Читать книгу - "Гнев земли - Екатерина Юрьевна Васина"

делаю успехи? – выдавила из себя, сдерживая рыдания и усилием воли не давая голосу предательски дрожать.

Отец нехотя повернул голову в мою сторону и холодно произнес:

– Тем, что не уважаешь мои решения. Ты не готова к замужеству! Не хочу, чтобы так же пренебрежительно ты относилась к решениям своего мужа, позоря еще и его. Пока я не увижу, что ты взялась за ум и повзрослела, не смогу одобрить ни помолвку, ни ухаживания.

Леонар побледнел, сжав губы. Было видно, что отказа он не ожидал, но отец вывернул все так, что в этом виновата была только я.

– Чего ты хочешь? Что я должна сделать? – через силу спросила у него.

– Ты знаешь. Бросить учебу и вернуться в семью. Если ты думаешь о своем будущем, если этот достойный молодой человек тебе дорог, ты сделаешь это!

– Ты хочешь, чтобы я согласилась на запечатывание?

– На данный момент речь идет о том, чтобы ты вернулась домой.

– А что дальше, пап? – тихо спросила у него.

– А дальше примешь любое мое решение и подчинишься, как примерная дочь.

Я опустила глаза, не в силах никого видеть и раздавленная его ответом. Он мне ничего не обещает. Я должна буду бросить учебу и подчиниться любому его решению. Даже если он решит запечатать мне магию. Даже если это убьет Эсси!

Все, что я пережила, ради чего боролась… все должно пойти прахом. Вот только я уже однажды приняла подобное решение и тогда была в более уязвимом положении. А сейчас у меня есть оплаченное обучение и защита школы. Есть успехи в учебе и перспективы. Не пропаду без его одобрения. А вот без Эсси часть моей души умрет навсегда.

Вскинула голову и прямо посмотрела на отца.

– Если бы я была одна, я бы без раздумий подчинилась любому твоему требованию. Но у меня есть Эсси, и я несу ответственность за ее жизнь и развитие. Именно это вынуждает меня ставить условия. Я не могу вернуться домой, не получив гарантий того, что Эсси не будет причинен вред и нет угрозы ее жизни.

– Ты́ смеешь ставить условия мне?! – Он потемнел лицом. – После всего, что ты сделала, еще имеешь наглость…

– Я надеюсь, вы понимаете, что лишь беспокойство о моем волшане вынуждает меня к этому. – Бросила взгляд на маму, ища поддержки.

Она от волнения кусала губы, с сочувствием и болью глядя на меня.

– Ты на меня смотри, дочь! Твоя мать прекрасно осознает долг жены и никогда не поддержит твоего бунтарства. Жаль, что из-за своей любви к тебе мы не заметили, как сильно тебя избаловали. Так услышь меня: или ты возвращаешься домой, или у меня больше нет дочери!

– Ах! – Мама испуганно прижала ладонь к губам, в ужасе глядя на отца. Я сама была в не лучшем состоянии, просто уничтоженная его словами.

– Леонар, мне искренне жаль, что вы стали свидетелем этого некрасивого разговора! – повернулся он к Гловеру. – Я искренне надеюсь, что ваши чувства заставят ее вспомнить о благоразумии. Вы уже доказали, что готовы пойти на многое, чтобы быть с Элизабет. Теперь настала ее очередь показать, на что она готова ради ваших чувств и насколько ими дорожит.

А вот это был подлый удар! У меня потемнело в глазах от боли и несправедливости. Лишь это заставило меня ударить в ответ:

– Вы забыли одно немаловажное обстоятельство. В нашей семье еще жив старший глава рода Килей, который имеет право одобрить мой брак. Мой дедушка!

Эти слова имели разрушительную силу тайфуна, сметающего все на своем пути. Мама едва не упала в обморок, а лицо отца покраснело так, словно его сейчас хватит удар. Я сжалась от убийственной ненависти в его взгляде.

Он резко встал, громко отодвинув стул.

– У меня больше нет дочери, – ледяным тоном бросил он, глядя сквозь меня. – Люсиль, идем отсюда!

Отец помог матери подняться, и они ушли не прощаясь.

Глядя им вслед, видя, как сгорбились плечи мамы, словно под непосильной тяжестью, я осознала, что произошло непоправимое. Отец теперь никогда не простит меня!

– За что он так со мной? – в отчаянии простонала я, ища поддержи у Лео.

Но он смотрел на меня с укором и сожалением.

– А ты не понимаешь?

Передо мной возник стакан воды. Я вскинула голову, но официант уже тактично удалился. В дорогом заведении персонал был вышколен. Наверное, у них о каждом клиенте так заботятся, но я была ему благодарна за своевременность.

Жадно выпила почти половину стакана, желая остудить обиду и горечь. Необходимо взять себя в руки и разобраться с реакцией жениха.

– Что я должна понимать?

– Лиз, ты временами еще такой ребенок, – вздохнул Лео. – Нужно думать, прежде чем что-то говорить.

– Так объясни! Что не так я сказала? – потребовала у него.

Мой парень еще раз тяжело вздохнул, сокрушаясь над моей непонятливостью, и, наклонившись вперед, заговорил, понизив голос до еле слышимости:

– Тебе не стоило упоминать своего дедушку.

– Но разве я не права?

– Ли-и-из… – простонал Лео. – Ты не знаешь, кто твой дедушка?

– Не знаю. У нас о нем не принято было говорить, – нахохлившись в ожидании выволочки, буркнула я.

– Тогда я тебе расскажу. Он поддерживал Зарекка, но, когда его проигрыш стал очевиден, вовремя исчез в конце войны. Исчез настолько основательно, что пошли даже слухи о его смерти. Твоему отцу пришлось долгие годы доказывать свою преданность короне. И вот, когда его вернули ко двору и оценили заслуги, его собственная дочь говорит ему в лицо, что дедушка жив и именно он глава рода. Рода, который твой отец с трудом поднял с колен. Скажи, какой реакции ты ожидала после этого?

Я опустила голову, сожалея о своей горячности. Заговорить о дедушке было импульсивным решением, и теперь я понимала, как сильно оскорбила отца, не оставив тому выбора.

Но разве у меня он был? Я вскинула голову и посмотрела на Лео.

– А что мне было делать? Вернуться домой и ждать от него милости? Мне нужны гарантии, я не могу позволить им навредить Эсси. Ты слышал, что он требовал от меня? Или я бросаю школу, или я ему не дочь. Все равно бы все этим закончилось.

– Тебе всего-то и нужно было вернуться домой и продемонстрировать послушание. Показать, что он контролирует ситуацию. Там бы и я подключился. Поверь, ни о каком запечатывании не шло бы и речи. Что бы он ни говорил, но к нашему с тобой союзу он стремился, и мое слово в этом вопросе что-то бы да значило.

– А