Читать книгу - "Скверная жизнь дракона. Книга третья - Александр Костенко"

смерть — это конец, но я надеюсь, что для авантюриста сорок четвёртого уровня Даира Сакнара такой конец был приемлем.

Избавившись от двух тел и забив живот — я положил голову на подушку и постарался вспомнить всё, что говорил мужик.

В Средневековье моего прошлого мира была распространён обмен заложниками. Когда два враждующих государства хотели прекратить войну, то короли обменивались ближайшими родственниками. Обычно это были вторые сыновья, дочери или даже наследники престола. Это гарантировало, что война не начнётся — иначе разговор с заложником будет коротким.

Кагата явно была связана с тем, что племя Рыси взяло под контроль Аистов. Теперь последним надо как-то отмыть запятнанную честь и подозреваю, что мылом станет моя драгоценная шкурка.

Жить мне осталось, в лучшем случае — три месяца. Через тридцать девять дней, или тридцать пять циклов исцеления, случится приступ скверны. Он продлится ровно шестнадцать дней, и когда я очнусь — останется максимум тридцать циклов, чтобы исцелиться. И то, это крайне оптимистичное заявление. Лучше опираться на цифру в двадцать: так гораздо удобней и запаса дней на перелёт больше будет. В итоге пятьдесят пять циклов, чтобы излечить крылья. Пока что сосредоточусь на сломанном крыле, но верёвку не трону: пусть орки думают, что крыло всё ещё сломано.

Я ещё раз осмотрел себя. Немым укором моей слабости больная нога была скрючена перпендикулярно телу, и чем дольше я на неё смотрел, тем сильнее скреблась в сердце горечь.

Осмотр искорёженного тела закончился тем, что я вновь потрогал роговые отростки на голове: удивительно, что орки их не спилили, пока я был в отключке. Но раз не спилили, то и на том спасибо. Лог…

Сто километров только до Поля Слёз, а потом до дома столько же. Когда я улечу отсюда, то останется два месяца до следующего приступа скверны. Это пугает, потому что до острова нашей спячки лететь очень долго. Настолько, что можно не долететь.

Я совсем забыл про тётю. Ведь мы уже должны были прилететь к тому острову, а Изулиса говорила, что будет ждать нас там. Рано или поздно, она точно полетит к нашей пещере узнать, что случилось. Ведь мы сильно задерживаемся. Надеюсь, что так всё и случится.

Глава 2

Я пристально смотрел на две вещи: на полог шатра и в лог-файл. Лог я мониторил специально, дабы не упустить момент и вовремя запустить излечение — но с пологом шатра всё не так однозначно. Меня крайне беспокоил тот факт, что с Даиром я познакомился девать циклов назад. То есть — практически десять дней и до сих мне не принесли новые тела, а голод уже давал о себе знать. Он ещё был слабым, но уже через три цикла доставит проблем. Лог…

Значение выносливости были максимальны. Не раздумывая, я вновь запустил исцеление зная, что голод усилится. Следовало торопиться: оставалось двадцать шесть циклов до очередного приступа скверны, а перелом в крыле всё ещё не сросся.

На следующий цикл наконец послышались шаги. В этот раз разумные умерли сразу, упав с двухметровой высоты.

После — я вновь погрузился в нирвану, всё время всматриваясь в лог. Меня уже тошнило от такой жизни. Каждый день, час, минуту, секунду и каждый удар сердца — одно и то же. Словно я чей-то нелюбимый сторожевой пёс и место мне не в тёплом доме рядом с горящим очагом, а на цепи в холодной будке. Каждый день я познавал дзен, смотрел в лог-файл и запускал самоизлечение. Каждый день, каждый день, каждый день.

— Вот ты не представляешь, как мне это надоело, — обратился я козьей голове. — Что говоришь? Я хоть могу двигаться, а ты лишь тупая голова? Ну, знаешь ли… Так, а мы ведь с тобой так и не решили, как тебя называть. Ну, что думаешь? Как? Долли? А ничего оригинальной придумать не могла? Кто я? Слушай, иди… далеко.

Я показательно отвернулся и уставился в одну точку. Моя наигранная обида была не долгой и вскоре я вновь посмотрел на голову козы. Её правый глаз лопнул и вытек, а вот левый был на месте. В этом прогладывался некий символизм.

— Ну хорошо, хорошо. Будешь Долли. Довольна? Надо было сразу? Слушай, ну не начинай: мне всего этого и так с головой хватает, а ещё и с тобой разборки. Ну сама подумай, разве дракон будет выяснять отношения с дохлой козьей головой? Кстати, а почему на твой запах мухи не слетелись? Что⁈

Я посмотрел на голову, не веря услышанному. Как этой пустозвонной черепушке могло прийти такое в голову⁈ И мало того, она эту ересь ещё и озвучила… Одним словом: я общаюсь с ополоумевшей пустоголовой козой.

— Какой к чёртовой бабушке парфюм? Чем и когда ты побрызгалась? Ответь мне, тупое ты создание. Я тупой? Я идиот, раз опять забыл про магию? Хочешь сказать… Ай, надоело.

Сегодня я в ударе: шуточный диалог шёл чуть дольше, чем обычно. Вот только мне кажется, что я медленно, но вполне уверенно схожу с ума.

Странно, что мухи не слетелись на запах разлагающейся плоти. Возможно, это из-за сигнального контура, или стенки шатра пропитаны какой-то магией, или что-то ещё, связанное с магией. Хотя, откуда зимой взяться мухам?

Всё же разумным легко живётся в этом мире, любую непонятную фигню можно обозвать магическим явлением и спать спокойно. Чем-то даже напоминает мой старый мир. Только там магии не было, а если человек видел что-то странное, то называл это проделками богов. Неурожай — боги виноваты. Вся твоя семья умерла от кровавого поноса — боги виноваты. Ты напал на другого человека, раскроил ему голову камнем и сожрал мозги — это была воля богов, а ты не виновен. Как говорится: «Идиот найдёт сто причин не вникать в суть происходящего; умному же не нужно и одной, чтобы изучить новое». Правда, нужно учитывать мировоззрение разумного. Если он свято верит, что на том свете его всенепременнейше ждёт божество или что-то близкое к этому, то лучше с таким вот индивидуумом лишний раз не спорить — как пить дать он тебя зарежет и глазом не моргнёт. Ему-то всё равно, его божество поощрит, а вот у тебя жизнь всего одна. Лучше в эти сказки не верить.

Закончив с философскими размышлениями, я положил голову обратно на подушку и занялся в край опостылевшим действием. Считал циклы и вычитал их из оставшихся, словно переворачивая невидимый календарь.

На двадцать третий цикл после знакомства с Даиром, когда голод вновь скрутил живот, когда до приступа скверны оставалось совсем ничего, а из тринадцати сеансов самолечения было израсходовано двенадцать — система оповестила меня.

Действие умения «Магическое исцеление» прекращено

С наркоманской улыбкой на левой части морды я посмотрел на правое крыло. На всякий случай попробовал вновь запустить самолечение. Ничего. Крыло было исцелено, вот только насладиться этим чудесным событием не дал звук шагов. С последнего визита прошло тринадцать дней и это лишь подтверждало теорию, что орки отступили от своих слов.

Скинув второго разумного, муж Кагаты ненадолго задержался, уставившись на откушенную голову козы. Он явно не понимал, зачем она нужна, но спросить так и не решился.

— Мруса донка госока! На-а, на-а! Музас, госока! — снизу раздался голос, когда орки отошли от шатра. Говорило одно из брошенных тел.

Первый из сброшенных не умер после удара об землю, его лишь придавило другим телом. Он даже нашёл в себе силы выражаться на непонятном языке, похожим то ли на язык людей, то ли на равнинных эльфов. Правда, его слова звучали не грозно, а комично: разумный немного шепелявил, и каждое слово присвистывая вылетало из его рта. Из-за этого он больше походил на избитого шпаной уличного бродягу, а левое острое ухо с отсутствующей мочкой лишь добавляло к этому образу изю…

— Нусик? — я пробился эльфу в сознание.

— Ты кто? — в голосе эльфа лишь глухой бы не заметил страха. На меня смотрели зелёные глаза, а в открытом от удивления рту отсутствовал передний зуб. С каждым вдохом изо рта появлялся густой пар из-за сильных зимних морозов.

— Конь в пальто.

— Как, конь?

— Ой, ду… Хватит!

От внезапно накатившей злости я прикрикнул на остроухого, отчего тот испугался и постарался закопаться под тело. Ну а как не злиться, если психологический триллер, которым стала моя