Читать книгу - "Перевозчик - Анатолий Батов"

– Я вас отлично понимаю, – сказал он, – никто в этом случае не поверил бы голым словам, но я готов доказать на деле, нужно как-то испытать меня, если бы была возможность где-нибудь провести легкий спарринг, можно было бы убедиться в моих возможностях. Вы не смотрите, что по моему виду никак не скажешь, что я смогу победить этого Быка.

Здесь Николай ненадолго смолк, стараясь придумать, как бы поскладнее сфантазировать ему про свою силу. Возникшую паузу в их разговоре тут же заполнил Антон.

– Да, да, Ильич, он очень сильный.

– Антон говорил вам, – продолжил Николай, – что я сам из староверов, а у нас тоже есть школа кулачного боя, где издавна разработан способ тренировки резкости, скорости и увеличения силы без наращивания мышечной массы. Все это держится в строжайшем секрете, и даже из староверов мало кто допущен к этой тайне, но мне повезло, я с детства занимаюсь в этой школе и достиг очень больших успехов.

Жан Ильич уже без скептической улыбки выслушивал Николая, но все же потом с сомнением сказал:

– Я могу поверить, что у вас существует какая-то древняя, особая система тренировки бойцов, но как-то не верится, что можно одолеть Бешеного, ты бы видел его кулаки, не зря одно из прозвищ у него Наковальня.

– Не мне вас учить, – стараясь не обидеть, снова заговорил Николай, – вы сам бывший боксер, что в боксе величина кулаков не главное, а есть много других качеств, влияющих на конечный результат. Короче, только спарринг окончательно убедил бы вас, а это, наверно, невозможно из-за отсутствия времени, ведь полуфинал уже сегодня в восемь, так что вам придется решиться, если хотите выиграть приз.

– Ну как раз спарринг можно успеть провести, зал сейчас пустой, ключи у меня, Даг – это мой боец, находится здесь на трибуне, но для вас я не вижу смысла, ведь приз всего тысячу рублей, а где взять остальные пятнадцать.

– Тотализатор, Жан Ильич, тотализатор, все будут уверены в победе Быка и будут ставить на него, ставки будут… вы представляете, какие будут ставки… с одной стороны Бешеный бык, а с другой – неизвестный и совсем невнушительный я. Для контраста можно даже придумать мне кличку, например Скромная овечка… или Серая… – Николай подумал и поправил кличку. – Нет, для боксера это слишком, пусть будет Маленький буйволенок или уж если он Наковальня, то я буду Молот или хотя бы Молоток. Нам нужно только тысячи полторы рублей, так сказать, для начального капитала, у нас с Антоном, конечно, нет таких денег, у вас возможностей побольше, вы не могли бы где-нибудь перезанять на короткий срок.

Загоревшийся идеей, Жан Ильич некоторое время соображал, а потом сказал:

– В кассе клуба последние 30 рублей, да и особых богачей у меня среди знакомых нет, а вот кредит в банке, думаю, смог бы взять, есть знакомый банкир, но жаден до невозможности. Думаю, смогу его уговорить под проценты, в крайнем случае, под залог моих двух магазинов, на это он пойдет с удовольствием, он давно на них зарится. Спускайтесь вниз, там вход под трибуны, и ждите там, я вас догоню, мы все-таки для моей уверенности проведем спарринг, но мне нужно найти Дага, он, наверное, сидит выше, мы всегда садимся на верхних рядах, я туда не дошел, увидев вас.

– Жан Ильич, надеюсь, вы понимаете, что об этом больше никто не должен знать, – решил предупредить его Николай, – вы просто отзовите его, а уже на месте все объясним.

В зале действительно никого не было, они заперли дверь на ключ, и можно было начинать.

По дороге Жан Ильич, не посвящая полностью Дага в задуманный план, объяснил, что сейчас ему предстоит провести небольшой тренировочный спарринг. Даг, невозмутимо пожав плечами, кивнул, как бы говоря: «Ну что ж, надо так надо». Он был угрюмым двадцатипятилетним черноволосым парнем с перебитым носом, в меру накаченным, ростом слегка за метр восемьдесят.

Ринг был примерно на метр с каждой стороны побольше нашего и устлан одним сплошным толстым, но жестким матом.

Бои здесь проходили без всяких правил, бей чем угодно, хоть рукой, хоть ногой, хоть головой, можно было и душить, и проводить броски с захватом ноги или руки на перелом – как у нас в самбо, можно было делать все, не запрещалось даже кусаться.

Не было и весовых категорий, все-таки эксперимент на селе с улучшением антропологических данных человека, то есть попытка искусственной эволюции его, проводимый когда-то правителями, дал некоторый результат и в городе. Поэтому в городе тоже рост метр девяносто – это была очень большая редкость, не встречалось и людей ниже Николая, если только чуть-чуть.

Дрались босиком, настоящих боксерских перчаток не было, на руки надевались легкие перчатки, как наши тренировочные «блинчики», еще более легкие, чтобы освободить пальцы для захватов. Николай разделся до трусов и надел перчатки. Они уже стояли в ринге. Даг тоже был готов и уже заложил себе капу. Жан Ильич предложил Николаю набор кап, чтобы тот подобрал себе по размеру, но он отказался, похвалившись, что это ни к чему, меня невозможно достать.

Жан Ильич усмехнулся и сказал: «Любопытно, сейчас посмотрим, – ударил в гонг и добавил: – Даг, отлупи-ка как следует этого задаваку».

Николай не хотел быстро заканчивать бой, хотя и мог, ему самому больше всех присутствовавших нужен был этот небольшой тренировочный спарринг, для того чтобы понять доскональнее этот вид спорта, чтобы потом правдоподобней выглядели его две победы, в которых он не сомневался, особенно первая – сегодняшний полуфинал. Она должна была выглядеть очень трудной, как бы еле выигранной, может быть, даже случайной, чтобы не поднять свои ставки, а то, не дай бог, заподозрят, что он феномен, и потому продлить бой он собирался подольше. В общем, чтобы все увидели, что Быка-то он одолеть не сможет.

В его безупречной технике Жан Ильич убедился уже в первом раунде, он, как и у нас, длился три минуты. Николай специально открывался, подставляясь под удары, но уже в момент нанесения их, мгновенным движением корпуса, уклонялся или делал небольшой шажок назад, не отпрыгивал, как делают некоторые боксеры, а отступал так расчетливо, что кулак Дага всего сантиметр-два не доходил до цели. При этом сам Николай, непрерывно, но совсем не сильно нахлестывал того по обеим скулам и по корпусу.

В перерыве Жан Ильич подошел к углу Николая, как секундант наклонился и сказал потихоньку:

– С техникой у тебя все в порядке, будешь выступать, но как сила удара? Ведь чтобы свалить Быка, нужно о-го-го… сможешь ли?

Николай так же тихо ответил:

– С этим придется поверить на слово, не буду же я вашего боксера нокаутировать… хотя сейчас попробую показать и свою силу, только почему-то он совсем почти не атакует ногами.

– Это мы сейчас исправим, – тихо сказал «секундант», отошел и дал гонг, а Дагу громко посоветовал: «Даг, почаще работай ногами».

Еще в первом раунде Николаю пришло в голову попробовать провести оригинальный прием: во время атаки соперника ногой поймать его за эту ногу и что-нибудь изобразить, используя свою силу, но Даг почему-то мало работал ногами.