Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

ему чужие воспоминания. Во сне он был кем-то, кто мчался по полям в облике белого волка, а рядом с ним бежала смеющаяся девушка в белом свадебном платье. Изловчившись, она водрузила венок из ромашек на его остроухую голову, и он перевернулся на спину, прося ласки. Тоненькие пальчики пощекотали его живот, такой мягкий и незащищённый, и он зажмурился от удовольствия. Вдруг волчьи лапы вытянулись и превратились в руки — совершенно чужие руки, но сам поцелуй был невыразимо сладок и обещал безоблачное счастье.

— Нет, не уходи! — Внезапно проснувшийся Юлиан смущённо отпрянул от девушки, ощутив, что с силой сжимает её в объятиях. — Прости, что разбудил, — пробормотал он и, видя, что она тревожно глядит на него, добавил: — Я не напугал тебя своими воплями?

— Нет-нет! — быстро проговорила девушка и, сев, коснулась его руки. — Я могу чем-нибудь помочь?

— Можешь. Дай пить, а то я умираю от жажды.

— Сейчас! — она вскочила и бросилась к фляге с водой. — Вот, держи!

Юлиан криво усмехнулся, принимая кружку из её рук.

— Цветик, ты настоящее сокровище для мужика. О такой жене можно только мечтать, — проговорил он и, устыдившись грубости своего тона, мягко добавил: — Спасибо за воду.

— Не за что, — отозвалась девушка и, повернувшись к нему спиной, чуть слышно добавила: — Зачем мечтать о том, что рядом?

«Действительно дурак! И чего я мучаю себя и девчонку? — уныло подумал Юлиан. —Бежать! Нужно бежать!.. Если в ближайшее время мы не расстанемся, то последнему кретину ясно, чем дело кончится».

— Чтобы не будить тебя, я посплю отдельно, хорошо? — Он подхватил лежак и перебрался на другую сторону давно потухшего костра. — Спокойной ночи!

— Спокойной ночи! — эхом отозвалась девушка.

Плотно завернувшись в одеяло, она пригрелась и быстро уснула, но Юлиану так не повезло. Сон бежал от его глаз и он, подложив руки под голову, ещё долго глядел в бездонную звёздную тьму.

Думая о матери, он попытался представить себе её лицо и неожиданно обнаружил, что самая беззаботная часть его девичьей жизни похожа на кино: картинки прошлого были, а вот чувства сопричастности к ним почему-то не было. Дело выглядело так, будто эта часть воспоминаний принадлежала не ему, а кому-то другому — кому-то очень близкому, но всё же не ему. Зато тяжелейший шок от гибели матери; унизительная грязная работа, которой ему пришлось заниматься, чтобы выжить после её гибели; путешествия по мирам, полные неведомых опасностей, и жизнь уже полностью в мужской шкуре, — всё это находило в его душе живейший отклик и принадлежало только ему.

Подивившись фокусам сознания, юноша призадумался, кто же он теперь. Ему не составляло особого труда разыграть роль Юлечки Соколовской, но если он по-настоящему пытался представить себя ею, тут же возникал сильнейший внутренний дискомфорт. От правды было никуда не деться — он не хотел обратного превращения.

«Тогда не дури! — Юлиан усмехнулся. — Что изменится, если мы переспим наяву? Ведь во сне это уже столько раз происходило… Ну, чего ты медлишь? Ведь это именно то, чего ты хочешь. — Соблазн был велик и он, приподнявшись, глянул на спящую девушку, но затем снова лёг и, стиснув зубы, уставился на тонкий серп нарождающегося месяца. — Нет!.. Я должен ещё подумать! Будь это не цыплёнок, а кто-нибудь другой, мне было бы наплевать, но с Цветиком всё по-другому. Я хочу быть уверенным в себе, а это возможно только тогда, когда тело и душа полностью придут к согласию. Да, сейчас моя прежняя девчоночья жизнь кажется мне глупостью, и я не хочу даже вспоминать о ней, но вполне возможно, что это только гормоны и всё снова станет на свои места с возвращением к исходному полу… исходному полу?» Он мысленно зацепился за свои последние слова, и в его памяти промелькнуло какое-то смутное воспоминание. Не понимая, чем вызвано беспокойство, он напрягся, и вдруг на него обрушилась лавина тревожных звуков и запахов.

Глава 18

Холод, тьма, прорезаемая фарами машин, и надрывный плач младенца — всё это было более, чем странно. Особенно когда Юлиан осознал, что плачет не кто-нибудь, а он сам.

Невнятная перебранка обрела для него смысл, когда на фоне мужских голосов прозвучал голос Лидии, его приёмной матери:

— Господа, не нужно нервничать и тыркать в меня своими пушками! Предлагаю вам беспроигрышный вариант. Если это мальчик, тогда он ваш, но если это девочка, вы получите столько денег, сколько вам и не снилось. Ну, как? По рукам?

— Принято! — уверено отозвался грубый мужской голос. — Если это девка, можешь забирать её хоть задаром, но мальчишку ты нам отдашь или мы пристрелим тебя, и никакой телохранитель тебе не поможет.

Над Юлианом склонилось лицо Лидии и он, сморгнув слёзы, с болью в сердце посмотрел на ту, что всегда защищала его от любых невзгод.

«Мама, я люблю тебя!» — хотелось ему сказать, но вместо этого из его рта вырывалось бессмысленное младенческое гуление.

«Не бойся, детка! Даже если ты мальчик, они всё равно не получат тебя, — вполголоса проговорила Лидия, осторожно распеленывая его. — Но лучше бы ты оказался девочкой, тогда у нас будет меньше проблем с бандитами».

«Не волнуйся, мама! Я знаю, ты получишь стопроцентную девочку», — хотел он сказать женщине, напряжённой как струна, но вместо этого радостно загулил