Читать книгу - "Тайны кофейни в Киото. Том 3 - Такума Окадзаки"

— А если стоять перед воротами вот так, это окно полностью видно, не так ли? Вы, случайно, не заметили каких-нибудь подозрительных людей у этого окна вчера и сегодня?

— Как же, заметил. Вас двоих. — Охранник расхохотался во все горло, но сейчас его шуточки были не к месту. — Да не видел я никого. Ну если б просто окно открыли или еще что, никто б не заметил, да и я б ухом не повел. А подозрительные — это чтоб кто-то влез? Тогда даже такой старикашка, как я, что-нибудь да приметил бы. Сторож, он на то и сторож.

Хм. Я взглянул на изгородь, разделявшую нас и охранника. Даже если преступник пригнулся, скрываясь в тени кустов, окно все равно расположено выше них и от охранника он бы не скрылся. Но тот сказал, что ничего не видел. Может, мы поторопились, решив, что преступник проник через окно?

Из-за спины первого охранника внезапно вынырнул второй.

— И где тебя носит? Стоит тут, прохлаждается. Смена по расписанию. Не хочешь меняться — дело твое.

— Чего? А что, уже, что ли? Нет уж, давай. У меня ноги отваливаются два дня стоять.

Двое мужчин средних лет были одеты одинаково, да и манера говорить был одна и та же.

Игнорируя мое замешательство, Михоси спокойно спросила:

— Получается, сейчас время смены?

— Так точно. Раздели одиннадцать часов с восьми до семи пополам, и получишь пять с половиной. Столько смена и длится. Полвторого — самое время меняться.

— Откуда эта детвора?

— Говорят, ищут какого-то подозрительного типа, который через это окно залез внутрь. Ты не видал, случаем?

— Не, не видал. Видел бы, схватил бы сразу.

— А смена происходит так, как сейчас? Тот, кто принимает вторую половину, приходит к тому, кто принимал первую? — расспрашивала Михоси, не обращая внимания на их энтузиазм.

— Не-а. У кого смена кончилась, тот и идет звать. С чего так? Да потому что иначе помрешь, пока дождешься. Зарплата-то больше не станет, так что стоять поменьше — куда лучше, это уж точно.

— Значится, и мне можно было не ковылять досюда в такую рань. Вот тетеря. 

Оба загоготали.

Я взглянул на часы — стрелки показывали без двадцати два.

— То есть вчера во время смены за окном никто не следил, верно? — гнула свое Михоси, и они оба немного смутились.

— Ну да. Но это минут на пять от силы.

— Вы помните, во сколько ушли со смены вчера?

— Минут за десять, помнится. В двадцать минут второго уже ушел, — ответил первый охранник.

— Кстати, этот график дежурств каждый год одинаковый?

— Ага, уже лет пять как.

Михоси улыбнулась и поклонилась:

— Большое спасибо, это было очень полезно!

— Э-э-э, ладно. Я не шибко-то вник, но удачи вам, ребята.

Оба охранника, слегка поклонившись, махнули друг другу и разошлись по своим местам: один направился к своему посту, а другой исчез в «Артери Плаза».

Я повернулся к Михоcи и сказал:

— Возможно, преступник знал, что охранник покинет свой пост, и дождался этого момента, чтобы влезть в окно.

— Очень может быть. Кстати, во сколько вы и Саэко-сан зашли туда?

— Эм, в половине второго… Значит, в тот момент преступник уже был внутри? Но мы ведь ни с кем не столкнулись!

— Скрываясь от вас, преступник забрался в шкафчик. А затем подсыпал краситель в пакет молока, чтобы срезать Саэко-сан в ее коронной дисциплине — «латте-арте».

У меня мурашки по коже побежали. Виновник все время прятался в шкафчике и подслушивал наш разговор.

— Саэко-сан вышла примерно через пять минут, и вы закрыли дверь. Затем преступник снова попытался что-то подмешать до того момента, как мы вернулись в подсобку за десять минут до конца перерыва.

— И затем он вышел из комнаты… неизвестно как.

Михоси тихо и очень сосредоточенно произнесла:

— Есть только один способ.

Застигнутый врасплох, я застыл на месте.

Не меняясь в лице, Михоси продолжила:

— Но… — Она взяла паузу. — Этим способом можно воспользоваться лишь раз и только в том случае, если проникновение произошло вчера во время обеденного перерыва. Поэтому я ранее и сказала, что мы на полпути.

Выходит, было не так, как описывал Канда: «Войти можно, а выйти нельзя»? Она уже раскрыла тайну второго саботажа, но все еще билась над разгадкой третьего.

— Чтобы разрешить это противоречие, нужно предположить, что преступник совершил второе и третье подмешивания за один раз. Однако в таком случае неизбежно возникает вопрос с пищевым красителем. Почему у преступника он случайно оказался с собой?

— Нам неизвестно, как преступник покинул комнату, но… Он, должно быть, действовал по плану. Может, пищевой краситель был приготовлен заранее?

— Напротив. Да, для подмешивания краситель нужно было подготовить заранее, поэтому я и утверждаю, что это было спланировано. Но если допустить, что молоко испортили вчера днем, то у преступника просто не было возможности этот краситель подготовить. Ведь то, что Саэко-сан купила молоко и принесла на сцену нераспечатанный пакет, — события совершенно случайные и непредсказуемые.

От всего этого у меня разболелась голова. Пока я пытался не отставать от мыслей Михоси, она осторожно пояснила:

— Все ли понятно? Добавление пищевого красителя в молоко ради срыва соревнования — не лучшая идея. Ведь подмешивание станет очевидно, когда жидкость нальют в стакан. Жертва, конечно, будет в шоке, но сможет быстро подготовить новое молоко. Например, обратиться к организаторам или дойти до ближайшего комбини. Поскольку участники хранят молочные пакеты в холодильнике и перед самым соревнованием переливают молоко в термостаканы, добавлять краситель непосредственно в стакан будет неэффективно. Пищевой краситель, который сразу бросается в глаза и почти не меняет вкус — плохой инструмент для диверсии. Даже если злоумышленник прихватил на всякий случай несколько предметов для саботажа, у него не было причин брать именно краситель. Но есть и более серьезная причина, которая ставит под сомнение саму возможность подготовки красителя. Однако я пока не могу раскрыть, какая именно.

Мне показалось, что Михоси решила меня немного помучить. Но, скорее всего, она просто не хотела говорить о том, в чем не уверена до конца.

Настаивать я не стал, и она продолжила:

— Но преступник все равно подмешал краситель в молоко. Должно быть, он услышал, как Саэко-сан сказала, что планирует отнести на сцену весь пакет, и решил, что сможет успешно саботировать выступление.

— Но к тому моменту, как мы с Маюдзуми-сан зашли в подсобку, у окна уже дежурил сменившийся охранник. Преступник не мог уйти за красителем и вернуться, пока мы там были. Значит, краситель был у него с самого начала. — Пока я отчаянно пытался поспевать за ее рассуждениями, Михоси одобрительно кивнула, как бы говоря: «Молодец, верно мыслишь».

— Это верно, даже если подмешали не пищевой краситель, а что-то похожее.

— Вот как? То есть это мог быть и не краситель?

— Да. Но что еще можно носить с собой и чем можно его заменить?.. Разве что красная ручка. А молоко Саэко-сан явно было окрашено не парой капель чернил.

Согласен. Что же до двустороннего скотча, то Михоси отметила, что с ним проблем нет. Раз преступник