Читать книгу - "Четвертая дочь императора - Сергей Калашников"

Устаревшие прототипы современных эскортов не спешили тонуть. Запаса живучести у них хватало. А вот паника, охватившая экипажи не делала чести их выучке, но льстила самолюбию имперских комендоров. Наконец где-то рванул котел, потом еще на одном поднялось пламя над носовой башней, и миноносцы на полном ходу двинулись на выход. Еще один взгляд на секундомер. Точно по графику. Одна незадача, обстрел береговых сооружений провести не удалось. Пришлось палить по боевым кораблям, чтобы самим не быть потопленными.

На лихтеровозе долго не ладилось что-то с ракетами. То ли фермы перекосило, то ли направление, которое они приняли вместе с корпусом всего корабля, не устраивало ракетчиков. Наконец, уже из горла фиорда донеслось шипение, переходящее в рев, и хвостатые снаряды по крутой траектории унеслись в неизвестность, перелетев горку и скрывшись за ее плавно очерченной вершиной. Кучно и бесполезно.

Кормовое орудие транспорта послало снарядов, сколько успело в направлении отдаленно расположенных построек промышленного вида, обнаруженных еще разведчиками, да с миноносцев палили из ретирадных, целя в места, показавшиеся привлекательными, но нормальной канонады, как в Канопусе, учинить не удалось.

Когда уходили, сигнальщики докладывали о дыме и пламени на берегу, складывалось впечатление, что подожгли лес в горах. Нехорошо.

Полсотни километров придерживались пути, где обычно ходят риканские суда. Тут вдоль берега между мелей и островов накатанная дорога шириной от двух до пяти километров. Бакены стоят, где надо, а то береговые ориентиры очень далеко. С кормы лихтеровоза через каждые полкилометра плюхалась мина.

Все. Боезапас исчерпан. Осталось три торпеды на весь дивизион, мины израсходованы, снаряды? Для боя хватит, но серьезных сражений лучше избегать. Миноносцы на лихтеровоз. Поворот к югу. В условленном месте встретили трофейный риканский миноносец, охраняемый канонеркой и «Дырявым», и компактной группой потопали домой.

* * *

— Итак, господин Куксин, вы снова нарушили некоторое количество положений Боевого Устава Флота Империи. — Го в том же кабинете городской управы Цалта, и в тоне его не слышно угрозы. — Оставить это безнаказанным нельзя. Отправляйтесь в отпуск и хорошенько обдумайте свои поступки. Не рассчитывайте на скорое возвращение. Рикане запросили мира, так что полтора-два года не смейте показываться мне на глаза.

Кстати, обстановка такова, что мы можем чего-то потребовать за согласие прекратить военные действия. Но не очень большое. А то они накопят сил и полезут это отнимать обратно.

— Архипелаг. — Гошка ткнул пальцем в точку на карте полушарий, где место недавних событий не было отмечено даже пятнышком. Не тот масштаб. — Он не имеет названия.

— Уже имеет. Ваш флагманский штурман нарек его «Мясорубкой», а каждый остров проименовал по ее частям. — Го развернул пахнущий типографской краской лист карты с такими знакомыми контурами. — Шнек, Воронка, Решетка, Винт, и так далее. Иначе отчет о событиях было трудно составлять.

Приобретение этих островов — палка о двух концах. И оба конца неважно выглядят. Во-первых — повод для объявления войны. Во-вторых, там нет пресной воды и содержать гарнизон будет накладно.

— В качестве повода для войны они не сработают. Их военные корабли будут обходить это место за пределами видимости — шибко напуганы потерями, причин которых не знают. Полсотни вымпелов за неделю с небольшим как корова языком слизнула. В прессу никакую информацию об этом не пропустят, и впредь упоминаний этого места не допустят. Только шепотом. Ну, может, в военных академиях еще будут разбирать свои ошибки и просчеты. А пресной воды — собирай хоть в озера. — Гошка черкнул на карте карандашом. — Достаточно невысоких земляных валов, в нижней части этих склонов, и дождевая вода накопится в озерах. На полив огородов тоже хватит. Полтораста человек вознесут хвалебные молитвы за жизнь в тропиках. Да там курорт будет, на котором станут тусоваться самые богатые богатеи со всей Посейдонии.

— А где разместим военную базу? — Го чего-то не понял.

— А оно нам надо? — Гошка тоже не понял. — Держать войска или корабли в месте, про которое все знают!

Го ничего не сказал. Помолчали.

— Так это, — первым паузу не выдержал Гошка, — пошел я. В отставку.

— Не-а. Не в отставку. — С гадостным видом отмолвил Го.

— Тогда в запас, — продолжил свою мысль Гошка.

— Ты совсем тупой. — Прищурился Го. — В отпуск. И не забудь получить денежное довольствие. Полагается. Дела в дивизионе сдавай. Кому, кстати?

Опять он от него ждет чего-то судьбоносного. Получай.

— Начальнику оперативного отдела штаба дивизиона.

— Это почему? — Во взгляде Го не протест. Скорее — любопытство.

— Кураж, однако. И искушен весьма. — Гошка захотел озадачить «чиновника» и полюбоваться эффектом. Однако реакция неожиданная. Как-то посерьезнел его влиятельный собеседник. Глянул… ну, как на взрослого.

— Понял. Сделаю. А ты в отпуске-то, не помышляй о великом. Купи поместье, живи барином. Гуляй. Природой любуйся. О возвышенном размышляй.

— Так поместье, наверно, денег стоит. Я же не олигарх.

— Тупой ты, Кукса. Чем слова всякие говорить — получи довольствие, и кати в провинцию. Не медли.

— А поспрашивать можно?

— Давай.

— Я ведь несколько месяцев в море проболтался, и что произошло — не понял. Отчего рикане расхотели воевать?

— Это очень грустная история. Длинная цепь неувязок и просчетов, допущенных при моем грубом попустительстве. Впрочем, — Го сделал какой-то знак в угол комнаты, — слушай.

Лейтенант Геринг — отпрыск очень древнего и уважаемого рода. Рода морских офицеров. Последний зеленый побег на некогда раскидистом и цветущем древе, давшем любезному отечеству нашему целую плеяду славных защитников. Таких людей надо беречь. Хотя бы до тех пор, пока детишками не обзаведется. Маменька его и берегла, и лелеяла единственное чадо, пока не поступило оно в Морской Корпус.

А потом его уже оберегали командиры, и направление он получил не куда-нибудь, а на неплохо бронированный кораблик, которому строго настрого заказано при встрече с неприятелем решительнейшим образом убежать и спрятаться. И все шло прекрасно до тех пор, пока не появился ты со своим «Рябым». И не произошла встреча этого самого Мули с рейдером. А потом его участие в твоем походе для поиска неприятельских крейсеров и кабанья атака.

Короче, матушку отпаивали валерьянкой около недели, после чего, повысив парня в звании до капитан-лейтенанта, сослали командовать тихоходным угольщиком, находящимся в безнадежном ремонте.

Этот парень, а в обаянии ему мало равных, как-то умудрился убедить директора завода поставить на его лоханку стовосьмидесятку с напрочь расстрелянным стволом, из которой производили испытательные выстрелы, проверяя орудийные платформы на отремонтированных кораблях. Нарезы там уже почти не угадывались, поскольку вместо снаряда закладывали туда все, что под руку подвернется. От обрезка бревна, обработанного на токарном станке, до чугунной отливки подходящего диаметра. А потом он увидел в литейке выточенные из березы макеты оперенных снарядов, тех, о которых мы тут с тобой толковали.