Читать книгу - "Оторва. Книга 14 - Ортензия"

То есть, была в СССР в это время мобильная или дальняя радиосвязь? Вот и мне захотелось иметь машинку с таким телефоном.

Наташа ещё к нам не успела подойти, а полковник уже принялся с кем-то разговаривать. Из такой глуши!

— Поднимать все автомобили, кроме этого, — сказала Наташа и, глянув на меня, добавила: — Его или вечером, или завтра. Генерал-лейтенант Самойлов, вероятно, захочет присутствовать. Сейчас его сын с ним переговорит и сообщит более конкретно. Работайте.

Володя кивнул и отправился к каналу. Парни к тому времени убрали пустые баллоны в багажник автомобиля, а из салона вытащили четыре полных.

Мне оставалось только глазами стрелять в разные стороны, прикидывая, как это может отразиться на мне.

Полковник, вероятно, переговорив, положил трубку в салон и, развернувшись, направился в нашу сторону.

Остановившись в двух шагах, он оглядел меня снизу доверху и, кинув взгляд на Наташу, спросил:

— Она?

— Бурундуковая Ева Илларионовна, — кивнула Наташа.

Уточнил, значит. Я уже было начала раскачивать ситуацию в уме, но тут полковник сделал неожиданное. Он шагнул вперёд и сказал:

— Полковник Самойлов Геннадий Эльдарович.

И протянул правую руку.

Что бы это не значило, я протянула ладошку и он тут же крепко её пожал. Хотя меня уже целиком представили, я сказала:

— Ева, — а чтобы придать себе значимость, добавила: — Герой Советского Союза.

Ну, как бы, не в подворотне меня нашли.

— Знаю, — ответил он, — пойдёмте со мной. Я еду в Николаев встречать отца, и ему обязательно захочется вас увидеть.

Генерал-лейтенанта Эльдара Генадьевича? Ого! Увидеть такую легенду — это здорово, вот только куда после этого меня закинут? И хочу ли я этого?

Но нет, моё мнение никто не спрашивал. Полковник махнул рукой в сторону «Волги» и сказал:

— Идите, садитесь на заднее сиденье.

И что делать? Я медленно побрела, оглядываясь.

— Товарищ полковник, — Наташа попыталась меня отбить, — Бурундуковая Ева участвует в программе…

— Генерал-лейтенанту Самойлову расскажете об этом при случае, — перебил её Геннадий Эльдарович и, протянув руку, сказал вопросительным тоном: — Протоколы?

Наташа сунулась в салон буханки и выудила папку.

Полковник перехватил её и сказал более строгим тоном:

— Я вас здесь более не задерживаю. У вас, мне помнится, более серьёзное задание имеется. Вас, поди, в Крыму уже заждались. Водолазам напомните, что к приезду генерала салон должен быть зачищен, и в автомобиле она должна быть одна.

Он развернулся и зашагал вслед за мной.

Какие страсти! Может, и не следовало высовывать ушки, чтобы не отрезали. Вроде только намёком сказал, но вполне доходчиво.

И опять же вопрос: что теперь будет со мной? Генерал хочет увидеть? Ой-ой-ой.

Глава 28

Была странная уверенность, что снова в казематы поедем, но мы прикатили на улицу Ленина, и водитель остановил «Волгу» прямо у центрального входа в гостиницу «Николаев». Вроде с таким громким названием, но не проспект, а обычная улочка, где два автобуса могли едва разминуться.

Выглядела я не ахти в местной одежонке, да и приобретала я её исключительно чтобы слиться с сельской местностью и особо не выделяться, а вот теперь мой рюкзак мне бы вполне пригодился. Ну, раз пошла такая пьянка, сообщила об этом Самойлову.

Он окинул меня пристально и, вероятно, мысленно согласился.

— Там где меня держали, ещё мелочь осталась, — сказала я, — кофе, турка, зубная паста.

— Я понял, — ответил он, — я разберусь.

— А ещё у меня никаких документов нет, все в доме сгорели. И удостоверение на героя, и награды, и права, и паспорт.

— Вообще всё? — искренне удивился он.

— Абсолютно, — подтвердила я, — вместе с костюмом, но в рюкзаке осталось коктейльное платье, вполне приличное, и туфельки под него.

— Ну, сейчас документы не понадобятся, — сказал он, слегка задумавшись, — со мной должна была женщина приехать, но она только вечером будет. Номер двухместный, комнаты раздельные, думаю, разместитесь, — он поймал мой взгляд и добавил, — мой помощник, а не то, о чём вы подумали.

— Да я и не успела подумать, — ответила я, останавливаясь вместе с ним около лифта.

— Подумали, — возразил он.

Я оглянулась и встретилась взглядом с девушкой на ресепшене, которая смотрела на меня с лёгкой ухмылкой. А что она должна была подумать?

— Ключи не нужно взять? — поинтересовалась я.

— Я никогда не оставляю ключи, — ответил он, и, так как двери в лифте открылись, шагнул вперёд. Ну и я за ним.

— И можно со мной на «ты», — сказала я, когда лифт тронулся на восьмой этаж, — я слишком маленькая пока, и по отчеству рановато.

Он молча кивнул.

Номер оказался вроде двухкомнатной квартиры. Одна зала и нечто вроде угла Бурундуковой. Это, разумеется, было для меня. Ванна и туалет разделены, а вот кухня отсутствовала.

— Надеюсь, ты не сбежишь? — спросил полковник, останавливаясь в дверях. — Я скоро вернусь. Вещи я попрошу, чтобы тебе доставили. Располагайся пока.

— Хорошо, — согласилась я, — я буду здесь.

Он постоял одну минуту, словно что-то вспоминая, а потом просто сказал:

— Я скоро буду.

Всё это больше было похоже на образ кнута и пряника, где пряником должен был выступить аж генерал-лейтенант. Вероятно, и шоколадная глазурь имелась, так что расслабляться пока было рано.

В ванной имелось хозяйственное мыло — целый брусок. Не ахти что, но в моём положении крутить носом не стоило. Помылась сама, благо и горячая вода шла сильным напором, и нижнее бельё постирала. Халата в номере не имелось, а оставаться в полотенце, как у Каренина дома, желания не появилось. Мало того, что полковник мог явиться в любой момент, так и старший Самойлов хотел со мной пообщаться. Я девочка раскованная, воспитанная на двадцать первом веке, но всё же не до такой степени.

Они приехали через два с половиной часа. Полковник не вошёл, а осторожно постучал в двери. Воспитание. Не то что у Наташи.

Я распахнула двери и уставилась на крепкого мужика лет шестидесяти. Хотя ему, конечно, было больше. Выглядел он гораздо хуже с нашей последней встречи, но всё равно держался неплохо.

— Бурундуковая? — Его брови взметнулись вверх.

Во время стрельбы на посиделках у Брежнева, когда я демонстрировала любовь к оружию, он тоже присутствовал. Генсек представил его по имени-отчеству, а фамилию не назвал, и я фоточек генерала никогда не видела. Вот и не признала ещё там, в Подмосковье. Ну а он меня прекрасно запомнил.

— Здравствуйте, Эльдар Геннадьевич, — проговорила я, — проходите, пожалуйста.

— Запомнила значит старика, — сказал он и вошёл в прихожую номера, а за ним просочился и полковник.

— Вы знакомы? — в голосе младшего Самойлова просквозило удивление.

— А ведь я тебе рассказывал,