терпеть не может. Я для нее просто «тупой водитель». Ты для нее… Хех, типа колхозный врач, которого отец зачем-то кормит. Особой заслуги в том, что ты отправил ее отца сдавать анализы, она не видит. Так что… не принимай близко к сердцу. Она… ну, сам увидишь.

Кивнув, я застегнул куртку и вышел из машины.

Торговый центр «Авеню» светился новогодними гирляндами, хотя до праздника был еще почти месяц. Я пересек парковку и толкнул тяжелую стеклянную дверь.

Ресторан «Ван Гог» занимал два этажа и производил приятное впечатление: панорамные окна, бархатные диваны в нежно-голубых и оливковых тонах, геометрические светильники, от которых по потолку плыли теплые круги. В обед воскресенья зал был наполовину пуст, приглушенно играл джаз, и официант у входа, оценив мою куртку и кроссовки, заколебался на секунду, прежде чем улыбнуться.

— Добрый вечер. Столик на одного?

— Меня ждут. Наверху, у окна. Ева…

— Вы к Еве Александровне? — быстро сориентировался и расплылся в улыбке официант. — Проходите!

Я поднялся по лестнице и сразу увидел ее — единственную посетительницу подиума у широких стекол. Перед ней на столе стояли раскрытый «Макбук», папка и бумажный стаканчик с кофе на вынос — не из ресторана, судя по логотипу и надписи маркером на крышке: «Латте на овсяном, Ева». Нетронутое меню лежало в стороне, стакан с водой опустел наполовину.

Ева была высокая — заметно даже при том, что она сидела, — с короткими светлыми волосами холодного оттенка, аккуратно уложенными, и серо-голубыми глазами, которые она подняла на меня поверх экрана, глядя без улыбки. Черная водолазка, горчичный шарф на спинке стула, на запястье — тонкие дамские Cartier на стальном браслете, а на безымянном пальце — кольцо белого золота.

Она закрыла ноутбук и протянула мне изящную, но крепкую руку, пожала коротко.

— Ева. Вы Сергей?

— Он самый.

— Садитесь. — Она указала на место напротив. — Кофе? Или вы пьете чай?

— Воду, — сказал я. — Спасибо.

Ева не оборачиваясь подняла руку — официант появился за спиной, как фокусник из шляпы. Она заказала воду без газа, после чего бросила на меня внимательный, прищуренный взгляд и сложила руки перед собой.

— Папа попросил меня разобраться в вашем проекте, — начала она. — Я прикинула цифры. Откровенно говоря…

Она помедлила, причем явно не ради эффекта, а чтобы подобрать формулировку, и не подобрала.

— … это просто фантазии. Ни юнит-экономики, ни финансовой модели, ни стратегии масштабирования. Вы хотите лечить людей — похвально. Но на энтузиазме санаторий не построить. Давайте, Сергей, я сэкономлю и ваше, и свое время и просто скажу: вся ваша затея с развалинами советского санатория — это ерунда. Я буду рекомендовать папе забыть об этой теме. Если вопросов нет, мы закончили.

Она сложила руки на столе и чуть приподняла подбородок, обозначая финальность.

— Вы свободны, — добавила она.

Глава 13

Мимо прошел официант с подносом. За окном гудела воскресная Казань. Эмпатический модуль говорил, что Еве ужасно скучно, неинтересно и очень хочется, чтобы я, совсем не симпатичный ей человек, поскорее ушел.

С пару секунд поразмыслив, стоит ли настаивать на продолжении разговора, я сказал:

— Нет, мы не закончили.

Ева уже потянулась к ноутбуку, собираясь убрать его в сумку, но рука замерла на полпути. Она удивленно и с плохо скрываемым раздражением посмотрела на меня, после чего отчеканила:

— Сергей, я, кажется, выразилась ясно.

— Более чем, — согласился я и подождал, пока подошедший официант поставит передо мной воду. Отпив, поставил стакан обратно. — Но я не понял, что значит «прикинула цифры». Прикинули на глазок и приняли решение? На чем оно базировалось?

Не ответив, она развернула ко мне ноутбук, и я увидел на экране множество окон: таблицы, диаграммы, фотографии санатория, какие-то выписки, сканы, много чего еще, и везде фигурировало название «Лесная сказка». Ответ был исчерпывающим, учитывая, что, как правильно заметил Наиль несколько часов назад, ничего из всей этой информации у меня не было. Я знал только то, что минеральная вода там по-настоящему волшебная.

В общем, Ева Александровна явно выяснила о санатории куда больше, чем я, и все же снизошла до пояснений:

— Папа попросил меня разобраться в вашем проекте. Но он рассказал в общих чертах: санаторий в деревне, минеральный источник, реабилитация. Откровенно говоря, это звучит как абсолютно бредовая затея, которая не переживет даже первого полугодия. Никто туда не поедет, если все то же самое можно получить в городе, но при этом в комфортных условиях.

Она просто констатировала, без злости или снисхождения, а я молчал, давая ей договорить.

— Ну посмотрите на себя, Сергей. Вы обычный врач из районной больницы. Не девелопер, не управленец. У вас нет ни команды, ни финансовой модели, ни понимания рынка. Есть энтузиазм и папины деньги.

— Вы правы, Ева Александровна: с бизнес-планом мне нужна помощь. Собственно, для этого Александр Михайлович и предложил вашу кандидатуру.

— Папа бывает сентиментален, — холодно поджала губы она. — Это не значит, что я обязана разделять его сентиментальность. Вы получили мою профессиональную оценку. Я потратила на вас свое время. Что-то еще?

— Потратьте, пожалуйста, еще одну минуту. Потом можете уходить. Ну, или уйду я.

Ева откинулась на спинку стула, демонстративно посмотрела на часы и скрестила руки. Глаза ее